ГЛАВА 19

Свет погас резко. Я, наблюдавшая за происходящим в щелочку, удивленно моргнула. Охранник, не удосужившийся проверить помещение, лениво зевнул и, громко звеня ключами, закрыл дверь. В замке раздался скрежет поворачиваемого ключа, затем — тяжелая поступь удаляющихся шагов. В повисшей тишине вежливый вопрос Блэка прозвучал несколько провокационно.

— Надеюсь, вы не боитесь темноты?

Он задал его куда-то мне в макушку, но в тесноте нашего укрытия позу выбирать не приходилось. Идея спрятаться в шкафу, выглядывающем из дальнего угла комнаты и хранящем в себе инвентарь для уборки, принадлежала мне. Кто бы мог подумать, что большую часть времени придется простоять практически в обнимку с Блэком! Ну ладно-ладно, прижавшись спиной к его груди.

— Темноты — нет, — хрипловато ответила я, — а вот вас в темноте — возможно.

Он вытянул вперед руку, случайно задев мой локоть, и приоткрыл дверь шкафа.

— Неожиданный ответ, — пробормотал Блэк. — Вы постоянно меня удивляете, мисс Бартон. Почему же я вас пугаю?

Потому что ваш голос в темноте кажется невероятно бархатистым, а то, как вы наклонились ко мне, обдав щеку теплым дыханием, заставило ноги задрожать.

Будь я чуть смелее, непременно бы сказала это вслух. Вместо этого я промолчала и неловко дернулась в сторону, когда Блэк снова подался вперед, желая выбраться из шкафа. Прикосновение его плеча обожгло даже сквозь ткань плотной рубашки.

Я дернулась повторно, и в этот раз еще более неловко. Нога задела железное ведро, и оно, громыхнув, ударило соседнее. Я застыла, боясь пошевелиться. Блэк за моей спиной тоже замер, как изваяние.

— Могли бы просто сказать, что не хотите отвечать, — после напряженной паузы заметил он и снова толкнул дверь шкафа: — Что ж, кажется, нас никто не услышал. Можно выходить.

Я первой выскользнула из укрытия и с удовольствием потерла затекшую шею. Все-таки прятаться в шкафу, где невозможно развернуться, не выдав себя, было изначально сомнительной идеей. И почему Блэк согласился?

— Свет, даже слабый, могут увидеть в окнах, — между тем сказал он. — Так что нам не стоит зажигать канделябры.

Я кивнула и лишь потом сообразила, что он может не увидеть этого.

— Хорошо, — негромко согласилась я.

Глаза постепенно привыкали к темноте. Силуэты витрин и стоящих в них экспонатов проступали все отчетливее.

Блэк сделал несколько шагов, видимо, тоже разминая затекшее тело, и остановился возле одной из витрин.

— Нас интересует всего одна вещь…

Его спина полностью загородила обзор, но я поняла, что он имеет в виду.

— Почему вы считаете, что антидотом непременно заинтересуется преступник?

— Если бы я был убийцей, то непременно попытался бы завладеть тем, что может помешать моим планам. — Блэк отошел от витрины. Его черная одежда сливалась с темнотой, превращая его в призрак ночи. — Когда все должно случиться?

Он спросил все тем же ровным, даже равнодушным тоном, и я, не задумываясь, ответила:

— Скоро. На балу в честь столетия окончания войны.

Я прикусила язык, но было уже поздно. Слова нельзя вернуть назад. Щеки вспыхнули жаром.

— Это было нечестно, мистер Блэк!

— Я думал, вы начали звать меня по имени, — рассеянно заметил он, проигнорировав мое возмущение, и миролюбиво признался: — Согласен, нечестно. Так что, на жертву вы мне не укажете?

Я насупилась и сложила руки на груди.

— Нет, и вы прекрасно знаете почему. Кажется, мы это уже обсуждали.

— Колесо Судьбы, — понятливо протянул он.

— Вот именно, — я старалась выглядеть уверенной, но на самом деле душу грызли сомнения. Мне хотелось рассказать все Блэку, поделиться с ним своими страхами, но в голове все время всплывали слова Амелии.

