ГЛАВА 7

Я решила не дожидаться, пока ректор прознает про разбитый витраж, и сообщить ему об этом самой. Так сказать, явка с повинной.

Попасть к ректору оказалось не так просто. Уже на пороге приемной я попала в жаркие объятие секретаря.

— Мисс Бартон! — обрадовался он. — Вы принесли мне… То, о чем мы договаривались?

Секретарь посмотрел на меня едва не с вожделением, но я не льстила себя надеждой, что причиной тому мое очарование.

— Мистер Адамсон, — с натянутой улыбкой ответила я, — я занесу вам… желанный предмет немного позже. Мы же не оговаривали время?

Секретарь прищурился и посмотрел на меня с подозрением, как столичный житель на провинциала.

— Мисс Бартон, вы же не пытаетесь меня… обмануть?

— Что вы! — почти искренне возмутилась я. — Я таким не занимаюсь. — Под его долгим взглядом, я поправилась: — Не с вами, мистер Адамсон.

— Что ж… Я надеюсь получить свою вещь, — он выделил интонацией предпоследнее слово, — не позднее пяти вечера.

— Непременно, — пообещала и сделала шаг в сторону кабинета. — К ректору можно?

— С птицами нельзя, — сказал секретарь и даже придвинул к себе бумаги, тем самым ставя точку в нашем разговоре.

— Тогда присмотрите за Буклей, — не мешкая, ответила я и стряхнула сову со своего плеча.

Та, недовольно ухнув, приземлилась на стол секретаря. Адамсон замер и с опаской воззрился на птицу, грозно щелкнувшую клювом.

— Мисс Бартон… — полетело мне в спину, но я уже потянула ручку.

— Мистер Саймон? — робко позвала я.

Ректор обнаружился рядом с коллекцией странных предметов, напоминающих индийские маски. Он задумчиво рассматривал их и обернулся, заслышав мой голос.

— Мисс Бартон, — обрадовался (или сделал вид, что обрадовался) он. — Вы ко мне по делу?

— Моя сова разбила витраж одной из аудиторий, — тянуть с признанием не было смысла. — Мне очень жаль, — торопливо добавила я.

— Сова? — удивился он. — Обычно таким буйным нравом обладают грифы.

— М-м-м…

— Вы сами ее выбирали?

— Это подарок.

— Что ж, от подарков не отказываются.

Мы одновременно тяжко вздохнули и помолчали. Каждый задумался о своем. Судя по печальному взгляду ректора, в его коллекции все-таки были вещи, которые он бы с удовольствием вернул дарителю.

— Так значит, сова разбила окно? — спросил ректор, выныривая из своих размышлений.

— Да, — не стала отпираться я. — Мне очень жаль.

— Пустяки, мисс Бартон, — отмахнулся ректор. — Я вычту сумму на ремонт из вашего жалованья.

Я выдавила из себя вежливую улыбку. Чувствую, новый питомец влетит мне в копеечку.

— А в какой аудитории это произошло? — словно спохватившись, уточнил он. — В старом крыле сохранились витражи самого Бартолфея Сэмрикса! Они бесценны.

Я улыбнулась уже откровенно мрачно.

— Отец оплатит ваш счет, — смиренно пообещала я и перешла к более интересующей меня теме: — Мистер Саймон, я слышала, сегодня полиция арестовала одного из преподавателей?

Я подпустила в голос встревоженных ноток, но, честно говоря, волнение играть мне не пришлось. Ноги действительно подрагивали, но благодаря длинной юбке об этом знала только я.

— Вы уже слышали новости, — вздохнув, ответил ректор и заложил руки за спину. Его взгляд вернулся к маскам на стене. — К сожалению, мистера Блэка действительно увезли в участок для допроса. Его обвиняют в незаконном поднятии тела усопшего. Меня вызвали для дачи показаний, так что вы, мисс Бартон, поймали меня на пороге.

Ну да, рассматривающего маски, ага.

Я изобразила смущение и рассыпалась в извинениях. Уже отступая к двери, я спросила:

— Академия будет ходатайствовать о мистере Блэке? Наверняка произошла ошибка.

