Глава 28

Глеб встал раньше меня и уже был в предвкушении предстоящего обыска. Стоило мне зайти на кухню, он тут же сунул мне в руки чашку кофе, а вместе с ней блокнот со своими пометками.

– Вдруг я что-то упускаю, – пояснил он.

Я с удивлением посмотрела на него. Кофе, блокнот и никакого “доброе утро”. Потом поняла: он много ждёт от того, что найдут в “Мастерской под Воротами”. Может быть, это будет не только след Бурова.

Неужели я вижу, как Глеб по-настоящему волнуется?

Стоило мне закончить с завтраком, Глеб засобирался в участок. Казалось, нет никакого смысла приходить туда раньше назначенного на обыск времени. Но я не стала возражать.

В участке было шумно. У порога толпились журналисты, выкрикивая вопросы каждому, кто проходил мимо.

– Правда ли, что у Натальи Лебедевой есть покровитель? Это из-за него она убила мужа?

Я оглянулась на голосящих людей. Они толкались и махали руками, привлекая внимание, словно стая ворон, почуявшая добычу. Каждый перекрикивал другого, и отдельные слова сливались в гул. Но Глеб потянул меня внутрь участка, не давая услышать что-то ещё и тем более заговорить с ними.

– Разве кто-то уже сказал им, что Смольный помогает Наталье? – задумчиво спросила я, когда мы оказались на расстоянии.

– Может, что-то уже и разнюхали, – пожал плечами Глеб.

– Не просто разнюхали, – проворчал подошедший Громов и протянул утреннюю газету. – А раздули из этого скандал. С утра Вершинин только и делает, что отбивается от этих писак. Держи, полюбуйся. Кто плодит такие слухи? Всё дело путают к чертям.

– Ничего удивительного, – Глеб пробежал глазами по заголовку и отдал газету мне. – Любой, кто хоть сколько-то может сложить одно с другим, понял, что у Натальи есть сочувствующие.

– Но разве ей не мог помочь кто-то из друзей? – спросила я, читая в статье ровно то, о чём мы говорили:

“Вдова крупного фабриканта уже нашла защиту – скорее всего, за её плечами стоит влиятельный человек. Кто он? Сочувствующий, любовник или покровитель?”

Некто обеспечил Наталье Лебедевой комфортные условия для домашнего ареста. Кажется, сама она была из бедной семьи, и ничего своего у неё никогда не было. Потому слухи подхватили довольно быстро.

– Мог, – пожал плечами Глеб в ответ на мой вопрос. – Только кому это интересно?

Я вернула газету Громову. Мы знали правду. Смольный действительно помогал Наталье из каких-то неизвестных нам побуждений. Но всё равно было мерзко от того, что её жизнь так легко выносилась на общественный суд.

– Это ещё что, – пробурчал Громов. – Вот после суда начнётся. Они будут перемывать ей косточки и искать семейные тайны, пока не высосут всё досуха.

Глеб не стал это обсуждать и направился к полицейским, назначенным для обыска в Мастерской. Я поспешила за ним, всё ещё думая о Наталье. Какой бы ни была её вина, газетные сплетни и чужие домыслы, скорее всего, окружали её всегда.

К обыску всё было уже готово. Кажется, “Мастерская под Воротами” вызывала куда больше интереса, чем дом Лебедевых. Маги из Гильдии прибыли раньше назначенного времени и даже все необходимые бумаги оформили без проволочек. Вскоре мы вышли из участка, чтобы явиться в одно из самых опасных мест Копперграда.

– Не переживай, – Глеб сжал мою руку, когда мы привычно погрузились в служебный автомобиль. – Для них взорвать что-нибудь – выкопать себе могилу на том же месте. А случайности, Полина, они случаются даже посреди улицы.

Я вздрогнула, вспомнив, что первый взрыв в этом мире я видела на рынке в разгар дня. Спокойнее мне не стало. Так или иначе, сегодня мы собирались погрузиться в преступный мир города и вывернуть его наизнанку. Неудивительно, что все на взводе.

“Мастерская под Воротами” ожидаемо оказалась у подножия холма, на вершине которого когда-то были городские ворота. От них осталась лишь пара смотровых башен. А сама мастерская даже отдаленно не напоминала фабрику по производству магбатарей.

