Глава 40

Плавным движением старший принц дроу обогнул стол и сел рядом со мной на кушетку, вмиг заняв в ней максимум места. Я оказалась буквально прижатой к его телу с одной стороны, и к кушетке с другой. Близость мужчины заставила замереть меня. Ладони Рована неожиданно быстро оказались на моем теле, а губы зашептали в ухо: – Ты такая красивая, послушная, нежная… – Насчет послушной это вряд ли, – проговорила я, удивляясь, как тяжело мне даются слова. Язык будто стал неповоротливым, а глаза норовили закрыться. Происходило явно что-то странное. Мужчина продолжал: – Сегодня ты порадуешь своего господина и сделаешь все, что я захочу! – его глаза мерцали, голос обволакивал, хотелось прижаться к нему  и погрузиться головой в негу. Одной рукой он гладил мою левую грудь, я не уловила, в какой именно момент он отодвинул сетчатую чашечку наряда. Нервные импульсы уже побежали по телу, реагируя на ласки мужчины. Прикосновения был теплые, приятные, пальцы мужчины в меру шершавые, будоражащие. На их кончиках плясали магические искры, и это было приятно щекотно. В моих глазах мелькали яркие блики, то его синие глаза, словно васильки, то его губы как маки. – Нет, я категорически против, – возражала я, а тело отзывалось на ласки. Наверняка виной всему были его иллюзии и отвар грибов, который он мне подсунул в напитке. Еще и закуски оказались такими солеными, специально, чтобы я захотела пить. «Вот же подлюка», -думала я, борясь с туманным наваждением. Губы Рована нежно целовали сначала мочку уха, затем шею и ниже. Потом еще ниже, добираясь до ключицы и груди. Я ахнула, когда почувствовала теплые губы на своих затвердевших сосках. Рован беззастенчиво ласкал их, довольно усмехаясь, а я даже не могла остановить этот беспредел. Ну точно из-за грибного отвара.  В какой-то момент вместо старшего мне мерещился средний из братьев-дроу, а в какой-то я будто вживую видела Салливана. Это путало, туманило мысли, мое сознание словно погружалось в топкое болото, затем выныривало и опять погружалось.  Лишь огромным усилием воли, я напоминала себе, что это Рован и что от него нельзя ждать ничего хорошего. Мужчина между тем продолжал, не останавливаясь. Его пепельного оттенка волосы шелковой волной скользили по моим оголенным плечам, щекотали грудь и живот. Я устала сопротивляться, ведь не обладала магией, а напор этого тирана усиливался. Казалось, он включил на максимум свою магическую способность путать мое сознание и ни за что не хотел проигрывать. Иллюзии усиливались, ласки становились все более откровенными, и вот уже я совершенно без одежды лежу на кушетке, радуя взор мужчины. Он медленно целовал все ниже и ниже, не сводя с меня искушающего взгляда. Свет очерчивал бугры его мышц, серая кожа будто сияла гладким гранитом. В какой-то момент мне стало казаться это все сном, и я покорилась. Повинуясь неясному желанию, я зарылась пальцами в волосы мужчины, притягивая ближе. И ахнула, ощутив горячее дыхание между ног, и невольно подалась вперед. Он скользнул губами по внутренней стороне бедра, словно издеваясь. Я попросила: – Выше. Кончиком языка он дотронулся до нежных складок, затем подул струйкой прохладного воздуха. Прикрыв глаза, я потянула его за волосы. Рован приник ко мне, легко и почти невесомо провел языком сначала вверх, потом вниз, снова вверх. Движения языка становились быстрее и настойчивее. Дернувшись, я застонала громче, когда он втянул кожу губами. А затем почувствовала язык внутри.  Ритмичные движения будоражили, я забыла обо всем, кроме нарастающего жара внизу живота. Губы переместились чуть выше, в внутри уже ощущались кончики пальцев мужчины. Нарастающее возбуждение захватывало меня полностью, пробуждала невыносимую жажду, сердце бешено билось. Вздохи превратились в выкрики, все слилось в одно пятно. Я задрожала, тело напряглось, а потом вдруг расслабилось. Пока я приходила в себя, Рован начал снимать шаровары, и вот тут я очнулась от наваждения. Оценив масштаб бедствия, я поняла, что поддалась иллюзиям старшего дроу. Какой стыд! Я резко сменила тон с воркующего на резкий и суровый: – Прекрати! Попытавшись вскочить с кушетки, начала прикрывать оголенную грудь, закутываясь в покрывало. – Как ты смогла остановиться? – удивился он, широко распахивая ресниц. – Ты же поддавалась мне? Пришлось соврать: – Я не поддалась, я лишь позволила тебе сделать мне приятно. Было интересно посмотреть, как далеко распространяются твои силы. Но, увы, – я нарочито разочарованно вздохнула. – Говорила же, что не поддаюсь на иллюзии. Лишь твой грибной отвар с галлюциногеном чуть-чуть повлиял на меня! Рован, казалось, побелел. Его лицо из серого стало светлым, как мрамор, а глаза налились кровью. – Видит Бездна, я хотел по-хорошему! Ты не оценила, значит, придется по-плохому! – Эй, погоди, может, просто поговорим и разойдемся? – пошла на попятную я, сжимаясь на кушетке. Видя его состояние, я предложила. – Может, это я на тебе руну вырежу? Но мужчину уже было не остановить. Он резким движением опрокинул столик прочь и даже не посмотрел, как осколки разбитых кувшинов запрыгали по каменному полу. Вино разлилось, закуски были испорчены, а очень злой мужчина приближался ко мне. – Сначала изнасилую, затем вырежу на твоей заднице руну! – пообещал он и бросился на меня.