— Ошибка или нет, но академия не будет марать себя судебными разбирательствами, — сказал ректор и подошел к креслу, на котором лежал его пиджак. — К сожалению, у мистера Блэка нет покровителей в высшем свете, поэтому…

«Пускай выгребает сам», — мысленно закончила я.

Во мне проснулось желание запустить в ректора чем-нибудь тяжелым, но вместо этого я мило улыбнулась, еще раз выразила сожаление по поводу окна, получила заверения, что ректор вместе с отцом Амелии разберутся во всем, покивала в ответ на пожелание не забивать хорошенькую головку проблемами и вышла за дверь.

Приемная встретила меня полным разгромом. Пол оказался усеян белоснежными листами бумаги, как промерзлая земля первым снегом. На столе секретаря царил хаос: чернильница перевернута, и ее содержимое залило столешницу. Теперь стол, с ярко-фиолетовыми кляксами, казался произведением художника-модерниста. Рядом с этим дизайнерским шедевром стоял растрепанный секретарь и гневно шипел на мою сову, пытаясь вытащить из ее клюва одну из печатей.

— Мисс Бартон, — пропыхтел он, тыкая в сову рукой. Птица в ответ подняла лапу и выпустила когти. — Не могли бы вы… — Судя по взгляду, он хотел, чтобы я умерла в мучениях и прямо сейчас, но вслух сказал совсем иное: — … помочь мне?

— Конечно, мистер Адамсон, — сказала я и медленно приблизилась к сове.

Теперь мы уже вдвоем тянули печать из клюва. Честное слово, происходи все это в мультике, а не в реальной жизни, мы бы уже уперлись ногами в птицу, пытаясь заставить ее разжать клюв. Но бессмертностью нарисованных персонажей мы не обладали, поэтому действовали с осторожностью. Сова предупреждающе ухала и выставляла вперед когтистую лапу.

— Букля, брось гадость, — с самым серьезным видом увещевала я. — Зачем тебе эта дрянь? Пойдем, я лучше покормлю тебя.

Сова с заинтересованным видом покосилась на меня и вдруг разжала клюв. На руки взмокшему от усердия секретарю упала печать. Букля взмахнула крыльями и, сделав короткий круг по приемной, уселась мне на плечо. Клянусь, я была уверена, что она показывает секретарю язык!

— Мистер Адамсон, я приношу свои самые искренние…

— Мисс Бартон, — перебил меня тот, — будьте добры, к пяти часам зайдите ко мне без… — секретарь проглотил ругательство и расправил усы дрожащей рукой, — своего питомца.

— Непременно, — пообещала я и ретировалась.

Возле расписания я немного задержалась, тщательно выискивая в нем нужный мне курс.

Отлично, у Грифленда сейчас занятие на полигоне. Что ж, полигон так полигон. Почему бы и не прогуляться до него.

***

Я шла в сторону большого поля, раскинувшегося за основным корпусом академии. Память со скрипом подсказала, что большую часть времени поле используют как полигон для тренировок магов с факультета боевой магии и лишь изредка как территорию для игры в крикет.

Букля на моем плече притихла, но я помнила о своем обещании покормить ее. Чем здесь кормят сов? Вряд ли она согласится на булочку… Может быть, сойдет кусок мяса?

Впереди замаячили деревянные трибуны, полукругом обнимающие поле. Я приметила на них одинокую мужскую фигуру и принялась подниматься по высоким и неудобным ступенькам.

— Мистер Вудворт! — поприветствовала я куратора курса Грифленда.

— Мисс Бартон? — удивился тот, откладывая бинокль в сторону. — Вы тут…

«Что забыли?»

Я хмыкнула.

— Выгуливаю своего нового питомца. У него…гм… непростой характер.

— Прошу, присаживайтесь, — любезно предложил мне Вудворт и отодвинулся, кивая на скамью.

Это было забавно, потому что кроме нас двоих на трибунах никого не было. Двигаться и освобождать мне место его могло заставить разве что джентльменское воспитание.

