Глава 7 Месье Фи-Филин

Из столовой нас провожали шёпотом. Многим было интересно посмотреть на самую настоящую ведьму. Хотя, как по мне, самая настоящая фея, говорящая и рассыпающая вокруг себя блёстки во все стороны, – куда более интересный объект для изучения, чем просто обычная девушка, пусть и со странными способностями. Я же ничем визуально не отличалась от людей, здесь учащихся. Ну, разве что не была настолько богатой и родовитой. А именно такие здесь и учились, если судить по одежде, сложным причёскам, наличию маникюра и драгоценностей. Это всё как-то недвусмысленно намекало на знатное и богатое происхождение. А я в своём платье была похожа на бедную родственницу. Хорошо, что меня это не сильно беспокоило, так как было самым меньшим из моих проблем. Аннетта повела меня широкими коридорами в сторону Зимнего сада, попутно проводя экскурсию. – До Зимнего сада от столовой идти пешком через учебный корпус – двадцать минут. А если пойдём через улицу, то будет на семь с половиной минут дольше. Раньше в Зимнем саду очень часто отдыхали студенты после тяжёлого трудового дня, а я любила туда приходить по утрам, до работы, и любоваться на поющий фонтан. Так как магии во мне нет, – тут она печально вздохнула, но через силу улыбнулась, – то я стараюсь не мешать студентам своим присутствием. Но сейчас и это невозможно, так как вот уже две недели он стоит закрытым. Со смерти ведьмы Мариввы мы не можем сделать решительно ничего для восстановления сада, а ведь это место очень важно для всех учеников и работников! Так что мы все ждём его восстановления! – А что случилось? Она смутилась. – Ну… сейчас это место… не в форме. – Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я. – Как место может быть не в форме? Она страдальчески вздохнула. – Поверьте, вам лучше посмотреть самой. Скажу честно, её слова не показались жизнеутверждающими, но я всё-таки надеялась, что всё не так плохо. Потому что для идеалистки, вроде ректора, любая царапина и любое пятнышко – катастрофа, из-за которой нужно срочно опечатать непригодное помещение. А все остальные могут лишь услышать раздутую версию проблемы. Так что, возможно, то, что она называет «в ужасном состоянии», на деле – всего пара проблемных зон, сломанных полочек, на которых стоят горшки с цветами, или что-то столь же незначительное. Только вот, когда Аннетта распахнула двустворчатые двери, ведущие в Зимний сад, у меня непроизвольно вырвался вскрик: – Вашу бабушку! Это… это что?! Здесь что, мамонт пробежал? – Нет, госпожа. Я правда не знаю, что такое ваш «мамонт», но это был ученик музыкального факультета. – Музыкального факультета? – медленно повторила я, ошарашенно оглядывая пространство. – И что же делал здесь ученик музыкального факультета? Зимний сад был… разгромлен. И это мягко сказано. Я так понимаю, изначально здесь стояли деревянные стеллажи и висели на стенах полки для цветов. Но сейчас всё это богатство, всё это великолепие валялось на полу. Острые обломки бывших полок торчали словно могильные кресты из наваленной на каменной плитке земли. Большинство цветов либо погибли, либо были очень близко к этому. Фонтан посреди огромного помещения (метров на триста квадратных) был расколот на две части, и вода из него, которую никто не удосужился перекрыть, разливалась в разные стороны, создавая непроходимую мешанину из грязи. Мало того, когда Аннетта открыла двери, часть этой гадости выплеснулась наружу, так что нам пришлось даже отпрыгнуть в сторону. Теперь мы смотрели на всё это великолепие издалека. – Понимаете, госпожа, наверняка вам говорила леди Мальмонель, что в нашей академии учатся довольно тонкие натуры, обладающие своим особым индивидуальным вкусом, – явно процитировала девушка свою работодательницу. – Так вот, граф Лидик после тяжёлого дня решил немного отдохнуть в тишине сада и принёс с собой арфу. Её звук его всегда успокаивал. Он начал играть свою новую арию, которую сочинил несколькими днями ранее, но… – И что же случилось? – вкрадчиво спросила я. Девушка вздохнула. – Не только граф Лидик обладает очень тонкой душевной организацией. Он совсем забыл, что в Зимнем саду живёт месье Фи-Филин. И ему, по несчастью, совершенно не понравилась новая ария графа Лидика. Он настолько расстроился, что покинул своё насиженное место и решил покончить с собой, кинувшись вниз с потолка. – Что?! Я задрала голову вверх, пытаясь разглядеть потолок стеклянного купола, в котором располагался Зимний сад. – Скажи мне, пожалуйста, – ласково спросила