Глава 42

Солнце только поднималось над башнями Дома Утренней Росы, окрашивая каменные стены в теплые золотые тона. Воздух был свеж после ночного дождя, и на листьях древних деревьев, окружавших обитель Хранителей, еще дрожали капли.

Эстрид стояла у ворот, сумка через плечо, и смотрела на место, которое стало ей домом на эти долгие месяцы.

Сильвия подошла первой. Ее золотистые глаза, всегда такие насмешливые, сейчас были серьезны.

— Ты уверена, что хочешь идти туда? — спросила она, скрестив руки. — Дом Каменного Корня… они не самые гостеприимные.

— У меня нет выбора, — ответила Эстрид. — Если маска снова понадобится, мне нужно знать, как они хранят свои тайны.

Сильвия вздохнула, затем неожиданно улыбнулась.

— Ну что ж… хотя бы скучно не будет.

Она протянула руку, и Эстрид крепко сжала ее.

— Спасибо. За все.

Трое Хранителей стояли в тени арки, их серые одежды почти сливались с камнем. Старший из них, тот, что когда-то испытывал Эстрид иллюзиями, сделал шаг вперед.

— Ты прошла через многое, — сказал он. — Но путь еще не окончен.

— Я знаю.

— Дом Каменного Корня не доверяет чужакам. Особенно тем, кто носит следы древней магии.

Эстрид коснулась осколка маски, спрятанного под одеждой.

— Пусть попробуют меня остановить.

Хранитель почти улыбнулся.

— Возможно, именно поэтому Архайон идет с тобой.

Сам дракон стоял поодаль, его чешуя отливала синевой в утреннем свете. Когда Эстрид подошла, он повернул к ней голову, и в его глазах читалось непреклонное решение.

— Я все еще не понимаю, почему ты настаиваешь на этом, — сказала она. — Я могу справиться сама.

— Можешь, — согласился он. — Но Дом Каменного Корня — не просто землевладельцы. Они хранят знания, которые даже Хранители не решаются трогать. И если ты думаешь, что они просто позволят тебе войти…

— Ты боишься, что они мне навредят?

Архайон издал низкий, похожий на гул смешок.

— Я боюсь, что ты их убьешь, если они попробуют. А нам нужны их связи.

Эстрид хотела возразить, но… он был прав.

— Хорошо. Но если они начнут задавать лишние вопросы…

— Тогда я напомню им, кто я такой, — закончил Архайон, и в его тоне не было шутки.

* * *

Дорога к Дому Каменного Корня заняла три долгих дня пути по каменистым предгорьям. Пейзаж вокруг постепенно менялся: из лесистых долин они поднялись в царство голого камня и скудных пастбищ, где ветер гулял беспрепятственно, принося с собой запах пыли, полыни и далёкого снега.

Когда они наконец подошли к цели, массивные ворота, казавшиеся естественным продолжением скалы, уже были окружены людьми. Они не были вырезаны, а будто выросли из самой горы, грубые, без украшений, лишь покрытые вековой патиной и лишайником.

Лорд Баррик, глава дома, стоял впереди небольшого, но плотного отряда воинов. Он был седовласым и широкоплечим, как старый дуб. Его руки, не скрытые перчатками, были покрыты сетью шрамов и грубыми мозолями, руки человека, который не гнушается работы. Одежда его была простой и прочной, без вышивок и драгоценных пряжек. На первый взгляд он походил больше на зажиточного земледельца или старого солдата, чем на благородного лорда древнего рода. Но его глаза, маленькие, глубоко посаженные, цвета тёмного гранита были холодны, проницательны и выдавали недюжинный, закалённый годами ум.

— Архайон, — произнёс он, слегка кивнув, без тени почтительности или страха. Голос его был низким и грубоватым, как скрежет камней. — Не ожидал снова увидеть твою тень у наших ворот. Думал, в прошлый раз ты нагляделся на наши скалы.

— Баррик, — дракон ответил тем же ровным, лишённым эмоций тоном, слегка склонив голову. — Мы пришли не любоваться пейзажами. Мы пришли за испытанием.

Лорд медленно перевёл свой каменный взгляд с дракона на Эстрид. Его глаза сузились, изучая её с ног до головы, оценивая каждую деталь.