Я присела рядом и мило улыбнулась, стараясь не рассматривать куратора слишком пристально. Высокий лоб, длинные рыжие волосы, уложенные на один пробор, тонкие губы и светло-карие глаза. Приятные, располагающие черты лица. Я припомнила, что Вудворт был моим ровесником.

— Вы тренируете курс? — Я хотела начать невинно и издалека, но получилось глупо и в лоб. Пришлось захлопать ресничками и изобразить саму наивность. — Я вам не помешаю?

— Что вы, мисс Бартон, — горячо заверил тот. — Я рад, что вы ко мне присоединились. Честно говоря, тренировка подходит к завершению, а я совсем заскучал.

— Вот как? — глубокомысленно спросила я. — И чем вы занимаетесь?

— Смотрю за порядком. Вот видите? — он указал на полосу препятствий, которая с такого расстояния была плохо видна. Я различила только канаты, какие-то деревянные помосты и огромную грязную лужу.

— Честно говоря, мистер Вудворт, ничего не могу разглядеть, — развела руками я.

— Ох, конечно! — он спохватился и предложил мне бинокль. — Возьмите.

Я не стала спорить и прислонила глаза к окулярам. Картинка сразу стала яркой и понятной. Полоса препятствий выглядела впечатляюще. Лужа грязи оказалась трясиной, обойти которую было не так уж просто. На деревянных помостах срабатывали ловушки, и в бегущих по ним ребят неслись стрелы и копья. Самые ловкие добирались до искусственного возвышения с флагом королевства, но там их поджидали монстры. Я едва не уронила бинокль, когда увидела кого-то похожего на ищеек, но еще более устрашающего вида. Над одной частью полигона лил дождь, в другой — вспыхивало пламя и летели искры. Память подсказала, что дело частично в иллюзиях, но все же имеет место и реальная магия. Мне стало не по себе.

Я перевела бинокль, рассматривая сражающуюся толпу внизу. Признаться, несмотря на ужас, поглазеть на дерущихся молодых парней было приятно. Все они были хорошо сложены, а двигались так стремительно, что дух захватывало.

— Никогда бы так не смогла! — невольно вырвалось у меня.

— Будь у вас дар боевого мага, смогли бы, — не согласился Вудворт и тут же добавил: — К счастью, у вас магия предсказателя. Это больше подходит для благородной леди.

Я смотрела на поле, поэтому надеюсь, моя кислая улыбка осталась незамеченной.

— У вас есть любимчики? — я решила поддержать разговор. Все равно мне придется дождаться окончания занятия.

— Конечно, — не раздумывая, ответил Вудворт. — Джеймс Грифленд.

— Почему он?

— Посмотрите влево, последний квадрат.

Я выполнила его совет и замерла, открыв рот. Все парни обладали ловкостью, быстрой реакцией и силой, но в Грифленде все эти качества будто были гипертрофированы. Я невольно залюбовалась его подтянутым телом с широкими плечами. Обтягивающие черные кожаные штаны и такого же цвета короткая куртка подчеркивали его мускулистую фигуру. Он поднырнул под огромный шипастый таран, уклонился от меча, пробежался по раскачивающейся платформе и остановился напротив огромного пса, скалящего зубы. Мгновение, и пес заскулил, уносимый смерчем. Раздался звук удара. Пес остался лежать рядом с деревянной стеной, в которую врезался секунду назад. Грифленд же понесся дальше.

— Вот это да! — выдохнула я и убрала бинокль от лица.

— Стихия ветра редко может удивить, но Грифленд — исключение из правил, — с улыбкой пояснил Вудворт.

Неожиданно улыбка сползла с его лица.

— Простите, мисс Бартон, ваша сова…

— Что такое?

Я принялась испуганно искать взглядом своего питомца. Господи, надеюсь, она не дразнит тех псов…

— Мне кажется, — неуверенно сказал Вудворт и понизил голоса до шепота. Таким шепотом сообщают самые страшные и скандальные вещи, скрыв лицо за веером. — Она охотится?

Я наконец увидела Буклю. Она уселась у самых нижних трибун и немигающим взглядом буравила траву.