я, – а месье Фи-Филин – это кто? И зачем он решил покончить с собой? И… На самом деле, у меня было куда больше вопросов. Но ответы на них давались настолько абсурдные, что я даже не знала, о чём спросить дальше. Однако всё решил случай. – О! – неожиданно переключилась Аннетта с меня на что-то другое, находящееся внутри купола. Девушка подобрала подол простого рабочего платья и, высоко поднимая ноги, направилась вперёд, прямо по грязной жиже. – Месье Фи-Филин, а мы как раз про вас говорили! Вы представляете, нам наконец-то прислали госпожу ведьму взамен Мариввы. Она-то и обещала, что самым первым делом приведёт в порядок ваше прекрасное королевство! Я только рот открыла от такой откровенной лжи, а потом, подхватив собственные юбки, бросилась вслед за помощницей. Иначе она сейчас такого наговорит! Но добежать не успела, потому что прямо перед моим носом неожиданно просвистело пустое ведро. – Незнакомка! Незнакомка в моём саду! – проорал хриплый каркающий голос откуда-то сверху. Пару секунд я ошеломлённо хлопала глазами, разглядывая ведро, которое чуть не убило меня, а потом подняла взгляд на потолок, выискивая обладателя голоса. – Что смотришь? – ухмыльнулся жирный, толстый филин, сидящий под самым потолком на ветке уцелевшего дерева. – Никогда мудрую птицу, что ли, не видела? Я сглотнула. – Вы меня чуть не убили! – Не, – отмахнулся он плешивым крылом. – У старого Фи меткость в правом глазу как засела, так больше оттуда не выходила! Я точно знаю, куда нужно бить, чтобы попасть человеку по голове. А уж ведьм на своём веку я забил немало, – он горделиво выпрямился, а до меня внезапно дошло. – Так это вы устроили весь этот разгром? На самом деле, слабо верилось, что птица, пусть и такая толстая и сильная на вид, да ещё и говорящая, может сотворить подобное побоище. Но других претендентов на это злодейство не было. Если уж он чуть не убил меня ведром, то, вполне возможно, у него есть и другие способы укрощения буйных студентов. Особенно, когда они пытаются потревожить старческий сон игрой на арфе. Но обитатель сада весьма оскорбился от моего вопроса, потому как встал на лапы, распушил перья на затылке и зашипел не хуже дворовой кошки. – Знай, с кем говоришь, ведьма! Я здесь живу с момента основания академии! И сам решаю, что в этом мире красиво, а что отвратительно. Этот малец хотел доказать мне, что его заунывное пиликанье – это красиво. Но на самом деле… – он сделал эффектную паузу, перетоптался с лапы на лапу и только потом продолжил: – Это отвратительно! Я вздохнула. Сейчас я ощущала себя Алисой в Стране Чудес. Происходящее вокруг было настолько несуразным, что назвать его фантастическим приключением даже язык не поворачивался. Скорее, приходило осознание, что похоже мне придётся работать с сумасшедшими. Осмотревшись по сторонам и полностью игнорируя надувшегося от важности филина, я прикинула предполагаемый фронт работ. Даже не представляю, как из этого места можно сделать хоть что-то более-менее приличное. Мало того, что были разгромлены все стеллажи и полки. При большом желании их можно поставить на места или заменить на новые и повесить обратно на стену. Но, во-первых, это время, которого мне, конечно, никто бы не дал. Во-вторых, на всё это нужна недюжинная мужская сила. А я одна. Но что гораздо хуже – вода, смешанная с землёй, уже успела повредить полы и стены, по которым полезла плесень. Так как ботинки уже были забиты грязевой кашей, я без сожалений побрела к фонтану, присела около него на корточки и внимательно осмотрела повреждение. – Чаша точно под замену, – пробормотала сама себе под нос, – она раскололась надвое, а так как стояла на ножке, то её нереально будет склеить обратно. Вес слишком огромный – она просто не будет держаться. Между тем филин не терял времени даром. Довольно эффектно для своих габаритов он спикировал вниз, присел на бортик фонтана и уставился на меня жёлтым немигающим взглядом. – Ну? Чего застыла? Я жду. И так исстрадался столько времени, живя в разрухе… – тут он хотел пустить слезу, но чёрные глаза были напрочь сухие и только хитро поблёскивали на пернатой морде. – Только постарайся, пожалуйста, не забыть, что на фонтане была выгравирована надпись. Это был подарок мне от королевского библиотекаря. Так что верни её в том же виде, в котором она была. Раз уж ты – замена предыдущей ведьмы, то она наверняка должна была тебе рассказать, насколько важно, чтобы в Зимнем саду всё было правильно. Идеально! Красиво! – он фанатично прикрыл