Глава 5

Если уж я тут, решаю начать с обмывания. Но для начала хорошо бы переодеться во что-то… Фартук-то мне дали, да толку от него. Выхожу в коридор и тут же сталкиваюсь с медбратом, Патриком.

- О, ну надо же. Мари Фаро, - усмехается парень. – Неужто тебя взяли на работу?

- Взяли, - отвечаю просто.

- Никак снег теперь ожидать. Чтобы наш сухарь и взял на работу женщину – это точно не к добру.

- Угу. Я это уже слышала.

- Да ладно тебе, я не со зла. Просто удивлен. Два года тут работаю и знаю, что все женщины были отправлены восвояси, едва ступили на порог больницы. А ты – везучая.

- Да, везучая. Ты же в курсе, что в нашей смене трое санитаров уволились.

- Да ладно? – выпучивает глаза Патрик. – Без шуток.

- А разве я улыбаюсь? Серьезно, уволились. Думаю, мэтр меня только потому и взял, что был уверен: я завтра же с утра прибегу к нему с просьбой меня уволить. Да только не будет этого.

- Я смотрю, ты серьезно настроена. По-боевому.

- А как иначе? Я действительно хочу тут работать. И кстати, про работу. Думаю, мне полагается какая-то униформа. Не с руки вымывать операционную в моем чистом платье.

- Кхм… - Патрик внимательно осматривает мою тощую фигуру. Не по-мужски, с интересом, а в раздумьях. – У меня для тебя плохая новость.

- Говори уже, я готова.

- Мэтр женщин на работу не берет ведь…

- Это я уже знаю.

- Поэтому и одежды на женщин у нас нет.

- А что есть?

- Ну… брюки есть. Рубашка. Халат. Фартук.

- Отлично. Мне подойдет. Веди, показывай, где это все добро можно взять.

- Ладно. Но только эти вещи подотчетные. Все нужно будет стирать. И при увольнении или износе – обменять на новое или сдать.

- Не вопрос. Все сделаю, как положено.

Патрик приводит меня в большую комнату, закрытую на хитрый замок, что-то вроде нашего кодового.

- А что ты там набираешь? – спрашиваю.

- Извини, я тебе пока что не скажу. Вот когда тебя официально возьмут в штат, тогда.

Патрик ждет от меня возражений, но я соглашаюсь.

- Хорошо. Как скажешь.

Мы заходим в комнату, медбрат помогает мне найти нужные вещи. С размером приходится туго. Даже самый маленький размер на меня очень велик. Но я беру нитки и иглу, планируя завтра подшить. Ну а сегодня уже буду как есть.

Выбрав нужную униформу, выходим из комнаты, Патрик опять ее запирает, и мы расходимся. Парень идет по обходу с уколами, а я – в свое крыло, чтобы быстро переодеться и заодно проверить, как там Мурка, не учудила ли чего.

Прошмыгнув мышкой в свое крыло, нахожу котенка, лежащего на кровати с довольной и сонной мордочкой. Еще бы, столько котлет в один рот умять, после такого сладкий сон – прямое показание.

Наскоро организовываю Мурке место для туалета, насыпав в старую коробку из-под каких-то лекарств горсть порванных газетных листов. Уверенности, что кошь сходит именно туда нет, но попытаться же можно.

Напевая какую-то незатейливую песенку, быстро переодеваюсь в рабочую форму. Штаны и рубашка, сверху – халат длиной ниже колена. И поверх всего этого – широкий фартук, в который я смогла завернуться дважды. Конечно, это не женские платья с кринолином, но на первый взгляд вполне прилично. Да и чего уж скрывать, намного удобнее. Погладив Мурку и скормив ей еще одну котлету из тех, что я принесла из таверны, возвращаюсь в палату к спящему блондину.

Убрав подальше одеяло, чтобы его не намочить, приступаю к мытью, прикрыв пока что чистой тряпочкой паховую область мужчины. Раны зажили хорошо. На вид едва розовые, без сукровицы. Воспаление легкое имеется, но, думаю, через день-два пройдет, особенно если пациенту раны чем-то обрабатывают. А я уверена, что так и есть.

Быстро и тщательно вымыв переднюю часть тела, собираюсь мужчину перевернуть. Чуть потянув простынь и поднатужившись, понимаю, что будет очень нелегко. Пыхтя и надрываясь, кое-как поворачиваю мужчину на бок и быстро обмываю. Руки и ноги у меня трясутся от перенапряжения, но это ничего. Со временем привыкну. Главное – хорошо есть, чтобы было откуда силам браться.

Сменить простынь – это самая простая часть работы. Складываю ткань гармошкой и подсовываю под тело пациента, лежащего на боку. Меня так учили делать еще когда я только училась. Сначала на медсестру, а на последнем курсе перевелась на фельдшера. Можно было, конечно, и на терапевта учиться, но я не ради сидения в кабинете пошла в мединститут. А чтобы людей спасать. Чтобы больше никто у меня на руках не умер.

Сглотнув горький комок, который часто возникал, когда я вспоминала о моей сестре-близняшке, перекладываю пациента на спину и укрываю.

В этот момент в палату заходит главврач. Ух ты, как вовремя. Хотел посмотреть, как я работаю? Так надо было зайти на пять минут раньше, зрелище было бы интереснее.