— Вы пришли? — ударение на слове было едва уловимым, но значимым. — Или только девушка? У нас не принято посылать впереди себя тех, кто не готов нести ответ.

— Эстрид пришла на испытания по своей воле, — проговорил Архайон, и в его голосе зазвучала лёгкая сталь. — И она ищет не славы, а знания. Тех знаний, что могут храниться только в ваших архивах.

Баррик нахмурился, и глубокие морщины на его лбу стали ещё заметнее.

— Мои архивы не библиотека для любопытствующих чужаков. В них записана история камня и крови. Она не для посторонних глаз.

Эстрид почувствовала, как Архайон рядом с ней напрягся, будто готовый в любой момент изменить форму и заслонить её собой. Но прежде чем он успел что-то сказать, она сама сделала шаг вперёд, выходя из-за его тени. Её голос прозвучал чётко в натянутой тишине:

— Я не прошу даров, лорд Баррик и не жду милости. Я готова заплатить за право взглянуть в ваше прошлое. Я пришла сюда, чтобы пройти то, что вы сочтёте нужным, и доказать, что достойна.

Старик усмехнулся — сухо, без тепла. Уголки его глаз не дрогнули.

— Чем? — спросил он просто. — У тебя нет земель, титула, армии. Чем может заплатить безродная странница дому, у которого есть всё необходимое?

Ответом было молчание. Эстрид не стала говорить. Она медленно опустила руку в складки плаща и достала осколок серебряной маски. Он лежал на её ладони, холодный и немой, но в свете горного солнца на его зазубренных краях вспыхнули зловещие блики. Знак драконьего когтя, казалось, пульсировал.

В воздухе повисло густое, давящее молчание. Даже ветер на мгновение стих. Воины Баррика переглянулись, а в каменных глазах самого лорда промелькнуло нечто — не страх, а глубокое, древнее узнавание, смешанное с тревогой.

Баррик наконец вздохнул — тяжело, как будто этот вздох поднимал вес всей горы за его спиной.

— Входите, — буркнул он, отворачиваясь и делая небрежный жест рукой. Стражи расступились. — Но помните, что вы на нашей земле. Под нашим камнем. Один неверный шаг, одно неверное слово и мои люди не станут церемониться с объяснениями. Наши законы просты и суровы.

Архайон слегка склонил голову, и в его движении была не покорность, а холодное принятие правил игры.

— Мы это запомним, лорд Баррик.

Когда массивные каменные ворота с глухим, окончательным стуком закрылись за ними, Эстрид невольно огляделась. Дом Каменного Корня внутри оказался полной противоположностью изящной, магической обители Хранителей. Здесь всё дышало суровой, аскетичной практичностью. Каменные длинные дома без окон, лишь с узкими бойницами. Широкие, идеально ровные поля, засаженные выносливым зерном, которое колыхалось на ветру. Рядом кузницы, откуда доносился ритмичный звон молотов о наковальню и запах раскалённого металла и угля. Здесь ковали не только мечи и топоры, но и плуги, и подковы. Это было поселение-крепость, выживающее за счёт своего упорства и силы, а не древних заклинаний.

— Здесь… совсем нет магии, — прошептала Эстрид, чувствуя странную пустоту в воздухе. Ни привычного гула силы, ни отблесков чужой воли.

— О нет, — так же тихо, почти без движения губ, ответил Архайон, шагая рядом. — Она просто спрятана. Глубже, чем в любом другом доме. Они не доверяют ей. Они запечатали её в самом камне под ногами. И охраняют так же яростно, как свои границы.

Лорд Баррик шёл впереди, не оглядываясь, его широкая спина была прямая и непробиваемая, как скала. Но Эстрид вдруг почувствовала необъяснимый, ледяной мурашек, пробежавший по спине. Она замедлила шаг и невольно посмотрела в сторону самого древнего, покрытого мхом здания в глубине двора — не то амбара, не то часовни.

Оттуда что-то смотрело на неё. Не глазами. Целым присутствием. Древним, тяжёлым, погружённым в сон, но отнюдь не мёртвым. И в этом взгляде, обращённом сквозь камень и время прямо на неё, не было ни дружелюбия, ни простого любопытства. Была тихая, безжалостная оценка и, возможно, глухая, затаённая вражда.