Стерпится — сживется (3.1)

Часы показывали час ночи — самое время опустошать мой холодильник. Да еще с таким остервенением, граничащим с аристократичными манерами. Мамины фирменные мясные котлеты первые улетели в эту бездонную пропасть под название эльфийский рот. Шесть штук за пол часа. Туда же отправились макароны, литр вишневого компота, который я варила для братьев, и миска салата с говядиной. Хотя я удивлена, что он не съел еду вместе с посудой. Спасибо, что пока он не добрался до шкафчика с моей заначкой, в которой я хранила пачки конфет, печенье и других сладостей.

На удивление, гость из другого мира предпочитал мясную пищу. Мне казалось, что эльфы больше по траве…

Шокер сидел возле меня и провожал голодным взглядом каждый отрезанный кусочек котлеты, пущенный в рот. Он уже съел свою кашу, но душе хочется мяса.

А что досталось мне на ужин?

Сиди, Алёна, молчи и попивай остывший чай с ромашкой. Печенье доставать боюсь. Сожрет же, вместе с целлофановым пакетом. Ощущение, что этот эльф век не ел, а то и больше.

На меня отказывались смотреть. Даже специально громко отхлебывала чай. Но куда там! Его Высочество кушать изволит. Когда я ем — я глух и нем? Чтоб ты подавился, помесь добермана с человеком!

А если мне все это снится? Может я уснула на той самой скамье в парке? Или меня сбила машина на гонках? Я не сдержала разочарованного вздоха. Нет — это все реально. Напротив меня сидит эльфийский принц из фэнтезийного мира и поедает мой ужин. Точнее то, что должно было им быть.

Я медленно встала из-за стола. Остатки чая вылила в раковину. Струя холодной воды полилась в посуду. Медленно ополоснула любимую кружку с принтом-фотографией, которую Саша подарил мне на день рождения. Это была наша первое совместное фото. Он обнимал меня на берегу моря. Я в купальнике, он в плавках. Его голова покоилась на моем плече, а широкие ладони обнимали меня за талию. Я положила свои ладони поверх его рук. На его фоне я казалась маленькой и хрупкой девушкой. И мы улыбались. Мы были счастливы.

Где же он? С той СМСки от него не приходило ничего. Ни звонка, ни новых сообщений. Я пыталась позвонить ему в свободные минуты, но каждый раз слышала одну и ту же фразу: "Аппарат выключен или находится вне зоны действия сети". Надеюсь с ним все хорошо…

— На! Помой посуду и приготовь мне ванну!

Может его огреть чем-нибудь?

Правую руку обожгло огнём. От боли пальцы разжались сами. Я легонько погладила запястье в том месте, где теперь красовался причудливый рисунок. Клеймом обзывается. Вздрогнула, когда услышала звон керамики. Под ногами валялись осколки разбитой кружки. Медленно, не веря в увиденной, я опустилась на пол. Дрожащими пальцами взяла два осколка. Разбившись, кружка раскололась аккурат так, что наши лица с Сашей оказались на разных фрагментах. Не знаю зачем, но я соединила их.

Глаза защипали горькие слезы. Соленая влага текла по бледным щекам. А я продолжала сидеть и смотреть на трещину, разделившую нас.

— Нашла из-за чего ныть! — раздалось со стороны стола. — У тебя вон сколько кружек.

Ни сил, ни желания отвечать не было. Для этого остроухого сноба все в жизни решается по мановению руки.

Почему я его сейчас терплю?

Все ясно, как божий день!

***

Когда я огрела "эльфа" по голове он, зараза, в сознании остался. Ругался много, по-русски и на своем языке. Из всего этого, что я поняла — он в красках описывал, кто, как и сколько существ принимало участие для моего зачатия. Таких поз даже в Камасутре нет. Ему бы не ко мне, а в Древнюю Индию — народ просвещать.

