Глава 10

– Ева, зайди ко мне в кабинет, – раздался приказ из моего браслета.

Первым порывом было послать Зана лесом – нашёлся приказчик на мою голову! – но его я подавила. Потому что прекрасно понимала: дар хочет рассказать мне о происшествии в каюте принцессы, а не продолжить начатое в спортзале безобразие.

Даурианцев даже на завтраке не было – они расследовали дело о нападении злого китыша на беззащитную принцессу. Которая, кстати, чувствовала себя превосходно и забыла о стрессе минут через пять после того, как оказалась в моей каюте.

Лара умылась, оделась, прошла осмотр Антона Сергеевича – здорова, как молодая коровка, – позавтракала, позанималась с наставником и сейчас готовилась в своей комнате к обеду в ресторане.

Я тоже в момент получения сообщения переодевалась для мероприятия: в честь такого случая сменила деловой костюм на модный в этом сезоне комбинезон из сброшенной кожи глизеанских валпудий – змеи такие гигантские с пёстрым чешуйчатым покровом. Заплела две пушистые косы, брызнула в лицо освежающим спреем – он делает кожу светящейся изнутри, губы ярче, а естественный румянец нежнее – и скрепя сердце пошла в кабинет начальника службы безопасности.

Вошла сразу после короткого стука – меня аж переворачивало всю, стоило лишь представить, что я дожидаюсь его «войдите».

– Что-то выяснил? – перешла я с порога к делу, чтобы отрезать себе возможность накинуться на дара за утреннюю подставу.

Зан сидел за столом, на котором соорудил энергетическую клетку для китыша. Пушистый четырёхглазик спал на спине, раскинув лапы, и посапывал.

– Это Лариса его пронесла на «Песок». – А я так и знала! – Я нашёл в её сейфе для драгоценностей пространственный карман, а в этом кармане следы проживания зверька: подстилку и еду.

Очень, очень дорогое и редкое удовольствие эти карманы. Неужели ей отец помог провернуть аферу?

– Зачем она это сделала? – задала я риторический вопрос.

Зан пожал плечами, но не обозначая тем самым, что понятия не имеет зачем, а говоря: сама знаешь. И да, я знала. Мелкая кокетка хотела изобразить деву в беде, чтобы даурианец её спас – это первое. Ну и чтобы попытаться всё свалить на меня – это второе. Глупая детская уловка, конечно, но она влекла за собой серьёзные размышления. Кто знает, что и где Лара ещё прячет?

– Как планируешь поступить? – спросил дар, и я поняла, зачем он меня позвал на самом деле. – Если хочешь оставить принцессу в отсеке, я не буду расценивать это как ущемление её прав и свободы.

Ух ты! Это он мне так намекает, что не собирается заваливать мою аттестацию и предлагает Лару наказать? Спасибо, конечно, но это лишнее.

– Нет, не собираюсь. Я не её мать и не её воспитатель, не собираюсь наставлять Ларису на путь истинный – пусть родители с ней воюют. Раз решили идти все вместе, значит, пойдём.

Что-то у меня не было желания оставлять принцессу одну в отсеке. Даже если за ней приставят смотреть кого-то из даурианцев, я уже не уверена, что она их вокруг пальца не обведёт и не вычудит что-то ещё.

А вдруг она и правда агент «Сферы Тать»?

Уф, бред какой-то. Ей восемь лет!

А вот её отец… Если он помог дочке пронести на звездолёт зверюшку, то вполне мог взамен потребовать подкидывать мне виджелисты с посланиями.

Кстати, о зверюшке.

– А с ним что теперь будет? – кивнула я на клетку. – Так бедняга и просидит под напряжением? Ему не больно?

По тому, как сладко спал зверёк, складывалось впечатление, что ему всё нравится, но я не была уверена, что сон не навеян силой даурианца – они такое могут.

– А какие есть предложения? – Зан провёл рукой над клеткой, и прутья исчезли, но малыш даже не проснулся.

Предложений у меня не было. Ларе его вернуть? Да ни за что! С такой нерадивой хозяйкой судьба зверёныша незавидна. Оставлять у Шаазана тоже не вариант, жалко. Не хотела бы я сидеть в энергетической клетке. Забрать? А мне куда его? Эх, ладно. Выпущу на Земле. Надеюсь, он в моих родных лесах приживется.

– Я его заберу. Поищу и куплю что-то похожее на домик во время обеда и заберу китыша себе. Отдашь?

Дар Шаазан расцвёл торжествующей улыбкой, как будто только этого и ждал.

– Конечно, – промурлыкал он. – Тебе я отдам что угодно, Ева.

