Глава 26

Поцелуй в тёмном переулке — это, конечно, хорошо для романтической статистики, но утро безжалостно вернуло нас в суровую реальность. Мы сидели в гостиной «Золотого птерозавра», и перед нами стояла проблема. Гораций не заговорит. Старик слишком хитёр и слишком труслив. Он понял, что мы не просто покупатели, раз сбежали с аукциона, и теперь сидит в своей лавке, дрожа над золотом и ожидая подвоха.

— Нам нужно заставить его выложить всё, что он знает о настоящем покупателе, — сказал Дамиан, нервно крутя в руках серебряную монету. — Но, если я приду к нему снова, он просто запрётся. Или позовёт стражу. Лорд Фаррер, покупающий контрабанду, — это отличная причина для костра.

— А кто сказал, что к нему пойдёшь ты? — я отхлебнула терпкий чай и усмехнулась. — Нам не нужен лорд Фаррер. Нам нужен кто-то, кто напугает Горация до того, что он забудет, как дышать. Нам нужен герцог фон Вальд, безумный, жестокий и абсолютно непредсказуемый, ну, или его эмиссар. Когда мы были на балу, слухи об их репутации не сходили с уст всего общества.

Дамиан поднял бровь.

— Герцог фон Вальд сейчас командует северным фронтом. Он не в столице.

— Но эмиссара-то он может отправить, — я хитро прищурилась. — Есть ли надежда на то, что у тебя есть знакомые, которые смогли бы сыграть эту роль? Какой-нибудь мужчина в возрасте, с колоритной внешностью и готовый на всё ради денег?

Дамиан задумчиво постучал пальцами по столу. В его глазах мелькнула искорка, будто бы он только что придумал, как элегантно нарушить закон.

— У меня есть такой человек, — медленно произнёс он. — Бывшая звезда столичного театра. Пока пристрастие к азартным играм и дешёвому вину не низвело его до роли статиста в пьесах про трагически погибших компсогнатов.

— Идеально, — я хлопнула в ладоши. — Где его найти?

— В самой дешёвой таверне портового квартала. Он там практически живёт.

Через час мы сидели в прокуренной таверне, пахнущей скисшим элем и жареным луком. Напротив нас, жадно уплетая жареную рыбу, восседал Валериан. Спросив у Дамиана, откуда он его знает, он лишь отмахнулся и ответил, что это давняя история. Ладно, допрос с пристрастием оставлю на потом…

— Золотой, — Валериан выразительно посмотрел на монету, которую я положила на стол. — За такие деньги я готов сыграть даже самого Императора, если нужно.

— Император не нужен, — сказала я. — Нам нужен безумный, жестокий и абсолютно непредсказуемый эмиссар герцога фон Вальда. Ты должен прийти в лавку «Редкости и диковины», хлопнуть по прилавку фальшивой печатью и намекнуть, что герцог узнал о том, что его дочери, в данном случае — это я, кто-то угрожал. Намёк должен быть таким, чтобы у старика начались проблемы с кишечником.

Валериан сияющим взглядом посмотрел на Дамиана.

— Милорд, вы одобряете этот... перформанс?

Дамиан тяжело вздохнул, потирая переносицу.

— Если вы скажете хоть слово, которое хоть отдалённо напоминает правду, я лично отдам вас браконьерам на растерзание.

— О, милорд, вы всегда знали, как мотивировать артиста! — Валериан вскочил, набросил на плечи потёртый, но когда-то роскошный бархатный плащ и прижал к груди трость с набалдашником в виде черепа. — Я готов. Но мне нужен соответствующий военный наряд. По пути в лавку нужно заглянуть в одно место.

Мы заехали в лавку театрального реквизита на окраине столицы. Валериан выбрал себе мундир с кучей наград, значение которых он, судя по всему, не знал, но это его нисколько не смутило. Через полчаса мы уже стояли в тёмном переулке за лавкой Горация. Я прижалась ухом к тонкому стеклу бокового окна, а Дамиан стоял за моей спиной, положив руку на мою талию.

Дверь лавки распахнулась с таким грохотом, что горшок с геранью на подоконнике едва не упал.

— Именем герцога фон Вальда! — голос Валериана сотряс стены. — Открой эту дыру, старая жаба, пока я не приказал её сжечь!

Мы услышали испуганный писк Горация и звон опрокинутых склянок.

— Милорд... эмиссар... чем обязан...

— Молчать! — рявкнул Валериан. Раздался тяжёлый удар, будто он хлопнул чем-то металлическим по прилавку. — Герцог узнал, что его дочь, госпожа Алина, подверглась угрозам в вашем заведении. Знаешь, что герцог делает с торговцами, которые пугают его семью?

— Н-нет, милорд, клянусь, я не знал...

— Он их не спрашивает! — голос бывшего актёра перешёл на зловещий шёпот, который было отлично слышно в тишине переулка. — Он скармливает их молодняку тираннозавров. Медленно. По частям. Я пришёл узнать, кто твой настоящий хозяин. Кому ты на самом деле отвозишь товар? Говори, или через минуту сюда войдут мои люди с факелами!

Повисла тишина, а затем мы услышали жалкий, ломающийся голос Горация.

— Я не знаю его имени! Клянусь всеми богами! Я работаю только Изабеллой или её компаньонкой, Селеной. Кто-то из них забирает товар в полночь у старого маяка! Я не знаю, на кого работает Изабелла, она только передаёт указания!

— Селена, леди Изабелла. — Валериан сделал драматичную паузу. — Если я узнаю, что ты солгал, герцог лично приедет за тобой. И он будет очень, очень зол.

Дверь лавки распахнулась, и оттуда, поджимая хвост, вылетел Гораций. А через минуту вышел и Валериан, элегантно поправляя мундир и незаметно перекладывая золотой в карман.