А вместо этого он напал. Просто выбил из моих рук лампу и толкнул меня в стену, вышибая весь воздух из легких. Еще и затылком ударилась. В придачу, меня прижали к серым обоям свои голым торсом. Боролись мы долго. Я пыталась ему врезать по надменной роже, он — поймать мои руки. В какой-то момент ему все же это удалось. Он схватил мою правую руку, занесенную для удара, и сжал ее, словно в тиски. Его губы зашевелились. Сквозь тихий шепот еле разобрала какие-то слова на странном языке.

Жгучая боль прострелила то место, которого он касался. С каждым словом становилось все больнее. Из под ладони, словно змеи, поползли веточки рисунка. Они расползались по всей руке до локтя, оставляя после себя красноту, как после ожога. Соседи бы давно прибежали на крики, но вот незадача — голос опять пропал.

Честное слово, думала от боли упаду в обморок. Когда сознание готово было помахать мне белым платочком, жжение прекратилось. Желанная прохлада коснулась кисти, когда этот ненормальный убрал руку. Взгляд опустился с самодовольно улыбающейся рожи на обожженную руку.

Я, конечно, давно мечтала о татуировке. Но не такой же! Руку, от ладони до локтя, опоясывала черная лоза. Краснота, к слову, уже спала.

— Это че такое?! — надеюсь, своим визгом я снова не призову ведьму.

— Рабское клеймо, — спокойно ответил "эльф", пожимая могучими плечами.

Все слова застряли у меня в горле.

А псих смотрит на меня, оценивая мою реакцию. Дыру уже прожег, это уж точно.

— Убью, скотина! — еле слышно прошептала я.

— Что-что? — улыбаясь, спросил самоубийца.

И наклонился.

Ох, зря ты, милый, мне свое ухо подставил!

Я успела схватить за выдающуюся часть головы, прямо за кончик. "Эльф" зашипел от боли, когда попытался выдернуть ухо из моей хватки. Но куда там — крепко держу! Он и стоял в положении буквы "Z" (стой он прямо, я еле бы доставала макушкой ему до солнечного сплетения) пока я высказывала ему все, что я про него думаю:

— Ты, сволочь, вломился в мою квартиру, похерил мне плазму, расхреначил мне полквартиры, угрожал моему мальчику…

— Пусти, дура малахольная!

— Заткнись! — от моего визга даже у меня уши заложило, что говорить о несчастном, чье ухо почти у самого моего рта. — Ты еще и татуировку мне набил! И причем хреновую. Ни вкуса, ни таланта!

С чувством дернула кончик уха вниз, чтобы рыпаться не смел.

Боль! Прям на том самом месте, где ветвилась татуировка. Жгучая, прокалывающая кожу миллиардами иголочек, отзывающаяся во всем теле, скручивающая сначала руку, а потом и все тело.

Ноги поразило, словно током. Они стали ватными. Чтобы не упасть ничком на пол, я сползла по стеночке. Либо из-за слез, либо все из-за той же боли, перед глазами все плыло. Не различишь где что.

Смех над головой привлек мое внимание. Смазанная фигура эльфа крутилась надо мной. Стальные пальцы сомкнулись на моем плече и меня подняли на ноги.

— Оууу, — язвительно протянули откуда-то сверху, — тебе больно. А хочешь, чтобы это все прекратилось?

Конечно хочу!

— Но вот какая интересная штука получается, — задумчиво произнес эльф. — Мало того, что ты несколько раз покушалась на мою жизнь и засунула мне в рот вот это, — в нос тыкнули ту самую тряпку…

Подумаешь, пару раз стукнула его по голове и сунула кляп, чтоб не орал! От этого еще никто не умирал.

Говорил он много. Строил из себя несчастную жертву, а я, если вкратце пересказать его слова, — величайшее исчадие Ада.

— И поэтому ты обязана, слышишь? — меня ощутимо тряхнули за плечи, — ОБЯЗАНА помочь мне вернуться в мой родной мир.

Русский человек всегда найдет в себе силы продемонстрировать средний палец. Судя по вытянувшемуся лицу, эльф был хорошо знаком с данным жестом.

— Воспитанные леди таких жестов не показывают! — возмутился эльф и средний палец прижали к ладони.

— Где ж ты видишь здесь хоть какую-нибудь леди. И к тому же воспитанную? — прыснула от смеха.

