3

Покои в восточном крыле оказались... не такими уж и страшными. Я готовилась к худшему — какой-нибудь промозглой каморке с прогнившими половицами. Но комнаты, хоть и нежилые, явно помнили лучшие времена.

Просторная гостиная с высокими стрельчатыми окнами, из которых открывался вид на горы. Спальня с массивной кроватью под балдахином из выцветшего синего бархата. Личная ванная комната с мраморной купальней — роскошь, которую могли позволить себе только очень богатые дома. Всё покрыто пылью, но добротно и когда-то явно было великолепным.

— Слуги внизу шептались, что здесь жила его первая невеста, — тихо сказала Марта, расставляя мои вещи. — Леди Элеонора.

— Что с ней случилось? — я провела пальцем по резной спинке кресла, оставляя дорожку в пыли.

— Погибла. За неделю до свадьбы. — Марта понизила голос до шепота. — Говорят, это было...подозрительно.

Я хотела расспросить подробнее, но тут дверь распахнулась без стука. На пороге стояла леди Розалия — уже переодевшаяся в домашнее платье из темно-зеленого шелка, подчеркивающее ее роскошные формы.

— Оставь нас, — бросила она Марте.

Моя горничная испуганно присела в реверансе и поспешила к двери. Я заметила, как она сочувственно взглянула на меня перед уходом.

— Итак, — леди Розалия медленно прошлась по комнате, брезгливо касаясь пыльной мебели. — Как вам ваши покои, леди Авелина? Надеюсь, достаточно... уютно?

— Восхитительно, — я улыбнулась. — Особенно учитывая, что это временно. Как там сказал лорд Дариан? "На время"?

Я намеренно использовала его имя — то, которое она так старательно избегала при слугах, называя его "милым" и "дорогим". Ее глаза опасно сузились.

— Вы слишком самонадеянны, девочка, — процедила она. — Думаете, если каким-то чудом пережили тот яд, то теперь все будет по-вашему?

Я замерла. Что-то в ее тоне меня насторожило...

— О чем вы? — осторожно спросила я.

Она рассмеялась — холодным, неприятным смехом:

— О том, что такие как вы, обычно не выживают. Слабые, напуганные девочки, которым рассказали страшные сказки о лорде Торнвуде... — Она сделала паузу. — О том, как он убил свою первую невесту. Как превращается в чудовище по ночам. Как от его прикосновений кожа покрывается чешуей...

Она внимательно наблюдала за моей реакцией. И тут меня осенило — эти "страшные сказки". Это она запугивала Авелину... а потом— когда девочка уже достаточно была на взводе, кто-то подбрасывает ей спасительный выход. Маленький флакончик с ядом... —

Ярость затопила меня с головой. Эта женщина. Она довела юную Авелину до самоубийства. Намеренно. Расчетливо.

— Вы... — я с трудом сдерживалась, чтобы не броситься на нее. — Вы чудовище.

— Нет, дорогая, — она улыбнулась, и в ее улыбке мелькнуло что-то действительно нечеловеческое. — Чудовище здесь — лорд Торнвуд. И вы скоро в этом убедитесь. Если, конечно... снова не решите поэкспериментировать с ядами.

Она направилась к двери, но у порога обернулась:

— И кстати, не советую рассказывать об этом разговоре мужу. Во-первых, он вам не поверит. А во-вторых... — Ее глаза на мгновение полыхнули золотом. — В замке так легко случаются несчастные случаи. Особенно в восточном крыле. Спросите леди Элеонору... Ах да, вы не можете. Она упала с лестницы. Такая неприятность...

Дверь за ней закрылась. Я опустилась в пыльное кресло, пытаясь унять дрожь в руках. Дьявол. Вот это я влипла.

Потому что теперь я точно знала — леди Розалия сумасшедшая. И она не остановится ни перед чем, чтобы избавиться от соперницы.

Где-то в замке часы пробили шесть. Скоро ужин. Нужно привести себя в порядок и подумать, что делать дальше. Потому что эта игра становится все опаснее.

За окном снова прогремел гром. Начиналась гроза, и вместе с ней — моя война за выживание в замке.