Подозрительно.

– А взамен? – сощурившись, уточнила я.

– Ты прекрасно выглядишь, Евангелина, – Зан опять проделал свой даурианский манёвр: волшебным образом оказался рядом, и я вздрогнула от неожиданности.

– Кстати об этом! – гневно глянула на него, предупреждая сразу: – Не смей ко мне подкрадываться, нависать и делать непристойные предложения!

Дар Шаазан рассмеялся красивым низким смехом и посмотрел мне в глаза как мартовский кот: блудливо и завораживающе.

– И не проси, Ева. В этот раз я тебя не упущу! А за китыша ты меня поцелуешь.

Я набрала в грудь воздуха, чтобы высказать, что о нём думаю, но тут в кабинет вошёл дар Рииган:

– Пора выходить. Из ресторана сообщили, что готовы закрыть вход для остальных гостей на время нашего размещения за столом. Дают пятнадцать минут.

Ладно. Потом объясню Зану, что мечтать о моих поцелуях ему не стоит. А то негоже заставлять других пассажиров томиться под дверью «Пахлавы медовой». Армен мне этого ни за что не простит.

***

Свои рестораны Армен оформил в лучших традициях соотечественников из прошлого: дорого-богато, всё в коврах и золоте. На синтебодических красных диванах, якобы хаотично, а на самом деле с целью создания уюта, небрежно лежало множество пёстрых подушек. С потолочных, сделанных из пластика под дерево, балок свисала искусственная зелень. Гроздья винограда выглядели как настоящие. Стены «Пахлавы» были расписаны пейзажами Кавказских гор. Колонны в зале тоже имитировали родные сердцу хозяина стволы тутовника. Между ними журчали рукотворные водопады. И вообще вся обстановка располагала к тому, чтобы гость захотел остаться в этом месте навсегда.

Когда я попала сюда впервые, задалась логичным вопросом: где он всё это раздобыл в тридцатом веке? Я про картины и ковры. Сейчас только в музеях остались единичные раритеты, стоящие немыслимо дорого. И тогда Армен рассказал, как искал по всей коалиции мастеров, которые смогли бы воплотить в жизнь все его задумки. Картины написали, считав воспоминания о Родине из памяти кавказца – умельцев Армен нашёл на планете телепатов. А на Глизе-581 местные жители практиковали плетение циновок из растений, поэтому, немного покумекав, они смогли соткать Армену и ковры из шерсти. Пожалуй, именно из-за этой самобытности «Пахлава» и «Чурчхела» обрели свою славу. Ну и из-за врождённой предприимчивости хозяина, конечно.

– Вай, дорогие мои! Проходите, проходите! – раскинув руки, словно пытаясь обнять всю нашу компанию разом, навстречу вышел Армен, едва мы переступили порог его ресторана. – Заждались мы вас, заберу вашу боль!

На самом деле я знала, что говорил Армен «джан» и «цаве танем», но универсальные переводчики переводили всё дословно и порой речь хозяина ресторана звучала странно.

– И мы ужасно рады, Армен-дорогой! – ответила я за всех и обнялась с переселенцем по-нашему: расцеловав в обе щеки. – Присоединишься к нам? У нас есть желающие узнать от тебя судьбу и вдохнуть аромат вина.

– Конечно, Ева-дорогая! Вы размещайтесь, заказывайте, наслаждайтесь обедом, а я к вам приду с кофе, пахлавой и вином.

Хозяин проводил нас за большой стол, удобно примостившийся у стоящего буквой «П» дивана, и, подав меню, удалился встречать других гостей – после того как наша компания добралась до забронированного места, вход в ресторан стал свободным.

Охрана занимала позиции так, чтобы запереть нас на местах и присматривать за всеми сразу.

– Ева, скажи, почему с ним ты обнимаешься и целуешься, а когда я тебе предлагаю сделать то же самое – злишься? – умудрился шепнуть мне на ухо Зан, пропуская к дивану.

Я не нашлась с ответом. Как даурианцу объяснить, что это другое? Их раса относится к интиму только как к выгодному энергообмену, а отношения и семьи создаёт крайне редко. Лично я из нормальных только о чете Хазааш знала, и то они исключение из правил.

Сделала вид, что не услышала каверзного вопроса. Уселась на подушку и активировала меню. В отличие от древнеземного убранства, оно у Армена было вполне себе прогрессивное – всё для удобства высокоразвитых лентяев, которые не любили напрягать мозги сложным выбором. Трёхмерные карты показывали не только как блюдо выглядит, но и передавали его запах. Так что определились мы быстро. По моей рекомендации заказали закуски и шашлыки на общих тарелках, а из напитков взяли квас.