Память невозмутимо сообщила, что птица благородной леди должна вести себя соответственно. Охотиться, конечно, можно, но как-нибудь тайком. Общество относится к вашим грешкам с пониманием до той поры, пока не ловит вас на одном из них.

— Ну что вы, — заюлила я, — она просто любуется видом.

Словно услышав мои слова, Букля пронеслась над полем, царапнув землю когтями, и взмыла в небо. В ее лапах обреченно болтался какой-то грызун.

Вудворт посмотрел на меня так, будто узнал, что я явилась сюда без нижнего белья. Я молча развела руками.

— Знаете, моя сова… — На голову ушибленная? — Немного эксцентричная.

Вудворт уже отошел от первого шока и растерянно кивнул.

— Странно, что она охотится днем. Совы — ночные птицы, — с осуждением сказал он.

— Я напомню ей об этом, — клятвенно заверила я.

Мистер Вудворт одарил меня еще одним неодобрительным взглядом и поднялся со своего места. Его голос, усиленный магией, разнесся по полигону.

— Тренировка окончена. Победила команда мистера Грифленда.

По полю прокатился недовольный рокот, но Вудворт его проигнорировал.

— Увидимся во вторник. Не задерживайтесь. Маги-чистильщики придут с минуты на минуту.

Вудворт кивнул мне и, коротко попрощавшись, принялся спускаться с трибун. Я фыркнула. Какой трепетный мужчина! Сова моя ему не понравилась.

Я поискала Буклю взглядом, не нашла и решила, что та и сама о себе позаботится. Я подождала, пока меня заметит Грифленд и помахала ему рукой.

Тот удивленно посмотрел на меня и заспешил в мою сторону. Его сокурсники равнодушно проходили мимо и, кажется, даже отводили глаза, делая вид, что в упор меня не видят. Умеет Грифленд «разбираться», этого у него не отнять.

— Мисс Бартон? — спросил он, легко взлетая по ступенькам. — Вы ждете меня?

Светлые волосы забраны в хвост, лоб в испарине, а в расстёгнутой кожаной черной куртке виднеется белое поло. Его вид настолько напомнил мне парней из моего мира, что я невольно улыбнулась, и тут же получила широкую улыбку в ответ.

— Я рад, что вы пришли, — легко признался он и одним грациозным, хищным движением опустился рядом со мной на лавочку, прижавшись к моему боку вплотную.

Его рука легла совсем близко от моей, и я хмыкнула, оценив этот маневр.

— Я хотела поговорить с вами, мистер Грифленд.

Наверное, можно было потянуть, но мне почему-то казалось, что в случае с Грифлендом стоит сразу брать быка за рога.

— Слушаю, — откликнулся он и даже голос у него стал более хриплым и бархатистым.

Ну чисто кот, завидевший миску сливок.

— Я была бы благодарна вам, если бы вы сказали полиции, что мистер Блэк поднял тело по вашей просьбе.

— По просьбе родственника?

— Верно.

Грифленд откинулся на спинку скамьи и с интересом посмотрел на меня.

— Двусмысленная просьба, мисс Бартон. Многие бы насторожились.

Я сжала ладонь в кулак и прямо встретила взгляд Грифленда.

— Так что скажете?

Тот хмыкнул и резко наклонился вперед. Упершись локтями в колени, он принял расслабленную позу и посмотрел на поле, где уже суетились маги, разгоняя псов и убирая иллюзии.

— Я помогу.

Я не успела даже выдохнуть с облегчением, потому что он быстро продолжил, все еще не оглядываясь на меня:

— У меня два условия. Первое: вы рассказываете, зачем мистер Блэк поднимал тело моего дяди. И не стоит пытаться меня провести. У меня нюх, как у собаки, — он дотронулся до своего носа. — Я чую ложь.

— Понятия не имею, о чем…

— Ложь, — хмыкнул Грифленд, не дав мне договорить.

— Может быть, я влюблена и спасаю дорогого мне человека?

