Глава 25

На собрание комиссии мы ехали в поезде. Оказывается, они ходят утром и вечером, развозят людей на работу и с работы. Но, к сожалению, даже в такой час пик в вагоне оказалась куча свободных мест – населения городу заметно не хватало.

Мы уселись на пластиковые сиденья, и я вздрогнула, когда из динамика раздался голос: «Осторожно, двери закрываются. Следующая станция “Вулканическая”». Прошло десять столетий с тех пор, как я была в земном метро, а оно практически не изменилось! Поразительно. Да и вагон…

– Берёза, скажите, а сколько лет этому поезду? – спросила я у нашей сопровождающей.

Мне вдруг захотелось пойти пешком.

– Пятьсот с небольшим, – с гордостью подтвердила помощница генерала Кедра мою догадку, – в то время умели строить. Да и мы бережём поезда.

Действительно, поезд выглядел так, будто недавно прибыл с завода, и я попыталась отогнать нехорошие мысли. Тем более остальные пассажиры настороженными не выглядели – занимались своими делами: листали гаджеты, разговаривали, а Зан пожал мою руку, почувствовав тревогу.

Да и ехать нам оказалось недолго – всего три станции.

«Арктическая» со вчерашнего дня, конечно, не изменилась, но сегодня я смотрела на всё другими глазами. А они мне говорили: жители заботятся о своём городе, но им не хватает мощностей, оборудования и специалистов, чтобы содержать многовековые строения в рабочем состоянии. В этот раз я разглядела замазанную трещину на стене мэрии. Голубую плитку, отвалившуюся от настенного панно, изображающего ледники. Недостающую хрустальную каплю на огромной люстре – видимо, упала и разбилась, а новую никак не сделать…

Да, этот город умирал. Его властям нужно было срочно что-то предпринимать для его спасения.

Берёза привела нас в Штаб – четырёхэтажное здание с массивной дверью, но без охраны. Мы вообще там не встретили ни души, пока шагали по гулкому вестибюлю, поднимались по лестнице, шли в конец коридора на четвёртом этаже…

Никто не встретился, пока не пришли в зал заседаний. Не слишком большой, но официально обустроенный: офисная мебель, лаконичная отделка, никаких украшений, кроме голографических портретов строгих мужей и дам на стенах.

– Проходите в центр и присаживайтесь, – распорядился генерал, махнув в сторону двух стульев, стоящих перед длинным столом, за которым собрались отцы города.

Сегодня его глава выглядел особенно пугающе, потому что сквозившая в его глазах, словах и облике решимость была понятна и объяснима – он готов на всё ради своих подданных.

Берёза заняла место за столом с краю, а мы с Заном сели на предложенные стулья.

– Начинай, Бук, – велел генерал совершенно белому (наверное, альбинос), – мужчине.

– Вы прочли наши законы? – первым делом спросил тот, поднявшись, и мы подтвердили, дружно кивнув. – Вы согласны трудиться на благо города и его жителей? Подчиняться приказам властей и не сеять смуту?

Вот тут начиналось самое интересное. Мы с Заном готовились именно к такой постановке вопроса.

– Если это не будет противоречить нашему благополучию и угрожать жизни, – невозмутимо, но категорично ответил Зан.

Собрание зашумело, а я поняла, что сегодня им переводить не нужно. Похоже, генерал выдал переводчики всем.

– Мы не заинтересованы в потерях, даже чужаков, – вступил в разговор генерал, – поэтому, чтобы вам не ломать голову над тем, что нам от вас надо, буду краток: возможно ли между нашими расами потомство?

И этот поворот разговора мы предусмотрели – на него нам намекали ещё вчера.

– Возможно. Мы произошли из одинаковых клеток, – дал надежду на сотрудничество Зан, как мы и планировали. – В коалиции успешно соединяют наши биологические материалы. Но есть ли такое оборудование у вас, я не знаю.