глаза, наслаждаясь торжеством момента. Я поднялась с корточек и преувеличенно расстроенно развела руками. – Увы. Маривва умерла три месяца назад, и мы не успели с ней обсудить столь важный момент. Более того, я даже её не знала. Птица недоверчиво хмыкнула. – Хочешь сказать, что не знаешь, какая здесь была надпись? А что… что тогда будет с моим домом? С моим садом? Он… он… умрёт?! – с каждым словом его каркающий голос становился всё выше и истеричнее. Он возмущённо взмахнул крыльями и клювом ткнул меня прямо в руку. – И где взяли эту страхолюдину? Я вскрикнула и замахнулась на наглое пернатое ближайшим горшком, а Аннетта испуганно ахнула и побежала нас разнимать. – Месье Фи-Филин! Разве можно? Ведь госпожа ведьма… – Елена, – подсказала я. Девушка кивнула. – Госпожа Елена – ведьма! И сказано это было таким голосом, что сразу стало понятно: она на что-то намекает. Проблема в том, что я не понимала, на что именно. Зато понял филин. Он крякнул, надулся и, просверлив меня недовольным взглядом, проговорил: – Ну и что, что ведьма? Я их не боюсь! Развернулся ко мне, гордо выпрямил спину и выставил вперёд объёмное пузо. – Слышала, ведьма? Я не боюсь твоей мсти… мести… – поправил сам себя. – Очень жаль, – искренне посочувствовала, – но, во всяком случае, я не смогу вам помочь, так как не обладаю магией на том уровне, на котором обладала Маривва. Более того, я вообще не ведьма. Поэтому, боюсь, вам придётся жить здесь в творческом беспорядке. Каюсь, не удержалась от подколки. Зато филин воспринял мои слова явно по-своему, потому как сердито надулся и поинтересовался: – Хорошо, я согласен, что ты – достойный противник. Чего ты хочешь за восстановление моего сада? Он обвёл крылом свои владения, словно джинн, который может исполнить любое желание попаданки. Я печально усмехнулась. – Устроить моё увольнение можете? Собеседник округлил глаза и закашлялся. – Что? Что?! – Значит, не можете, – кивнула я. – Простите, месье Фи-Филин, но это не шутка и не розыгрыш. К сожалению, даже не попытка с вами поторговаться. Я действительно не обладаю магией. Так что не могу помочь в вашей сложной ситуации… Какое-то время филин молчал. Явно думал. Он задумчиво косился на меня жёлтым мигающим взглядом, пытаясь просверлить дыру в голове. Может быть, у него там был встроен детектор лжи, с помощью которого он определял: вру я или просто не хочу прибирать его сад. Но, наконец, он пришёл к каким-то выводам и, тяжело вздохнув, проговорил: – Ты не только страхолюдина, но ещё и глупая. – Я бы попросила! – возмутилась в ответ. – Ну, а как тебя ещё назвать, если ты ведьма, а магичить не умеешь? Кому ты тогда такая нужна? От его слов стало даже как-то обидно. Не то, чтобы сильно хотелось стать настоящей ведьмой, которую они все ждут, но я же потратила всю жизнь на то, чтобы самосовершенствоваться, узнавать новое, а тут, оказывается, мои навыки никому и не нужны. – Я вообще не собиралась попадать в этот мир. У меня была любимая работа. Я профессионал в своей нише! – И что же ты делаешь? – Я – реставратор мебели. Тот человек, который берёт старинную мебель, уже пришедшую в негодность, потерявшую свой внешний лоск, и приводит её вновь в прекрасный вид. – А зачем? – вклинилась Аннетта. – Это же наверняка долго… Всегда же можно поставить новую мебель. Зачем ремонтировать старую? – Ты ничего не понимаешь, девка! – неожиданно пришёл мне на помощь филин. – В старинных вещах – душа! Они хранят в себе печать прожитых лет и всех событий, которые происходили на их веку. Но девушка лишь пожала плечами. – Всё равно не понимаю. – Да я и не удивлён, – хмыкнул филин, смотря на неё довольно презрительно. Затем он посмотрел на меня. – А ты меня удивила, ведьма. Не думал, что в вашей расе есть почтение к древности. Я такое уважаю… Хорошо! – драматично взмахнул он перьями и кивнул. – Так и быть, я помогу тебе. Расскажу всё, что тебе надо знать, а также… – Что? – заинтересовалась я. Слабая надежда на то, что мне, наконец-то, помогут, подняла голову и заставила все внутренности трепетать в ожидании. – Я буду давать тебе советы! – высокопарно произнёс он. – Буду твоим проводником в новом мире. Радуйся! И с этими словами филин взмыл в воздух, чтобы с размаху приземлиться на моё плечо. От неожиданности я крякнула и сложилась пополам. Эта огромная туша была не просто тяжёлой, а очень тяжёлой! – Пойдём! – поторопил птиц с моего плеча. – Куда? – К светлому будущему! – А конкретней? – В библиотеку. Дух, охраняющий свитки, нам поможет. Ну, мы и пошли.