Мне почти удалось проглотить ехидство. Получилось не то чтобы правдоподобно, но все же…

Грифленд замер, что-то прикинул и снова мотнул головой.

— Не верю, — снова хмыкнул он. — Ну так что скажете, мисс Бартон?

— Что подумаю, — огрызнулась я. — Какое второе условие?

— Ваша благодарность.

— Ах, это! — с облегчением отмахнулась я. — Письменная или устная?

— В виде поцелуя.

Я замерла, открыв рот. Однако, шустрый малый! Далеко пойдет.

Не знаю, как отреагировала бы Амелия на такое предложение: упала в целомудренный обморок или отходила бы наглеца сложенным зонтиком, но я кусала губы, чтобы не рассмеяться. Такой откровенной наглости и смелости я не встречала давно. Признаться, меня это притягивало. Чувствовалась в Грифленде какая-то бесшабашность, свойственная и мне самой.

— Мисс Бартон? — осторожно напомнил о себе он. — С вами все в порядке? У вас что-то с лицом.

Это «что-то» — моя попытка изобразить гневное негодование. Кажется, получилось не очень. При возможности спрошу у Амелии, как реагировать в таких ситуациях. У нее наверняка есть какая-нибудь методичка для истинной леди, где описаны варианты шантажа и способы ответа на него.

Шантаж поцелуем! Кто бы мог подумать, что такое бывает.

— Все в порядке, мистер Грифленд, — холодно ответила я. — Ваше условие неприятно поразило меня. Я была о вас лучшего мнения.

— На поле боя все средства хороши. — Он легонько дернул плечом и открыто посмотрел на меня, нисколько не смущенный моим скептичным взглядом.

— Я запомню ваши слова, — пообещала я и, все-таки не удержавшись, фыркнула.

Грифленд тут же расслабился. Из его глаз ушла настороженность, а губы растянулись в обаятельной улыбке. Кажется, его впечатлило, что я не стала голосить и грозиться папенькой.

— С вами, мисс Бартон, сражаться лучше по одну сторону баррикад.

— Вспомните об этом, когда в следующий раз решите прибегнуть к шантажу в общении со мной, — посоветовала я и вернулась к сути разговора. — Так что вы хотите знать, мистер Грифленд?

— Мистер Блэк поднимал тело моего дяди по вашей просьбе? — быстро спросил он, не тратя ни секунды на обдумывание вопроса.

— Да, — после паузы неохотно призналась я.

На трибунах мы были одни, маги-чистильщики суетились где-то внизу, но я все равно нервно оглянулась по сторонам.

— Почему?

Я вздохнула и решила прибегнуть все к той же полуправде, которую я уже успела поведать Блэку.

— Мне было видение, что ваш дядя — лишь первая жертва убийцы.

Грифленд на мгновение напрягся, а затем спросил:

— Кто станет второй?

— Не могу сказать. Чаши весов…

— Колеблются.

— О, так вы все-таки слышали мои лекции. Приятный сюрприз!

— Я всегда внимательно вас слушаю, мисс Бартон, — серьезно сказал Грифленд.

Он резко встал и сделал пару шагов вдоль скамьи.

— Значит, вы боитесь, что может пострадать близкий вам человек?

Я моргнула. Парень соображал на редкость быстро.

— Верно.

— Насколько близкий?

Ближе не бывает.

— Достаточно, — уклончиво ответила.

Грифленд кивнул и не стал настаивать на более развернутом ответе.

Парень снова сел на лавочку, но в этот раз лицом ко мне и свесив ноги по обе стороны от сиденья. Фактически он оседлал скамью и теперь рассматривал меня, чуть покусывая губы.

— Я предлагаю объединить усилия.

— Для чего?

Он сидел так близко, что мне невольно стало неудобно, и я немного отодвинулась.

Грифленд оценил мой маневр, дернулся, чтобы снова подвинуться, но неожиданно передумал.

— У нас схожие цели. Вы хотите предотвратить убийство, а я — найти убийцу своего дяди.

Кажется, брови у меня удивленно взлетели вверх.

— Вы хотите найти убийцу? — недоверчиво переспросила я. — Вас что, одолела жажда мести?