«Не сейчас», — сказала она тогда во сне.

Я прищурилась, наблюдая за Блэком. Тот, заложив руки за спину, смотрел куда-то в сторону.

— Что обещала вам гильдия, если вы найдете убийцу мистера Томсона?

Мне показалось, что Блэк напрягся, но в темноте я не могла различить выражение его лица. И все же повисшая пауза вышла многозначительной и капельку зловещей.

— Кое-что важное для меня, — поколебавшись, ответил он. — Возможно, даже более важное, чем я думал изначально…

— Что вы имеете в виду?

Он не ответил. Я молча проследила за тем, как он прошелся вдоль витрины, ведя по лакированному темному дереву длинными пальцами, которые могли бы принадлежать какому-нибудь известному музыканту, а не некроманту. Впрочем, кто сказал, что красивыми и чуткими пальцами должны обладать лишь музыканты?

— Мистер Грифленд уже сделал вам предложение?

От неожиданности я не сразу нашлась с ответом.

— Вы говорите так, будто это решенный вопрос, — наконец возмущенно выдала я.

Блэк досадливо дернул тростью, которую сжимал в ладоне, и медленно двинулся в мою сторону.

— Так и есть, — спокойно сказал он, приблизившись. — Предложение руки и сердца непременно последует, я в этом не сомневаюсь.

Повисла пауза. Я смотрела ему в глаза, в темноте казавшиеся не такими яркими, как при свете дня, но по-прежнему притягивающие меня.

— А в чем сомневаетесь? — тихо спросила я, с трудом разомкнув губы.

Он стоял слишком близко, между нами не вошло бы и лезвие ножа. Я слышала его дыхание, а ноздри щекотал едва уловимый аромат парфюма, смешанный с его собственным запахом. В горле стало сухо.

— В вашем ответе, — так же негромко произнес он, не сводя взгляда с моего лица. Этот взгляд я уже видела — настороженный, изучающий. — Брак с мистером Грифлендом, несомненно, получил бы одобрение вашей семьи.

Следуя порыву, я положила ладонь поверх его локтя. Блэк дернулся, как от удара, а затем застыл. Быстро взглянул на мою руку, будто проверяя, не показалось ли ему, а затем так же молниеносно поднял на меня глаза, в которых читалось чувство, видимо, прежде не знакомое ему — смятение.

Меня обдало трепетом, как набегающей волной, что заставило передернуть плечами, будто от холода. А вот слова сорвались с языка, обжигая его, и прозвучали слишком горячо:

— Меня мало волнует мнение семьи. Я и только я буду принимать решение о своем будущем.

— Будущее с мистером Грифлендом могло бы стать достаточно… счастливым, — Блэк замялся, словно подыскивая определение, которое ему бы не хотелось находить, — но невероятно скучным, — добавил он уже увереннее. В этой уверенности слышалось облегчение человека, нащупавшего проторенную дорожку в лесных сумерках. — Он вам не подходит совершенно.

— Вот как? — опуская голову, чтобы спрятать улыбку, уточнила я. — Почему же?

Блэк явно не расслышал иронии в моем голосе.

— Он влюблен или думает, что влюблен, но не в вас. О вас он не знает ничего.

— Правда? — Я изучала старый паркет под ногами и кусала губы, чтобы не рассмеяться. На душе посветлело, словно кто-то рванул за запасной рубильник.

— Он не заметил подмены, — сухо проговорил Блэк, подводя черту. В голосе прозвучали обвиняющие интонации.

— А вы? — вдруг спросила я, осмелев. — Вы меня знаете?

Блэк помолчал и затем чуть качнулся на пятках.