— Как я? — спросил он, сияя.

— Шекспир нервно курит в стороне, — выдохнула я, протягивая ему вторую золотую монету.

Валериан растворился в переулках, а мы с Дамианом переглянулись.

— Старый маяк, — тихо произнёс он. — И Селена.

— Идём, — я поправила плащ. — Нам предстоит встреча с одной очень нервной дамой.

***

Кафе «Золотой лист» на набережной было идеальным местом для встречи. Тихо, дорого, и официанты не задавали лишних вопросов. Селена уже ждала. Серое платье, бегающие глаза, нервно теребит салфетку. Идеальная маскировка человека, который всю жизнь пытается стать невидимым.

Я села напротив, аккуратно расправив юбку. Дамиан остался за соседней колонной, вне поля зрения, но в зоне досягаемости.

— Будущая леди Фаррер, — прошептала Селена, не поднимая глаз. — Это честь.

— Просто Алина, — я отодвинула чашку с чаем. — И у нас мало времени на эти игры, Селена. Инквизиция уже чует след. Я знаю про старый маяк. Я знаю, что ты забираешь товар для леди Изабеллы.

Селена дёрнулась, словно от удара. Её лицо стало белым, как мел.

— Откуда Вы... Я ничего не делала...

— Не притворяйся, — мой голос стал жёстким. — Гораций уже всё рассказал. Ты — просто курьер. Но я не Инквизиция, мне не нужны твои признания для протокола. Мне нужно понять, в какую яму мы лезем, пока вас всех не сожгли. Кто отдает приказы Изабелле?

Селена побледнела ещё сильнее. Она обвела глазами зал, словно ожидая, что из каждой тени сейчас выпрыгнут инквизиторы.

— Вы не понимаете, — её голос дрожал. — Он... он носит маску из черепа птерозавра. Они встречаются в подвалах. Они говорят о Проекте Возрождение.

— Что за проект? — я наклонилась ближе.

— Кровь, — прошептала Селена, и по её щеке покатилась слеза. — Они смешивают кровь древних ящеров с человеческой. Они хотят создать гибридов, которые станут военной элитой Империи... Долголетие, выносливость, сила динозавров и интеллект человека. Они хотят захватить весь мир, миледи. Они используют яйца не для продажи. Они используют их для инкубации...

У меня внутри всё похолодело. Генетические эксперименты. В этом мире, где динозавры соседствовали с паровыми машинами, это звучало настолько нереальным, что я на некоторое время задумалась. Да, уж, Алина, ты про такое только в своих фэнтези-романах читала. Хотя, ты и про попаданок в другие миры читала достаточно и не верила, что такое бывает, но вот ты здесь…

— Где лаборатория? — спросила я, стараясь отвлечься от своих мыслей.

— Я не знаю, — Селена резко встала, опрокинув стул. — Клянусь, я не знаю! Они просто забирают меня на карете с затемнёнными окнами. Если леди Изабелла узнает, что я говорила, она меня убьёт. А Он... Господин в маске... он сделает со мной что-то хуже.

Она выбежала из кафе, оставив меня наедине с остывающим чаем и леденящим душу открытием.

Отлично! Теперь у нас есть Изабелла, господин в маске, инквизиция и гибриды. А дальше что? Инопланетяне?

***

Дамиан ждал меня в библиотеке «Золотого птерозавра». Он стоял у окна, заложив руки за спину. Когда я вошла и выпалила всё на одном дыхании, он медленно повернулся.

— Проект Возрождение, — повторил он, и его лицо застыло. — Древняя кровь.

— Это не просто контрабанда, Дамиан, — я села в кресло напротив, чувствуя, как дрожат колени. — Это безумие. Они хотят создать непобедимую армию.

Он подошёл ко мне.

— Алина, — произнёс он тихо. — Если мы влезем в это, пути назад не будет. Это уже не просто игра в жениха и невесту, чтобы найти украденные яйца. Это война.

— Я знаю, — ответила я, глядя на него.

— Ты можешь остаться в стороне. Мы можем вместо этого заняться поиском еще одного Яйца Перехода. Я отправлю тебя домой, обратно в твой мир.

Слово «домой» повисло в воздухе. Я представила свою московскую квартиру. Старый диван, который скрипит. Кофе, который можно купить на каждом углу. Дедлайны, которые не связаны с риском быть съеденной или сожжённой на костре.

А потом я посмотрела на Дамиана. На его усталое лицо, на шрам на скуле, на то, как он бережно, почти осторожно, смотрит на меня.

— Мой диван никуда не денется, — сказала я. — А вот ты, кажется, собрался вляпаться в неприятности? И без меня?

Он усмехнулся. Уголок его рта дрогнул. Это была слабая, но настоящая улыбка.

— Ты невозможна, — прошептал он.

— Я знаю. Ты мне это уже говорил.

Он протянул руку и коснулся моей щеки. Его пальцы были тёплыми, шершавыми. Я замерла, чувствуя, как по коже бегут мурашки.

— Спасибо, что остаёшься, — сказал он.

— Спасибо, что не заставляешь меня отправиться домой, — ответила я.

Какое-то время мы просто стояли, обнявшись в тишине. Завтра нам предстояло узнать, кто прячется за маской из черепа птерозавра, а сегодня я просто хотела запомнить этот момент. Я закрыла глаза, позволяя себе на секунду забыть о динозаврах, об Инквизиции, о яйцах, и почувствовала, как моё сердце бьётся в ритме, который больше не принадлежал только мне. Это пугало меня больше, чем любой тираннозавр. Потому что от тираннозавра можно убежать, а от этого чувства, кажется, бежать было уже некуда.