Заставлять стол угощениями официанты-роботы начали уже минут через пять, и мы самозабвенно погрузились в праздник живота.

Лариса пребывала в прекрасном настроении – ни малейших угрызений совести, и про китыша даже не вспоминала. Венера клевала закуски, как птичка, и явно волновалась в предвкушении гадания. Красный минус, поставленный в моей голове напротив её имени, практически выцвел. Не стал бы ни шпион, ни агент рисковать, ввязываясь в гадания. Вдруг Армен там в своём кофе и правда что-то видит? Но неприязненное отношение к блондинке всё равно никуда не делось. И я с прискорбием была готова признать, что это из-за того, что Венера при любой возможности строила глазки дару Шаазану. Вот и сейчас она сидела напротив меня рядом с даром Рииганом, а со всеми вопросами обращалась исключительно к Зану! И голосом ещё таким противно-томным говорила. Тьфу просто! Вспомнила бы лучше о возрасте и постеснялась.

Но больше всего раздражало, что из-за такого провокационного поведения Венеры я тоже была вынуждена флиртовать с Германом, который сидел от меня по левую руку. А я ведь планировала этого больше не делать. Но тут… Не знаю. Не могла удержаться. Меня будто бесы путали! Допускать мысль, что я ревную, подобно Ларисе, категорически не хотелось, поэтому я искренне обрадовалась, когда обед подошёл к концу и робот-официант в сопровождении Армена привёз круглое серебряное блюдо с медовой выпечкой, восемь белых чашек свежесваренного кофе и одну какао – для принцессы. Неужели конец мучений?

– Ну что ж, гости-дорогие. Кто хочет узнать судьбу от самого Армена, возьмите чашку в левую руку и пейте кофе вдумчиво, неспешно, но не до конца… – полным загадочности голосом велел нам хозяин ресторана.

Вот тут я точно пас. Поспешила продемонстрировать отказ от гадания и взяла кружку в правую руку.

Но удача отвернулась от меня ещё два года назад и снова поворачиваться лицом никак не спешила. Глупо было рассчитывать на неё и в этот раз.

Все! Абсолютно все собравшиеся за столом взяли чашки в левые руки. Даже даурианцы. Даже Лара своё какао!

– Евангелина, а что же это ты отбиваешься от коллектива? – подозрительно спросила Венера, уставившись на мою выбивающуюся из всеобщей гармонии руку.

Вот не зря я к ней неприязнь испытываю. Есть в дамочке что-то отталкивающее.

– Моя бабушка говорила, что гадать грех. Нельзя пытаться узнать свою судьбу, – выложила я как аргумент первое, что пришло в голову.

– Полноте вам, Евангелина, – рассмеялся Антон Сергеевич, – после того, что с нами, переселенцами, произошло, разве не глупость верить предрассудкам?! Да и вообще, это же просто развлечение!

Да уж. И он туда же. И ведь не поспоришь. Ни один колдун из «Битвы экстрасенсов» наши судьбы не предрёк бы. Теперь уже не только Венера смотрела на меня с подозрением. Теперь даже я готова была признать, что мой демонстративный отказ выглядит глупо и странно.

– Это она из-за китыша боится, – вставила понимающе принцесса, – не хочет, чтобы правду узнали.

Нет, мы с Заном ей, конечно, пока не сказали о разоблачении, но какая дерзкая незамутнённость! Придётся всё же с ней поговорить, хоть я и не собиралась заниматься воспитанием чужой наследницы.

– Не выдумывай глупостей, Лара, – строго сказала врушке, – гадание – просто игра, в которую я не хочу играть.

– Обижаешь, Ева-дорогая – подключился к остальным Армен. Ох, да, его обидеть очень легко – менталитет такой. – Я только правду говорю. Никаких игр. Кофе открывает мне все тайны.

– Ну что вы привязались? Может, Ева не хочет о своих тайнах рассказывать, – вступился за меня Герман.

Но лучше бы не вступался, честное слово! Теперь я почувствовала кожей, как напрягся Зан – энергией от него так и шарахнуло, заставив зашевелиться тонкие волоски.

– Да нечего мне скрывать, – пробурчала я, смиряясь.

Ладно, была не была. Перехватила кружку в левую руку и сделала глоток горячего, чуть горьковатого напитка. Говорят, надо пить и думать об интересующем тебя вопросе. Я, пожалуй, сосредоточусь на оплате за эту командировку.