– Оборудование есть, но возможны проблемы со специалистами. Вернее, с недостатком у них нужных знаний. Всё же наши технологии застыли на уровне прошлых пяти сотен лет, – честно признал генерал, – но мы будем пробовать. У вас двоих чистый геном, без мутаций. Мы заинтересованы зародить из ваших клеток множество новых жителей. Тысячи. Десятки тысяч!

Что-то мне стало дурно, хотя именно о таком раскладе дар меня вчера и предупреждал. Но я всё же надеялась максимум на двоих-троих деток. Я, конечно, понимала, что у подземных жителей наступили отчаянные времена, и они готовы на всё, но заставлять меня стать матерью десятков тысяч детей… Это слишком цинично и не по-человечески.

– Генерал, – сейчас по плану был мой выход, – как будущая мать, я не могу не спросить: а каким образом вы собираетесь улучшить условия жизни моих детей? Или вы хотите из них вырастить армию, которая разрушит Мегаполис?

Нас с Заном очень интересовал этот момент.

– Ну что вы, милая Ева, – с жутенькой улыбкой взялся успокаивать меня Кедр, – нам не нужна армия. Я очень верю, что мы захватим власть на Земле уже в ближайшее время и без неё. Ведь поиски идеального оружия почти закончены. Мы, а до нас наши предки, рискуя жизнями, пядь за пядью обыскивали квадрат, в котором его когда-то спрятали. Осталось совсем немного.

А вот тут меня пробило ознобом и язык к нёбу присох. Я ни единого слова от нехорошего предчувствия вымолвить не могла.

– Оружие? Что за оружие? Могу я узнать подробнее, как специалист по современным видам защиты и оружию? – пришёл на выручку Зан.

Генерал Кедр, к счастью, тут же на него переключился.

– Информацию о нём нам оставили предки. В далёком двадцать первом веке на нашей планете потерпел крушение инопланетный корабль… – Ну точно! Про мою сливу! – Его пилот выжил, но так и не пришёл в себя. Он долгие годы находился в бреду. Это даже была не кома, а какое-то пограничное состояние. Пришелец пятьдесят лет прожил в лаборатории одного из НИИ, и весь его бред записывался. Тогда его, конечно, никто не мог расшифровать, а вот позже, когда у нас появился переводчик…

У меня в ушах стоял гул, и голос генерала доносился словно сквозь вату. Он сто процентов говорил про Сферу Тать! Волосы мои шевелились во всех местах, в которых росли, потому что я в этот момент поняла смысл слова «предопределение», которое так любили даурианцы. Я должна была оказаться в том лесу тысячу лет назад, чтобы спрятать сливу. Я должна была оказаться здесь сейчас, чтобы не допустить её обнаружения мутантами.

Как бы в обморок не упасть… Попыталась вспомнить дыхательные практики и вроде получилось. Во всяком случае, я поняла, что Зану слова генерала тоже очень не понравились. Я прямо физически почувствовала, как он напрягся. Хоть бы он держался! Хоть бы не слетели с него ошейник с браслетами раньше времени!

– Вы сейчас утверждаете, что готовы направить неведомое сверхмощное оружие, которым не умеете пользоваться, против Мегаполиса? А вы не боитесь, что оно может уничтожить всю планету? – очень тяжёлым, вбивающим каждое слово, как сваю, тоном спросил дар.

Смотрел он на генерала при этом исподлобья, а кулаки сжимал до побелевших костяшек. Плохой знак. Плохой. Но и за руку его не взять. Несолидно как-то успокаивать мужа на глазах комиссии. Будто бы я ему не доверяю.

– Нет. Мы не убийцы и не террористы, – не дрогнув, возразил Кедр. Он будто не замечал, что Зан на взводе. Глаза генерала сейчас почти утратили цвет и выглядели как у потустороннего чудовища из мистического триллера. – Только с чего ты взял, инопланетянин, что мы не умеем им пользоваться? Среди обломков корабля нашлась и инструкция, и изображение оружия – они дошли до нас в целости и сохранности. А с появлением переводчика мы в них разобрались. Тот пришелец часто повторял: «Нельзя снимать крышку, нельзя снимать крышку. Надо просто выпустить луч, и он станет проходом». Записи его слов, картинки и инструкция расставили всё по местам. Мы уверены, что это оружие – портал. Ведь необязательно кого-то убивать, чтобы победить. Достаточно быть внезапным.