Старое кирпичное здание с решётками и мутными стеклами на окнах. Вход обозначен проржавевшими воротами и скрипучей калиткой. Никаких указателей или вывесок. Во дворе вперемешку валялись старые механизмы. На первый взгляд обычная мастерская – то ли что-то чинят, то ли разбирают. Единственным сходством с настоящей фабрикой были коптящие трубы над крышей и гул внутри.

Вперед прошли пара магов и ведущий обыск полицейский. Их встретили руганью, которая была слышна даже на улице. Но на нашей стороне был не только ордер, но и превосходящие силы. Один взмах руки выглянувшего из дверей полицейского, и мы все потянулись внутрь мастерской.

Мы с Глебом зашли в мастерскую последними. Я осмотрела помещение, которое оказалось обычным рабочим цехом. У стен стояло несколько верстаков. За одним из них продолжал работать хмурый мужчина. Он лишь искоса поглядывал на нас, но не собирался бросать заказ из-за внезапного обыска.

– Чиним механизмы, какие притащат, – объяснял полицейскому другой работник.

Третий стоял в стороне, смотрел, как маги подсвечивают пространство и пинал валяющиеся на полу болты. Я невольно прижалась к Глебу, встретившись с его недоброжелательным взглядом. Здесь нам были не рады, и никто не собирался скрывать это.

Но всё это было лишь внешней частью “Мастерской под Воротами”. Стоило нам зайти за неприметную дверь в дальнем углу, перед нами предстала совсем другая картина. Стеллажи с деталями магкристаллов, ящики с непонятными пометками и станки для сборки батарей.

Воздух здесь пах озоном и чем-то едким. Станки шумели, над головой что-то стучало. Но стоило кому-то из магов выключить станок, стук прекратился. Механизмы со скрипом и шипением остановились. В помещении стало тише.

Я прошла вслед за Глебом, всматриваясь в поблескивающие фальшивые батареи. Каждая из них могла оказаться той, что могла взорваться в руках невезучего покупателя. Казалось, одно неверное движение – и мы все здесь могли взлететь в воздух. Я резко выдохнула, когда кто-то толкнул один из ящиков, и батареи в нём тихо звякнули.

– Если бы каждая батарея так просто взрывалась, – шепнул Глеб, заметив мой страх, – от таких мастерских давно бы не осталось следа.

Я кивнула, разжала пальцы, которые против моей воли впились в ладони, и постаралась сосредоточиться на том, зачем мы пришли.

Работающие в мастерской люди, казалось, не боялись возможных взрывов, а к нашему приходу отнеслись спокойно. Кажется, каждый из них был готов к тому, что однажды сюда явятся представители закона с проверкой. Судя по тому, что я знала, так и происходило: подпольную мастерскую закрывали, на её месте вырастала другая. Потому Гильдия так рьяно искала того, кто сдаёт их технологии на черный рынок. Несколько арестов ничто для тех, кто получал с этого прибыль.

Вот только в этот раз Гильдия и полиция пришли вместе. Пока маги подсвечивали артефактами стены, ящики и даже потолочные балки, полицейские фиксировали нарушения в технике безопасности. Чертежи, заказы, журнал выполненных работ – все это проверялось двумя сторонами и изымалось под мрачные взгляды людей, только что лишившихся жалования и работы.

Но нас интересовало не это. Ещё одна накрытая подпольная мастерская не принесёт ни славы, ни ощутимого результата. Настоящая ценность – финансовые отчеты и внутренние документы, которые должны привести к самому Смольному или связанным с ним людям.

Кабинет управляющего с документами находился дальше. В маленьком помещении и без нас было тесно. Два стоящих вплотную стола завалены папками, у стены закрытые металлические шкафы. В кабинете только дрожащая от испуга девушка. Сам управляющий, как оказалось, вышел к нам раньше – я даже не смогла отличить его от работников.

– Вот, пожалуйста, – он протянул несколько папок полицейскому.

Тот пролистал их под пояснения управляющего и равнодушно захлопнул.

– А где отчеты, которые вы готовили не для нас? – сурово спросил он.

– Тут всё и есть, – улыбнулся управляющий, поглаживая папку.