Водопады журчали, вдали тихонько играли кавказские мелодии, мы молча пили кофе. По отрешённым лицам участников гадания – всех, кроме Армена и меня, мы тихонько за ними наблюдали – складывалось впечатление, что они относятся к предстоящему таинству крайне серьёзно.

– Оставьте немного жидкости, взболтайте её по часовой стрелке и переверните чашку на блюдце движением от себя – распорядился Армен, выждав какое-то необходимое для ритуала время.

Мы подчинились.

– А можно мне первой? – оживилась Венера.

– Конечно, красавица-дорогая, – улыбнулся учительнице Армен и, дав кофе стечь по стенкам чашки на блюдце, протянул руку к Венере.

И тут я стала свидетелем целого шоу.

Что могу сказать о пророческих способностях хозяина ресторана – Армен прекрасный психолог и фантазёр! Он даже у Ларисы в чашке смог разглядеть какие-то рисунки, оставленные стёкшим какао, хотя оно осадка почти не даёт. Это вообще не помешало «чародею» нагадать принцессе скорую встречу с близким родственником, прощание с недругом (со мной, судя по всему), долгожданный подарок, поездку на море и новые знания. Гениально, мне кажется! Я бы смогла ей такое без всяких ритуалов нагадать.

С взрослыми, правда, новоявленному пророку пришлось немного сложнее. Всё же в кофе действительно виделись какие-то образы – мы с интересом их разглядывали, а главное, находили – поэтому их приходилось толковать. Но делал это Армен опять же, как мне кажется, основываясь на психологии, почерпнутых в глобальной коалиционной сети сведениях и наблюдении за подопытными.

Венере он предсказал развод и нового возлюбленного, а также финансовый успех и карьерный рост – учительница чуть ли не до потолка прыгала и призывно посматривала на дара Шаазана. Ему, кстати, гадун-самоучка пообещал захватывающее приключение, успешное завершение дела, исполнение заветного желания и крутой поворот в личной жизни. Венера явно сплела пророчество, данное дару, в одно целое со своим и непрерывно улыбалась. А двум помощникам Шаазана Армен приключений и исполнения желаний не пообещал. Видимо, решил в этот момент влить немного дёгтя в бочку всеобщего мёда для достоверности: предрёк тупик в делах, потерю правильной дороги, а дару Риигану даже болезнь. Но совсем оставлять без хороших прогнозов не стал – подбодрил получением премии в ближайшем будущем. Антону Сергеевичу Армен пообещал в скором времени встречу с женой, рождение наследника и переезд. Гале – замужество, свадебное путешествие и избавление от тяжкой ноши – сто процентов от принцессы! Наставнику Ддза Ыду – новых достижений, переход на другой уровень и смену ориентиров.

Я даже расслабилась к этому времени и про себя ехидно комментировала каждое пророчество.

Герману тоже не повезло – Армен опять решил добавить в шоу каплю негатива и увидел в чашке моего коллеги крокодила. Рептилию он обозначил как предательство деловыми партнёрами, призвал быть осторожным в своих действиях, но пообещал успех, если повар выберет правильную дорогу на жизненной развилке – тут я, признаться, вообще закатила глаза. По-моему, с пафосом вышел перебор.

Но вот очередь дошла до меня, и я сосредоточилась.

– Так-так-так, Ева-дорогая, видишь на дне письмо с точками? – Я кивнула. Прямоугольник и вправду походил на письмо. – Это прошлое. Ты получала недавно письмо от деловых партнёров, – на этих словах улыбаться я расхотела, – а вот тут на стенке ещё письма, много писем было.

– Конечно, это мои контракты, наверное, – немного нервно прервала я Армена, – про прошлое не интересно, давай про будущее.

Пусть уже переходит к молочным рекам с кисельными берегами, да мы пойдём отсюда. Мне ещё домик китышу искать.

– А в будущем вижу подзорную трубу, – указал Армен мизинцем на рисунок отдалённо её напоминающий.

– И что это значит?

– Сделаешь то, что недавно казалось неосуществимым.

Господи, да уж хоть бы! Жалко, что это всё лишь игра.

– О, это про мой отпуск на Земле!

– Но будь осторожна, Ева-дорогая. Я тут ещё вижу опасность, предательство, но и неожиданную поддержку от влиятельного человека. Потом вот, смотри, – он опять указал пальцем на образы, но я уже ничего рассмотреть не смогла, – резкая перемена в жизни и горячие чувства!

Фух, хватит с меня пророчеств.

– Спасибо, Армен-дорогой! Видимо, отпуск мой будет крайне увлекательным, – намекнула я, что пора закругляться.

Разумеется, я в предсказания Армена не поверила, но почему-то слушать их было неприятно – на душе становилось тревожно.