— Мне кажется, знаю, — ровно, слишком ровно, учитывая его сбившееся дыхание, ответил он и вскинул на меня глаза. — Вы двигаетесь резко, смотрите смело, действуете быстро, но необдуманно. Вы верите, что судьба в ваших руках, и не отступаете перед лицом опасности. Вы достаточно умны, но слишком неосторожны и импульсивны, чтобы подмечать детали, поэтому часто ошибаетесь в суждениях. Вы любите кофе и тосты с джемом. Мечтаете о чем-то чистом и светлом, но стесняетесь этого, будто пятна на белой юбке. Пафосные речи вызывают у вас смех, и я боюсь, что мои слова вот-вот оборвет именно он…

— Айден… — я сжала его локоть, на котором все еще лежала моя ладонь.

— Да?

— Вы знаете, что намного выше меня? — терпеливо спросила я, поднимаясь на цыпочки.

— Конечно, — удивленно и немного уязвленно заметил он. Видимо, резкая смена темы показалась ему бесцеремонной.

— Тогда вы должны понимать, что я не могу поцеловать вас, если вы не наклонитесь ко мне, — усмехнувшись, сказала я.

В разлившейся, как густой кисель, тишине я отчетливо услышала, как Блэк выдохнул. Его глаза сверкали, но губы приближались к моим мучительно медленно. Я затаила дыхание и прикрыла глаза. Пальцы подрагивали, разум заволокло розовым туманом.

Губы обжег не поцелуй, а шепот:

— Быстро в шкаф!

— Что? — я распахнула глаза и потрясенно воззрилась на Блэка. — Это у вас такие странные пристрастия в любовных играх?

Он окинул меня мрачным и раздраженным взглядом и подтолкнул к шкафу.

— Шаги, — коротко пояснил он. — Вы не слышите их?

Признаться, в этот момент я слышала разве что громкое биение собственного сердца и шум крови, вскипающей в венах. Давно меня так не обламывали! Буквально… Да никогда, если честно!

Я все еще пыталась справиться с собственным негодованием и не сопеть громко, когда дверь в музейный зал загромыхала и распахнулась, оставив на паркетном полу луч света.

Айден наклонился к моему плечу и, прижавшись щекой к моей щеке, тоже уставился в щелочку, пытаясь рассмотреть происходящее. Я покосилась на него, но промолчала. Спорить явно было не время.

Невысокий мужчина в темном плаще, полностью скрывающем его фигуру, медленно прошелся по залу и остановился возле витрины с антидотом. Стекло чуть сдвинулось в сторону, и мужские пальцы, царапнув красный бархат обивки, ухватили пузырек, а затем крепко сжали его. Вторая рука в это время коснулась глубокого капюшона и скинула его.

Я дернулась, желая выскочить из шкафа и остановить преступника, но Блэк успел обхватить меня за талию и сжать ее, молчаливо призывая оставаться на месте.

Мужчина обернулся, и я беззвучно охнула, увидев знакомое лицо. Ректор, прищурившись, обвел зал взглядом и остановил его на шкафе.

Я замерла, боясь дышать.

Прошло несколько томительных мгновений, и ректор отвернулся. Его высокие сапоги с железными набойками тяжело простучали по паркету. Уже на пороге он замер, снова быстро обернулся, постоял немного и коснулся какого-то выступа рядом с дверью. Зал вспыхнул зеленоватым туманом, сквозь который я с трудом рассмотрела удаляющуюся спину ректора. Скрежет ключа в замке показался дребезжанием катафалка на похоронах.

— Значит, убийца — мистер Саймон? — сглотнув, спросила я.

— Возможно, — задумчиво протянул Блэк. — Странно…

— А я говорила! — эти слова помимо воли сорвались с губ. Я всегда считала их неуместными в любой ситуации, но как же приятно было их произнести!

Он выпрямился и молча толкнул дверь шкафа, выпуская меня. Я осторожно, чтобы вновь не задеть ведро, шагнула на паркет и охнула, когда Блэк притянул меня к себе, не давая ступить дальше.

— Осторожно, — глухо сказал он. Его пальцы вновь легли мне на талию, чуть сжимая ее. — Видите?

Я проследила за росчерком трости, указывающей на зеленые всполохи, изредка прорезающие паркет

— Что это?

— Охранное заклинание, — напряженно пояснил Блэк. — Мистер Саймон был так любезен, что активировал его.