Но зашедший с нами маг открыл один из шкафов и без спроса выложил на стол хранящиеся там документы. Потом просветил пустые полки надетым на руку устройством и под недовольное шипение управляющего открыл второе дно с ещё несколькими стопками бумаг.

– Вот это уже интереснее, – Глеб сам взялся листать документы из тайника, извлек один лист и протянул его магу. – Кажется, каждый из нас найдёт, чем тут поживиться.

Здесь были накладные, чертежи, листы с именами и суммами. Одни заполнены аккуратным каллиграфическим почерком. Другие – торопливо и неразборчиво. Никаких печатей – только заметки, которые можно оспорить. Но фамилии и смысл слов были понятны тем, кто ищет.

– А вот и наш друг отметился, – Глеб показал мне ещё один лист.

Я посмотрела на таблицу, где напротив фамилии А.Руднёв стояло несколько дат и крупных сумм. Запоздало вспомнила, что именно под этим именем значился в “Мастерской” Анатолий Буров. А потом указала пальцем на пометку “вознаграждение от См.”:

– Это значит, сам Смольный выделил Бурова? Заплатил за проект взрывных батарей?

– Может быть, – туманно ответил Глеб и усмехнулся: – Так или иначе, мы можем об этом только догадываться.

– Но разве “См.” – это не Смольный? – не унималась я. Потому что найденная запись казалась мне прямым доказательством связи Смольного с инженером.

– Его настоящее имя – Григорий Степанов, – пояснил Глеб. – Часть прозвища – лишь намёк. Пока мы не найдём ещё что-нибудь, эта запись бесполезна.

Он продолжил ковыряться в бумагах, откладывая в сторону некоторые листы. Иногда стоящий рядом маг вытаскивал что-то и вслух пояснял находку. Ответственный за обыск полицейский всё конспектировал.

Записей о “вознаграждениях” было несколько – все на разные имена, не только для Бурова. Его поддельное имя мелькало в записях не раз, указывая, что он работал с “Мастерской” как минимум несколько месяцев. Остальные документы, судя по всему, были уничтожены. Поставщики, заказчики, сбыт партий магбатарей хранились и того меньше.

Особо ценной находкой стали чертежи с подписями Бурова – вина инженера уже была доказана, но теперь не вызывала сомнений. Вот только магкристаллов с детонатором среди них не было.

– Это ещё ничего не значит, – хмыкнул Глеб. – Конечно, Смольный не стал бы хранить такое здесь.

Маг только покачал головой и протянул полицейскому документ с ещё одной фамилией – тот переписывал всех найденных соучастников. Против предупреждения Глеба, маги и полицейские отлично сработались, быстро поделили необходимые документы, договорились о копиях и даже о последующей совместной работе. Кажется, и те, и другие всерьёз были намерены в этот раз проредить черный рынок и подпольные производства.

– Но на Смольного ничего нет, – разочарованно протянула я, когда мы вышли из мастерской.

На что я надеялась? Что в таком месте будет что-то напрямую указывающее на него? Если бы это было так, он не смог бы избегать наказания столько лет.

– Мы нашли достаточно, – возразил маг. – Если будут другие улики, это несложно привязать к делу.

Полицейский кивнул, наблюдая, как из здания выходили оставшиеся люди, а вход опечатывали.

– Знать бы, где он производит те самые батареи с начинкой, – недовольно поморщился Глеб.

– Буров мог и не делиться этой технологией, – пожал плечами маг. – Уж точно не за те деньги, которые предлагали ему в “Мастерской”.

– Думаете, он оставил её себе? – усмехнулся Глеб.

– Кажется, вы обещали найти его, – с улыбкой ответил маг. – И это не единственный вопрос, который нам придется задать инженеру.

Глеб только поморщился, но спорить не стал. Кажется, мы все понимали: хоть никто с самого начала не брал его в расчёт, инженеру известно больше, чем всем остальным.

– Мы должны найти его или добраться до Смольного, – раздражённо буркнул Глеб. – Нет разницы, кого из них мы сможем взять раньше.

– Но Бурова можно рассматривать уже не просто как пропавшего без вести, а объявить в розыск как соучастника, – заметил полицейский.

Маг согласно кивнул и посмотрел на Глеба, ожидая его слов.

– Давно пора это сделать, – всё-таки выдохнул он и первым повернулся к машине, чтобы вернуться в участок.