Эпилог
— Стелла! Я нарочно позвал сюда Варгора! Пусть полюбуется на твои татуировки! Жаль, что этот галдахре проигнорировал мое высочайшее приглашение. Впрочем, как и разрешение явиться на коронацию, — с победным видом шепнул Эманор, скользнув взглядом по рисункам на моих руках. Разумеется, расписывать всю себя под хохлому лишь ради того, чтобы муж был спокоен и не смотрел зверем на каждого мужчину в радиусе километра, я не разрешила. Однако несколько изящных узоров оплетали мои запясться браслетами и такие же скручивались на плечах в спиральки.
На древнем языке нагов эти орнаменты означали, что я жена высшего змея, при этом родственника императора. Естественно, что я его нари. Хотя одно следовало из другого.
Я ничуть не удивилась тому, что Варгор не только не пришел на торжество нагов, но и уволился из вуза. И, честно говоря, испытала облегчение.
Потому, что постоянно сталкиваться с ним в общих коридорах было невыносимо.
Я ощущала себя одновременно виноватой и обиженной, злой и досадливой. Я дала Варгору надежду на то, что мы еще можем стать парой, потому что поехала к нему в гости. Как бы я ни оговаривала, что это путешествие двух друзей и сослуживцев, я прекрасно знала, что маг рассчитывает на большее.
А еще я дико обижалась на Варгора за то, что умолчал об отказе Эманора стать императором нагов. Мы с колдуном ни разу эту тему не обсуждали. Однако я знала наверняка — маг был в курсе происходящего. И все равно сделал вид, что лейдере меня предал…
Ну не мог он не знать, учитывая общение Варгора с Мендрасом и де Ворлом.
Я злилась на судьбу, которая поставила меня перед таким выбором и столкнула Варгора с Эманором лбами. И досадовала, что оказалась яблоком раздора.
Пока в моей голове крутились подобные мысли, площадь, окруженная белокаменными дворцами знатных нагов, наполнялась народом. Мы с Эманором стояли на округлом возвышении, метрах в четырех над толпой.
Здесь же застыли и высшие сановники императора, придворные, и — собственно — Рельгор тель Ррах.
К слову, он очень походил на Ненталя, в отличие от Эманора. Встреть я их где-то случайно и не знай кто есть кто, решила бы, что Рельгор — брат погибшего императора, а мой муж — его кузен.
Так сказалась удивительная кровь первых после Дельвера — правящего клана нагов.
Когда площадь расцвела золотом, серебром, бронзой и зеленью — доспехами нагов и их хвостами… началось языческое действо.
Из шеренги советников повелителя вышел Гастарт. Старейших из них, которого я когда-то приняла за слугу императора. Причем самого возрастного из слуг, с сединой в каштановых волосах.
Он щелкнул пальцами и между теми замелькали зеленые искры какого-то интересного магического огня. Не такого к которому я привыкла.
Искры взмыли в воздух и осели на ладони Рельгора. Сплясали короткий причудливый танец, то вытягиваясь нитями, а то оседая шариками. И растаяли как дым.
Так новый император показывал, что в его жилах течет голубая кровь, неподвластная слабым чарам.
Затем Гастарт поставил в центре лба Рельгора алую точку — знак третьего глаза. Символ того, что император все видит и знает.
Следом на нового повелителя змей надели золотые доспехи с драгоценными камнями. Такие носил только император. Сановники помогли повелителю с застежками.
Корону правители змей не носили.
Ахнуть не успела, как Рельгор достал буквально из воздуха какой-то гигантский металлический столбик, высотой примерно в половину моего роста. Свил в кольцах — и тот превратился в бесформенный кусок железа.
Император демонстрировал высочайшее происхождение через возможность пользоваться зеввами даже так, как многие не могли. Просто что-то добывать сквозь пространство, даже не перемещаясь полностью.
И под конец показывал, что править будет жестко и бескомпромиссно.
— Так вот для чего нагам нужны хвосты, — в шутку шепнула я Эманору. Тот ответил на ушко, привычно щекоча горячим рваным дыханием и будоража. Аж мурашки побежали по спине, и словно мелкие угольки рассыпались по коже. Как всегда — на грани болезненного, невыносимого удовольствия…
Мы поженились два месяца назад, но ощущения еще оставались очень острыми…
— Они нужны еще много для чего…
— Например? — уточнила я, пока народ рукоплескал новому повелителю.
— Схватить свою женщину и не отпускать… — был ответ и губы Эманора коснулись моего уха. Меня бросило в жар.
— Кхм… Так вот что значит выражение «душить любовью»…
Когда обряд был закончен, площадь взорвалась восторженными возгласами.
Народ радовался новому правителю. Потому, что Рельгор обещал ужесточить законы и запретить знати издеваться над простолюдинами.
Аристократы безмолвствовали, глядя на нас с балконов своих замков вокруг площади.
Понимали, что это все, конец послаблениям. И, возможно, сожалели о Нентале…
Но было уже поздно.
Колесо власти сделало свой круг и вернуться назад уже не могло.
А потом Эманор вдруг поднял меня на руки и показал всему народу.
— Это — моя нари! Избранная жена лейдере, первого советника императора! — прогремели его слова над площадью.
Я замерла, осознавая, что Эманору это требовалось.
Он в очередной уже раз «метил территорию» после того как едва не потерял меня.
Обозначал свое место в моей жизни. Публично и окончательно.
— Я не пойду на прием, — шепнула я ему на ухо. — Не люблю ваши торжества…
— Хорошо. Но и на работу я тебя сегодня тоже не отпущу! — сообщил муж. — У нас есть более приятные дела в праздник нагов, — и Эманор задорно подвигал бровями.
— Да ты маньяк!
— Да. Я маньяк, — спокойно подтвердил он. — Я одержимый тобой безумец-оборотень…
Да уж… Вот такой мне достался муж. Наполовину змей, наполовину человек, наполовину правитель, наполовину свободный мужчина.
Любимый и желанный на все времена…
Мне нравилось быть неправильной попаданкой, женой Эманора Дель Марх…