Кедр улыбнулся своим мыслям победно. О да. Портал, которого больше ни у кого нет – тоже оружие.

– А если нет? – не спешил успокаиваться Зан. – А если вы ошиблись? Или инопланетянин вас обманул?

Слова Кедру не понравились, и он нахмурился.

– Разумеется, сначала мы проведём испытания, – раздражённо кинул он. – Мы давно на всё готовы.

К этому времени я пришла в себя и вступила в разговор:

– Ну, допустим, это портал, и вы попадёте в Мегаполис. Что дальше? – я просто поняла, что отговаривать жителей подземелья бесполезно, и вернула разговор к планам на будущее.

Ведь не выйдет ничего хорошего, если мы с Заном станем и дальше нагнетать.

– Мы откроем портал в конференц-зал земного правительства в тот час, когда вся его верхушка соберётся на очередное заседание. Захватим их и свяжемся с правительством коалиции, чтобы потребовать очистить Землю. Пусть они сделают нашу планету пригодной для жизни вне купола. Мы покажем им свою находку и пообещаем отдать, в случае выполнения наших требований.

А говорил, не террористы! Террористы как есть. И даже при том, что мне всё равно очень жаль именно этих потомков, мнение моё осталось неизменным: сферу в руки никому давать нельзя.

– Хороший план и благое дело, – покивала я. – Но согласитесь, генерал, что размножаться в промышленных масштабах до того, пока вы хотя бы не найдёте это самое оружие, с нашей стороны было бы опрометчиво.

Я приложила руку к сердцу для искренности и закусила губу. Если что, готовилась и слезу пустить. Тем более они у меня стояли близко. Очень уж всё страшно было.

– Дело нескольких дней, максимум недель, – отмахнулся генерал от моих опасений.

– Тем более! Дольше ведь ждали! – воскликнула я, подскочив со стула. – Прошу, поймите! Дайте гарантии и скажите, чем мы с мужем можем помочь обществу до тех пор, пока вы их не выполните?

Зану говорить с мутантами любезно в этот момент было очень сложно. Он считал их безумцами и, наверное, был прав. Мне же ложь давалась легче, так как я в любом случае собиралась им помочь. Я считала свою ложь ложью во спасение, и сейчас хотела лишь не допустить между нами конфликта.

– Вы согласны стать донорами для создания новых жителей города? – после недолгих раздумий спросил генерал.

– Если всё пойдёт так, как вы говорите, то да. Согласны, – пообещала я и глянула на Зана требовательно, он под моим взглядом встал и молча кивнул.

– Тогда вам нужно пройти обследование и посетить лабораторию, чтобы побеседовать с нашим главным репродуктологом, – оживился генерал. – А так же вам нужно хорошо питаться и ни в коем случае не выходить на поверхность Земли. Ваши чистые гены – сейчас самая большая ценность. Занимайтесь пока одним: берегите себя. Собрание окончено. Лиственница заберёт вас к себе в НИИ.

Из-за стола поднялась невысокая хрупкая женщина с совершенно лысой головой и невероятно большим ртом и показала нам рукой на выход.

Мы с Заном коротко попрощались и покинули зал.

Я шла и думала. В принципе, всё прошло неплохо: нас не разлучили, не отправили размножаться естественным путем с мутантами вотпрямщас, не кинули на тяжёлую работу. Можно даже сказать, что если бы мы на самом деле решили остаться здесь жить, то как сыр в масле катались бы.

Если бы остались. Если бы нам была безразлична судьба тысячи наших детей. Если бы я могла жить спокойно, зная, что сфера в любой момент может быть использована.

Ну а так как ничего из этого нет, надо признать, что собрание прошло плохо. Придётся-таки нам с Заном из города сбегать и как-то добираться до Карелии.