Эльф обиженно поджал губы. С этим выражением лица он похож больше на обиженного ребенка, чем на взрослого рассудительного человека. Я не удержалась и засмеялась.

— Я сказал что-то смешное? — спросил эльф, произнося каждое слово по слогам.

На меня напала Смешинка и отпускать отказывалась категорически. Или это истерика? В любом случае смеялась я недолго — очередная боль, но уже не такая острая.

— С чего ты решил, что я тебе помогать буду? — произнесла, еле сдерживаясь, чтобы снова не засмеяться.

Смотрю сквозь слезы на эльфа. Жду, когда же соизволят что-то ответить.

— Во-первых, — меня схватили за руку с татуировкой, — на тебе мое клеймо. Не будешь выполнять мои приказы — сдохнешь. Во-вторых, на твоей псине такой же.

— Ублюдок! — прошипела и от всего сердца плюнула ему в лицо.

И тут же пожалела об этом. Очередная нестерпимая боль, скручивающая все тело.

— Я, конечно, слышал, что многим девушкам нравится боль в отношениях, — язвительно протянул эльф, — но не знал, что мне такой экземпляр достанется. Вставай и иди за мной!

Подскочила, как на пружинах. Ноги сами двигались вслед за психом. Что за дела?!

Лишь на кухне вернулся контроль над телом. Я устало плюхнулась на стул, пряча лицо в ладонях. Что же такое творится? Неужели он и правда эльфийский принц из другого мира?

Бред какой-то!

Тогда как же объяснить творящуюся чертовщину, типа татуировки или светящихся мечей над Шокером?

— Накрывай на стол! — очередной приказ и кое-кто уселся на второй стул, забросив длинные ноги на стол.

Я окинула эльфа презрительным взглядом.

— Оделся бы, что ли?! — вспылила я, сталкивая его грязные ноги с белой скатерти.

Эльф задумался. Глубоко задумался. Так задумался, что зрачки за верхнее веко переместились.

— Мозг найти хочешь?

Глаза резко встали на место. И так зло на меня зыркают.

— Мне долго еще смотреть на?.. — я взглядом указала на то, что должно быть прикрытым со времен первых штанов.

— Я магически истощен, — после долгих гляделок произнес остроухий, — и я не в состоянии наколдовать хоть что-то.

Молча встала и отправилась в спальню. Где-то в шкафу у меня должна была остаться толстовка для Дениса. Покупала ему в качестве подарка на день рождения, но оказалась великовата. Милая, розовая кофточка с симпатичным плюшевым мишкой и радугой. Ден почти одной комплекции с эльфом, только остроухий пошире в плечах будет. Ему должно подойти. А вот штанов на такие ноги у меня не имелось. Хотя толстовка длинная, все стратегически важное должна прикрыть.

Я любезно вручила эльфу одежду. Он скептически осмотрел предлагаемое, но, все же, надел. Сидит, как влитое!

С обиженным на весь мир выражением на роже, остроухий приказал подавать еду.

А чем питаются эльфы в фэнтези романах? Я не любитель данного жанра, но имеется подруга, у которой книжные полки прогибаться от тяжести содержимого.

Под привычный гудок вызова я вышагивала по спальне в ожидании ответа. Я Машку знаю хорошо. В это время она ещё не спит — книжки свои читает.

— Алло, — на том конце провода раздался сонный голос одногруппницы.

— О, Савельева! Как хорошо, что ты не спишь! У меня к тебе вопрос…

— Алёна, мать твою за!..

— Моя мать приличная женщина! Ответь — чем питаются эльфы?

— Какие к черту эльфы? — по доносящимся из телефона звукам было ясно, что подруга там не одна. — Ты хоть знаешь, который час?

— Неважно! Просто скажи, чем питаются эльфы из твоих женских романов?

— Цветочной пыльцой! — буркнула подруга и отключилась.

Ну цветочками, так цветочками. Эх, придётся бегонию стричь!

Поскольку ножницы обитали только на кухне, я туда возвращалась. Застала ужасающую картину — эльф пожирает мои котлеты!