Грифленд нахмурился, помолчал и явно с трудом ответил:

— Отец затеял собственное расследование. Я предлагал свою помощь, но тот даже слушать не захотел.

— А вы горите желанием доказать, что на вас можно рассчитывать? — протянула я.

Ребенок, жаждущий войти в круг взрослых. Ты попала, Лия!

— Да, — честно сказал Грифленд и неохотно добавил: — И отцу, и брату.

— Интересные у вас отношения с близкими, мистер Грифленд, — задумчиво протянула я.

Тот пожал плечами.

— Как во многих достойных аристократических семьях. А у вас, мисс Бартон, теплые отношения с родными?

— Наверное… — неуверенно ответила я, припоминая детали общения Амелии с матерью, и тут же торопливо исправилась: — Наверное, их можно назвать таковыми.

Хлопот чьих-то крыльев раздался над головой, и я посмотрела наверх, ожидая увидеть Буклю. Вместо этого мой взгляд уперся в огромную птицу с темно-коричневым оперением и редким вкраплением белого. Устремившись вниз, птица приземлилась на плечо Грифленда. Желтая когтистая лапа впилась в его кожаную куртку, и парень охнул.

— Орладно, полегче! — шикнул на птицу он.

— Это ваш… — я запнулась, рассматривая хищную птицу. Та ответила мне тем же.

— Орел, — договорил за мной Грифленд. — Он плохо воспитан, так что не обращайте внимания.

— Ничего, — пробормотала я, ловя на себе внимательный взгляд желтых круглых глаз.

— Я слышал, ваша сова скончалась от болезни. Мне жаль.

— Мне тоже, — вежливо ответила. Орел даже с виду казался тяжелым и мощным, но Грифленд спокойно держал его на плече. — Мне недавно подарили новую сову.

— И кто же?

Глава гильдии.

— Моя мама, леди Джейн.

— Надеюсь, вы поладите с птицей, — сказал Грифленд, осторожно касаясь своего орла рукой. Тот сначала щелкнул клювом, а затем потерся о ладонь, как кошка. — Питомца лучше выбирать самостоятельно.

В следующий раз непременно, мрачно подумала я.

— Мистер Грифленд, так я могу на вас рассчитывать?

— Конечно, мисс Бартон. Я сейчас же отправлюсь в полицейский участок. На днях мне минуло двадцать один, так что я совершеннолетний. Моя просьба поднять тело родственника абсолютно законна.

Я куснула губу. Мне и в голову не пришло, что мой план мог провалиться из-за одной мелочи: возраста Грифленда.

— Это не вызовет подозрений?

— У служителей закона? Я не думаю. А вот отец удивится…

— Отлично, — с наигранной бодростью сказала я. — Тогда желаю вам удачи.

— Я напишу или сообщу лично о результате разговора с полицейскими, — пообещал он и подставил согнутую в локте руку, на которую тут же перебрался орел. — После этого мы сможем действовать дальше.

— А вы знаете, что нужно делать дальше? — я искренне изумилась.

— У меня есть… кое-какие догадки, — туманно ответил Грифленд и резко взмахнул рукой, заставляя орла взмыть в небо. — Вы понравились Орландо.

Я закатила глаза.

— Сильно сомневаюсь, мистер Грифленд.

— Нет, поверьте, понравились.

— Он сообщил вам это телепатически?

Грифленд хмыкнул и широко улыбнулся:

— Орладно не щелкал клювом, пытаясь вас укусить. Это хороший знак.

Меня невольно передернуло. Клюв у этой птицы был ого-го.

— Я польщена. — Мой взгляд снова вернулся к полю. Маги-чистильщики закончили с делами и, судя по всему, собирались расходиться. Я спохватилась. — Мне пора, мистер Грифленд.

— Я провожу вас.

Прежде чем я успела отказаться, он вскочил на ноги и протянул мне руку.

— Я так понимаю, отнекиваться бессмысленно? — вздохнула я. — Что ж, идемте.

На губах Грифленда расцвела самая ослепительная улыбка из всех, что я у него видела.