— Как мило, — пробормотала я, с опаской всматриваясь себе под ноги. Носки туфель почти лизнул зеленый огонь. — И что с этим делать?

— В любом заклинании есть прорехи. Нам просто нужно их найти.

— Пройти по следу из крошек, — понятливо кивнула я.

— Что? — рассеянно переспросил Блэк.

Трость в его руках вдруг замелькала, со свистом рассекая воздух. С его пальцев сорвалось светло-голубое сияние и струей дыма устремилось к двери, исчезнув под узкой щелкой между ней и полом.

— Просто старая сказка, — уклончиво ответила я. — Что вы делаете?

Блэк усмехнулся. Трость сделала еще один круг и замерла.

— То, что делаю лучше, чем что-либо еще.

Прозвучало горделиво, но я лишь вежливо подняла бровь:

— Очень интересно. Полагаю, речь идет не о приготовлении супа?

Его щека нервно дернулась.

— Простите?

— Мне всегда нравились мужчины, которые хорошо готовят, — непринужденно ответила я. — Так что во мне тлела надежда, что вы обладаете этим умением.

— Я варю хороший кофе и сносно готовлю несложные блюда, — Блэк ответил так серьезно, что у меня перехватило дыхание. — Но, признаться, с такими требованиями вам будет сложно найти себе пару в высшем свете. Я бы советовал снизить планку.

— Например? — теперь я снова улыбалась.

— Ориентируйтесь на размер состояния и семейные связи, — посоветовал Блэк, в его голосе под напускной вежливостью таилась ирония. — Поверьте, под эти критерии проще найти жениха.

— Никогда не искала легких путей, — я пожала плечами, и замерла, когда встретилась глазами с Блэком.

Он смотрел на меня неотрывно, немного исподлобья. Я успела заметить, как он быстрым, почти незаметным движением облизнул тонкие губы.

— Этим вы мне и нравитесь…

Звук, похожий на царапанье острых когтей о дерево, заставил меня обернуться и оборвать этот разговор. Рот удивленно приоткрылся. Сквозь щелочку между полом и дверью одна за другой проскальзывали… мелкие белые кости.

— Что это? — голос сел, и вопрос прозвучал хрипло.

— Крысы из подвала, — спокойно ответил Блэк, даже не удосужившись взглянуть в нужную сторону. — Вернее, то, что от них осталось.

Я помолчала, ошарашенно наблюдая за тем, как белеющие в темноте косточки ручейком устремляются к нашим ногам и выстраиваются в странной последовательности, действительно принимая форму, отдаленно напоминающую грызунов. Мне стало жарко, а в голове сразу всплыли кадры из всех просмотренных ужастиков. Так, ну главное не спускаться в подвал!

— И что мы будем… с этим, — я указала носком на застывших в шаге от нас зомби-крыс, — делать?

— След из хлебных крошек? — вдруг утонил Блэк, отворачиваясь к поднятым грызунам. — У нас будет дорожка из костей. Вы не против?

— Ни в коей мере, — немного неестественно откликнулась я.

Что еще мог предложить некромант? Впрочем, почему бы и нет?

Блэк выпростал руку, и, повинуясь его приказу, крысы медленно развернулись и под разными углами направились к двери. Сразу же в нескольких местах образовались проплешины, усеянные ковром из мелких белоснежных костей.

— Итак, туда, где крысы рассыпаются, наступать не стоит, — напряженно наблюдая за ходом своего эксперимента заметил Блэк. — Лучше идите за мной след в след. Расстояние небольшое, мы быстро преодолеем ловушки.

Признаться, это было достаточно самоуверенное утверждение. Поначалу все и правда шло хорошо. Я ступала за Блэком, не отрывая взгляда от его спины и боясь сделать неверное движение, но чем ближе становилась дверь, тем скорее рассеивались опасения, а вместе с ними исчезала и сосредоточенность. Почти у самого порога мои плечи расслабились, а губы начали растягиваться в улыбке.

— Кажется, мы справились, — сказала я.

