ГЛАВА 5

- Пошли барыня, на вот мой кафтан накинь, а то глазеть, все по дороге будут.

- Пожалуй, я соглашусь, здесь не место в таких нарядах разгуливать, это тебе не город.

- Евсей, откуда такое чучело взял, и что она на ноги нацепила, - спросил один прохожий.

- Иди себе, это барыня, приведет себя в порядок с дороги она.

- Евсей, я что, правда, на чучело похожа?

- Не по-нашему ты одета, вот и называют так. Да еще большой кафтан, висит во все стороны. Семья у Квашиных справная, там не пропадешь. Всем в семье заправляет Агафья, хозяйка, ходит на всех покрикивает. А Прошка, муж ее, тот во всем ей подчиняется, как работник в хозяйстве. Целыми днями работает не покладая рук. А сыновья лоботрясы, ничего не делают, до обеда спят, а вечером с девками хороводятся. Дуняшку, сиротку к себе взяли, вот она по дому управляется. Поживешь, сама все увидишь. Вот он и дом их, справный, несколько комнат в нем.

- Агафья, закричал с порога Евсей, подь суды, вот жиличку тебе привел, Петр Иванович просил не обижать.

- Почему сразу к нам, что других семей в поселении нет? – спросила недовольная хозяйка. Тю, ты кого привел, заморыш какая-то, и что на ней висит, не пойму.

- Так это мой кафтан, сейчас я его заберу и вот она барыня перед тобой.

- Откуда она сюда залетела, точно не наших земель. Ох, ты мать моя, что это на ногах-то у нее, подпорки какие-то.

- А мне нравится, - в дверях стоял парень и с интересом поглядывал на меня. – Не то, что наши деревенщина, вот она настоящая городская барышня.

- А юбку-то куда задрала, все прелести наружу, иди Архип не пялься на нее. Это до добра не доведет.

- Вы не беспокойтесь, подала я свой голос, я за себя и постоять могу. Я тоже понимаю, что в таком наряде тут нельзя ходить. Вы мне можете предложить какую-то другую одежду?

- Моя одежда тебе большая будет, а вот Дуняшкина, думаю, подойдет. Только у нее хорошего барахла нет, так обноски одни.

- Пока и они сгодятся, несите, я сейчас  переоденусь.

- А мы на тебя посмотрим, - стал облизываться Архип.

- Ну, ка давай отсюда, в другую комнату и не заходи, пока тебя не позовут!  -прикрикнула я.

- А что это ты тут командуешь, ты тут никто!

- Пока я тут буду жить, ты будешь слушать меня, и это не обсуждается! Мал еще спорить со взрослыми девушками!

- Мамань, скажи, мне уже восемнадцать скоро будет, - обидчиво сказал Архип.

 - Будет, а ума ни на грамм нет. Не слушаются никого, от рук совсем отбились.

- Будут слушаться, ты чего тут стоишь, во дворе работы столько, свое хозяйство, а ты разгуливаешь, барин! Иди и помогай отцу, а я проверю, иначе вечером за стол не сядешь, понятно, я не шучу!

- Мамань, чой-то она говорит, ну-ка скажи свое слово, ишь командирка нашлась!

- Она права, иди и работай, помогай отцу, спроси, что нужно делать, да Никифора позови, и он приказанье получит.

- Маманя, я от тебя такого не ожидал, послушала неизвестно кого, родного сына работать заставляешь!

- Мамань, мне тут Архип сказал, что ты меня хочешь видеть! Мамань, а это кто такая, все ляжки наружу, а мне нравиться, красиво выглядит! Это точно не нашенская, вот мне и невеста! – сказал подошедший Никифор.

- Так, уже второй жених, ты сейчас пойдешь вслед за братом и будешь помогать отцу в хозяйстве! Иначе за стол вас никто не посадит, любите покушать?

- А чой-то ты тут распоряжаешься, скажи ей мамань?

- Иди вслед за братом и не спорь, работать вас не заставишь, до обеда спите, а потом на гулянье уходите, - ругала я его.

- Вот тут я тебе скажу спасибо, сама не насмелюсь с ними спорить. Жалко становится, тунеядцами и растут. Муж один в хозяйстве надрывает свой пупок. Если работников в дом взять, им платить надо, а мы не такие богатые. Зовут нас зажиточными, не скрою, кушаем хорошо, но мы сами зарабатываем, своим трудом. Посмотри вокруг, все старье дома, только комнат у нас поболе чем у других. Опять же муж пристройки сделал кое из  чего.  Пойдем, отведу тебя в твою комнату, я туда никого не пускаю, кровать убранная стоит. Комнатка хоть не большая, но отдельная. И вот тебе Дуняшка свое самое хорошее платье принесла, надевай.

- Спасибо Дуняшка, - рядом стояла худенькая небольшого росточка симпатичная девушка. Лет так примерно 16-17.

- Это родственница из другого поселенья. Родители померли, одна одинешенька осталась, вот к нам и прибилась. Пусть живет, не чужая она мне. О, смотри, как тебе платье идет, чисто барыня, даже в таком наряде смотришься очень хорошо. Снимай свои гвоздики, я тебе сейчас свои туфли дам, если по размеру придутся.