Глава 14

Я как раз успеваю допить чай, когда к начальнику охраны начинают сходиться сторожа. Четверо угрюмых на вид мужиков. Спешно попрощавшись с Райцем, возвращаюсь на свое рабочее место. Операция еще идет, поэтому я занимаюсь тем, что убираю палаты.

Та комната, в которой поселили трех работников, любящих больничный спирт, в этот раз пустует. Оказалось, пациенты вышли погулять, поэтому я, пользуясь случаем, быстренько прибираюсь в палате и так же спешно выхожу из нее, выдыхая с облегчением. С пьяными мужиками можно нарваться на неприятности, мне очень повезло, что их сейчас нет.

Дальнейшая уборка проходит своим чередом и вполне комфортно. А операция все продолжается. И, судя по времени, там явно все идет непросто.

Уже наступает ночь, когда выходит Гарон, с видом, словно ему самому сейчас понадобится кислородная маска. За ним следом выходит Патрик, едва волоча ноги и еще один медбрат. Главврача не видно.

- Я могу уже убирать? – спрашиваю у Сэма, он отмахивается от меня и ползет в сторону ординаторской, явно намереваясь завалиться спать до утра.

Повторяю вопрос уже Патрику. Парень пару раз моргает, пытаясь осмыслить то, что я спрашиваю, потом отвечает:

- А-а-а… Мари Фаро… слушай, по идее, уже можно убирать, но… спроси у мэтра. Он еще там. Вообще не знаю, как он вообще способен двигаться после подобной операции. Я так устал… а я ведь не оперировал. И… сделай нам всем доброе дело… разбуди нас только если кто-то будет умирать, хорошо?

Молча киваю, наблюдая, как оба медбрата так же, как и Сэм до этого, проползают в ординаторскую и плотно закрывают за собой дверь. Ла-а-адно… пойду, гляну, как там главврач. Может, ему там надо уже непрямой массаж сердца делать и дыхание рот в рот. Вроде пошутила, а живот моментально отозвался бабочками и перед глазами всплыла недавняя картинка, когда я застукала мэтра без рубашки. Эх, гормоны. Уже и забыла, что это такое. Хихикнув, иду в операционную.

Пациент, аккуратно прикрытый до самой шеи тонким одеялом, лежит в послеоперационной, это видно из окошка. Все три палаты – предоперационная, операционная и послеоперационная соединены общим коридором и стоят отдельным блоком от остальной больницы.

Едва зайдя, я сразу, в окошко, вижу, в какой палате кто есть. Главврач все еще находится в операционной. Я не захожу, просто стучу в дверь.

- Я сейчас выйду, - отвечает.

Голос уставший. Да и сам внешний вид такой же, когда мэтр появляется на пороге операционной.

- Вы что-то хотели? – спрашивает, растирая глаза пальцами.

- Узнать, можно ли убирать операционную.

- Да, уже можно. Я уже ухожу.

- Как все прошло? – не сдержавшись, спрашиваю у главврача, пока он снимает с себя специальный халат и головной убор.

- Все хорошо. Жить пациент будет, - отвечает мэтр. – Пойдемте со мной, там нужно подписать бумаги и форму отдам.

- Может, в другую смену все сделаем? Вам бы домой, поесть хорошо и выспаться, - зачем-то проявляю заботу.

Наверное, аукнулось то, что и сама часто вот так же выглядела после смены. И никто мне ни разу не сказал, чтобы шла домой. Да и дома меня никто никогда не ждал.

Реакция главврача удивляет. Вместо того, чтобы согласится, или отмахнутся, как это принято делать на непрошенную заботу, он как-то излишне резко поднимает на меня взгляд и очень внимательно смотрит. Даже всматривается. Словно что-то пытается увидеть на моем лице.

- Что? – спрашиваю. – Я выпачкалась? – непроизвольно вытираю рукой губы и подбородок. Мало ли… может, заелась печеньками начальника охраны.

- Нет, вы чисты, - главврач отвечает как-то странно, но взгляд свой пронзительный убирает. – Идемте. Уже решим ваш вопрос с устройством в больнице. Завтра прибудут дознаватели, не нужно, чтобы у них возникли к вам лишние вопросы.

На последней фразе мэтра Дорвина мое сердце испуганно дергается. Приедут-таки. А потом… приходит странная мысль. Это главврач собственные тылы прикрывает, быстро меня оформляя. Или, в свою очередь, таким образом ненавязчиво проявляет заботу обо мне?