В этот момент моя нога, неудачно скользнув по паркету, всего на какой-то миллиметр выступила за безопасную черту.

Комнату вспыхнула зеленым пламенем. Блэк выругался сквозь зубы.

— Ой! — в лучших традициях жанра сорвалось у меня. — Я случайно…

Блэк посмотрел на меня так, что невольно закралось подозрение, что он так же случайно меня сейчас распнет. К его чести, если такая мысль у него и мелькнула, то надолго не задержалась.

Ухватив меня за запястье, он направил мою раскрытую ладонь к замку.

— Быстро, выбейте дверь огнем! — скомандовал он. — У нас мало времени!

По комнате пронесся визг, напоминающий вой сирены, и я испуганно дернулась. С пальцев сорвалось пламя и огненным сгустком устремилось к двери. Мгновение, и вместо замка моему взору предстала пустота в двери, окаймленная прожжённым дотла деревом.

— У вас сильный дар, — с одобрением заметил Блэк, но из-за воя я его почти не услышала.

Его ладонь проскользнула в пустоту, дернула за что-то с той стороны, и дверь (то, что от нее осталось) послушно отворилась, выпуская нас в коридор.

— Бежим!

Он ухватил меня за запястье и потянул за собой. Я не сопротивлялась, рассудив, что он лучше ориентируется в здании, чем я.

Наш топот пронесся по коридорам гулким эхом и осел под сводчатым потолком, чтобы смешаться с другим, более пугающим звуком — звериным рычанием, вторившим вою сирены.

— Это что? — крикнула я на бегу.

— Охрана! — ответил Блэк, ловко ныряя в одну из распахнутых дверей.

— Тот милый дядечка? — все еще веря в лучшее, уточнила я, задыхаясь от этой гонки на скорость.

Кожу на запястье саднило от хватки некроманта, но я бы не хотела, чтобы он ее ослабил. Так было надежнее.

Блэк обернулся и молча кивнул куда-то за моей спиной. В памяти вспышками пронеслись картины всех кинематографичных монстров, и я медленно посмотрела назад.

За нами, облизывая каменные полы ярко-оранжевым пламенем, мчался… огонь, принимающий формы скалящихся хищных животных. Я успела заметить, как лев сменился леопардом, и торопливо захлопнула дверь. Конечно, это было лучше, чем то, что подсунула мне собственная фантазия, но явно хуже того, что мне бы хотелось увидеть.

Блэк отпустил меня и рывком распахнул окно. В комнату ворвался злой осенний ветер. Темно-синие занавески вздулись парусом, и в темноте ночи это выглядело зловеще. Мне понадобился всего один взгляд, чтобы все понять.

— Вы с ума сошли, — сказала я без капли осуждения, просто констатируя факт.

— Второй этаж, — прерывисто выдохнул Блэк, — внизу стог сена.

— То есть вы в темноте разглядели, что это именно стог сена, а не, скажем, бревна, припорошенные соломой? — все еще вежливо уточнила я, внутренне содрогаясь от паники.

Блэк шагнул ко мне. Его ладони весомо легли мне на плечи. Я вскинула голову и растерянно посмотрела на него.

— Вы мне доверяете? — тихо спросил он.

В этом вопросе смешалось все: волнение, уверенность, страх, обещание… Я, как зачарованная, медленно кивнула.

— Как себе, — хрипло ответила я.

— Тогда прыгаем вместе.

Он первым вскочил на подоконник и, наклонившись, подал мне раскрытую ладонь, в которую я, не колеблясь, вложила свои пальцы.

Дверь под натиском огненной охраны затрещала. Я в ужасе обернулась. Огненный сгусток устремился ко мне, и я, закричав, выставила вперед другую руку, защищаясь. Пламя, сорвавшееся с нее, повинуясь моему мысленному приказу, тоже приняло форму хищника — огромного волка. Скаля зубы, он набросился на нашего врага. Рык сцепившихся зверей казался таким настоящим, что уши заложило.

Блэк втащил меня на подоконник. Другие сгустки пламени, принявшие форму самых разных животных, ворвались в комнату и смешались с теми двумя, что единым оранжевым пятном метались по комнате.

