Эпилог

Год спустя.

Я сидела в своей башне (теперь уже официально — в нашей башне) и перечитывала написанное в сотый раз. На столе громоздилась стопка исписанных пергаментов, рядом дымилась кружка кофе — настоящего, земного, зёрна для которого Виктор научился доставать через порталы, — а на коленях, как всегда, дрых Маркиз.

– Ты опять на меня слюни пускаешь, – проворчала я, переворачивая страницу.

– Не слюни, а кошачью энергию, – парировал кот, не открывая глаз. – Она стимулирует мыслительный процесс.

– Мыслительный процесс у меня уже неделю буксует на заключении.

– Потому что ты боишься, – философски заметил Маркиз. – Защита диссертации — это страшно. Даже для психолога.

Я вздохнула. Он был прав. Тема моей работы звучала так: «Реабилитация асоциальных личностей магического толка: от проклятий к прогрессу». И главным объектом исследования, конечно, выступал Виктор. Самый успешный и самый сложный пациент в моей практике.

– Ты справишься, – раздался голос за спиной, и тёплые ладони легли мне на плечи.

Я улыбнулась, поворачиваясь. Виктор стоял позади — уже не бледный и обессиленный, как после той битвы, а сильный, спокойный и красивый. В его зелёных глазах светилась такая нежность, что у меня каждый раз замирало сердце.

– А если провалю?

– Не провалишь, – он поцеловал меня в макушку. – Ты лучшая. И твой подопытный кролик — тоже.

– Эй! – возмутился Маркиз. – Я вообще-то здесь!

– Ты не подопытный, ты — главный свидетель, – поправила я, погладив кота. – Свидетель обвинения и защиты в одном лице.

– Это я могу, – довольно мурлыкнул Маркиз.

Защита прошла в Большом зале Академии. Народу набилось — яблоку негде упасть. Ректор Фолл восседал в центре комиссии, магистры расположились по бокам, а первые ряды заняли студенты — те самые, что раньше шарахались от нас, а теперь прибегали в башню за советами.

Виктор сидел в третьем ряду, старательно делая вид, что спокоен, но я видела, как он нервно теребит край мантии. Рядом с ним на отдельном стуле (ректор выделил личным распоряжением) восседал Маркиз в нарядном банте. Кот выглядел торжественно и важно, как член королевской семьи.

– Уважаемая комиссия, – начала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Вашему вниманию представляется диссертация на тему «Реабилитация асоциальных личностей магического толка». В ходе исследования был проведён анализ психологических особенностей субъектов с тёмным прошлым, разработаны методы коррекции девиантного поведения и доказана эффективность терапевтического подхода даже в самых сложных случаях.

Я говорила, и меня слушали. По-настоящему. Магистры кивали, ректор помечал что-то в записях, студенты ловили каждое слово. А я смотрела на Виктора и видела в его глазах невероятную гордость. За меня.

– В качестве практического примера, – продолжала я, – был рассмотрен случай добровольца, согласившегося на длительную терапию. Результаты налицо: полная ресоциализация, отказ от деструктивных паттернов, формирование здоровой привязанности и... – я улыбнулась, – счастливый брак.

По залу прокатился добрый смех. Виктор покраснел, но улыбнулся. Маркиз громко мяукнул, привлекая внимание.

– Кот тоже участвовал, – пояснила я. – Как фасилитатор терапевтического процесса.

– Я же говорил! – довольно фыркнул Маркиз.

Защита прошла на ура. Комиссия задавала вопросы, я отвечала, спорила, доказывала. А когда ректор объявил, что диссертация принята с отличием, зал взорвался аплодисментами.

Ко мне подходили, поздравляли, жали руки. Студенты просили советов и автографов, а я искала глазами Виктора.

Он стоял чуть в стороне, наблюдая за этой суматохой, и улыбался — открыто и счастливо.

– Иди сюда, – позвала я, протягивая руку.

Он подошёл, и я поцеловала его прямо при всех. Никто не осудил — наоборот, зал снова отозвался овациями.

– Браво! – крикнул кто-то из студентов. – Герою и его психологу!

– Какая же ты у меня... – прошептал Виктор мне на ухо.

– Какая?

– Моя.

Через неделю после защиты нас вызвали к ректору.

– Светлана, ваша работа произвела фурор, – начал Фолл, разглядывая нас поверх очков. – Магический совет крайне заинтересован в сотрудничестве. Но есть и другой вопрос.

– Какой? – насторожилась я.

– Виктор, – ректор перевёл взгляд на него. – Мы хотим предложить вам должность.

Виктор удивлённо поднял бровь:

– Мне? Должность?

– Именно. Преподавателя. Курс «Защита от тёмных искусств» с акцентом на... – он заглянул в бумаги, – психологию. Учитывая ваш опыт и... э-э-э... трансформацию, вы идеальный лектор. Студенты вам доверяют. И немного боятся, что тоже полезно для дисциплины.

Виктор опешил. Я видела, как он пытается переварить услышанное. Преподавать? Ему? Бывшему злодею?

– Я... – начал он.