Я почти оглохла от звериного рыка и собственного страха. Глаза заслезились от вспышек пламени, и я с огромным облегчением ухнула в прохладную темноту за окном.

Полет продлился недолго, я не успела толком испугаться. Возможно, причиной тому была ладонь Блэка, крепко сжимающая мою даже тогда, когда тело приземлилось на что-то мягкое и пахнущее отголосками лета — на стог сена.

— Здесь нас не достанут, — Блэк приподнялся на локте и повернулся ко мне. Его губы улыбались, но глаза смотрели серьезно. — Охранное заклинание не действует за пределами дома.

— Это радует, — так же негромко ответила я.

Лицо Блэка было так близко, что в холодном свете луны и немногочисленных звезд на темном мрачном небе я рассмотрела пульсирующую на его виске венку. Мой взгляд упал на его губы, и я едва слышно выдохнула.

Этот звук словно послужил сигналом. Блэк потянулся ко мне так резко, будто давно этого ждал. В миллиметре от моего лица он вдруг замер. Его тяжелое дыхание коснулось моих губ, а затем, после секундного колебания, смешалось с моим. Мужские губы обжигали, словно ставили клеймо, но в этой жадности, граничащей с отчаянием, сквозило что-то безгранично щемящее, пробирающее до дрожи в коленках и всколыхнувшее в животе трепет, ранее мне незнакомый.

Это и есть пресловутые бабочки в животе?

Поцелуй — голодный, суматошный, заставляющий задыхаться и жаждать большего — оборвался слишком быстро, и я разочарованно выдохнула.

— Нужно уходить, нас могут увидеть, — явно с трудом проговорил Блэк. Его взгляд показался мне расфокусированным, из него исчезло привычное спокойствие, и я усмехнулась, если бы смогла.

В моей мятущейся душе поднимался такой ураган страстей, что мне точно было не до иронии.

Блэк спрыгнул с телеги, на которой и лежал огромный стог сена, и помог мне торопливо последовать его примеру. Мне снова (как и во время беготни по коридорам) пришлось задрать юбку почти до колен, чтобы не упасть, запутавшись в подоле. Блэк покосился на мои ноги в плотных чулках и с чисто джентльменской вежливостью сделал вид, что его это совершенно не волнует. Лишь глаза выдали его, на мгновение сверкнув огнем, не менее ярким, чем тот, который едва не сожрал нас в музее.

— Думаете, нас видели? — спросила я, пересекая парк и постоянно оглядываясь через плечо.

— Едва ли, — он покачал головой. — Впрочем, это не так важно.

Бросив эту загадочную фразу Блэк замолчал, а я, слишком растревоженная и сбитая с толку происходящим, не стала задавать новых вопросов.

Общежитие встретило нас тишиной и уже привычной темнотой, которую, впрочем, разбавляли редкие светильники на стенах коридора.

Мы остановились у прохода, ведущего в женское крыло. Я несколько нервным движением положила ладонь на холодные перила.

— Не выходите за Грифленда.

Я удивленно подняла глаза на Блэка. Его голос прозвучал негромко, и в нем уже знакомая мне уверенность сменилась чем-то новым — просьбой.

— Я и не собиралась.

— Хорошо.

Его шепот оборвался, когда он снова осторожно притянул меня к себе и поцеловал. В этот раз нежно и мягко, будто опасаясь сломать или причинить боль. Я отстранилась от него, чтобы посмотреть в заострившееся лицо, а потом выдохнуть прямо в губы:

— Лия, — сказала я. — Меня зовут Лия. (22593)

Блэк дотронулся пальцем до моего подбородка и чуть приподнял его, повернув сначала влево, а потом вправо. Казалось, он рассматривает мой профиль.

— Лия, — повторил он и улыбнулся.

Новый поцелуй заставил забыть и о том, что происходит, и о том, где я нахожусь, и даже собственное имя вдруг стало ненужной деталью, отвлекающей от чего-то действительно важного.