Глава 22

Но я опоздала. Стрела уже вылетела и прямой наводкой направилась к нам. Стражник оказался проворнее правителя. Он кинулся наперерез и принял удар на себя. Бертан сориентировался с секундным опозданием. Он схватил меня, потому что я впала в ступор от ужаса, и затолкал за большой валун.

Теперь мы были недоступны для взгляда противника, зато на виду оставался Микаэль. Но, кажется, мальчик лучника не интересовал. Он по-прежнему ползал по берегу, выискивая камни.

Меня трясло мелкой дрожью. Я жила в мире, где самая страшная проблема — сломанный ноготь, а тут попала под обстрел. Есть от чего сойти с ума. Я тоненько завыла.

— Тихо, молчи! — Бертан закрыл мой рот ладонью. — Не выдавай нас.

— А твоего стражника уб-и-и-и-ли, — стонала я.

— Еще неизвестно. Не двигайся, я посмотрю.

Бертан лег на живот и осторожно выглянул из-за камня. Тут же рядом чиркнула стрела и впилась в песок.

— Нас убьют, да? Что делать? Что делать?

— Кто ты? Выходи, покажись! — крикнул Бертан, но только эхо повторило его слова и стихло.

Мы настороженно прислушались. Тишина была такая, что казалось, будто в этом мире, кроме нашего дыхания, нет ни одного звука. Странно, неожиданно сообразила я, здесь даже насекомых нет. Куда мы попали? Что за проклятое место?

Паника владела мной не на шутку, я едва сдерживала крик. Но Бертан молчал: он разглядывал стрелу и хмурился. Ему явно что-то не нравилось. Вдруг мы услышали стон, я вцепилась в руку правителя.

— Успокойся, сюда они не полезут, — Бертан легко похлопал меня по пальцам. — Они на виду. Пока будут спускаться по камням, мы перебьем их по одному.

— Слабое утешение. А если их целый отряд? Они нас количеством возьмут.

— Вот когда полезут, тогда и будем волноваться, — успокоил правитель и спросил чуть громче: — Эй, там! Ты жив?

— Да, ваша милость, — с трудом ответил раненый.

— Что за правитель! Даже имен ближайших подданных не знает, — проворчала я под нос и хихикнула.

Черт! Надышалась, кажется! Надо срочно выбираться.

— Лежи, не шевелись, — Бертан разговаривал со стражником, не обращая на мои стенания внимания. — Пусть враги думают, что ты мертв.

— Бертан, придумай что-нибудь, — потрясла я его за плечо. — Это твой мир. Скоро мы потеряем сознание.

— Почему? — он подозрительно посмотрел на меня.

— А ты не чувствуешь, как кружится голова? Это пары нефти постепенно отправляют нас.

— Чего?

— Смотри, черное озеро — это нефть. Ее запах опасен. Он вызывает головокружение, слабость, потом начнет путаться сознание. Надо срочно выбираться отсюда. Стейк, как там обстановка? — от волнения я даже не заметила, что спросила вслух.

— Прости, но они еще не ушли. Совещаются.

— Сделай что-нибудь!

— Я уже постарался, оформил боевой раскрас на морде Мадана.

— Мог бы и получше постараться.

— С кем ты говоришь? — прошипел Бертан. — Головой уже тронулась?

— Не мешай! Получаю важную информацию, — отмахнулась я.

Но правитель не отстал. Он толкнул меня на спину, навалился сверху, а его руки оказались на моем горле. Еще чуть-чуть, и я отправлюсь к праотцам за доброе дело.

— Говори, кто ты? Ты лазутчица горинцев?

— Кто? Ты что! — просипела я и стукнула его кулаком по спине. — Пусти! Я даже не знаю, кто эти горинцы. На нас напал тот парень, который привез меня в Хесвелл.

Хватка немного ослабла.

— Мадан?

— Да.

— Откуда знаешь? С кем разговариваешь?

— С моим котом. Он убежал на разведку.

— С кем? — от удивления Бертан отпустил меня.

Я села, поправила рубашку: грудь почти вываливалась из разорванного декольте.

— Нашел время, когда устраивать разборки! У меня есть умный кот. Он помогает.

Удивительное дело, но я правителя совсем не боялась, поэтому вырвала из его рук древко, украшенное змейкой, сняла с ноги туфлю, нацепила на кончик и выставила наружу. Тут же вжикнула стрела и проткнула обувь насквозь.

Бертан мгновенно повалил меня на землю. Мне было, конечно, приятно лежать рядом с таким привлекательным мужчиной, но наше соседство не спасало от гибели. И тут Микаэль встал и обвел взглядом зал. Не заметив нас, он закричал.

— Ма-ма! Па-па!

Эхо разнесло радостный вопль по воздуху. Мальчик побежал по пляжу в нашу сторону. Я закричала во все горло:

— Нет! Микаэль! Остановись!

Но он меня не слушал и мчался прямо на зыбучие пески. Рядом с ним врезалась в землю стрела, потом другая. Микаэль не обращал на них внимания, только подпрыгивал, как молодой бычок, и несся дальше. Не знаю, лучники решили поиграть с мальчишкой, или у него была такая потрясающая везучесть, но мои нервы не выдержали: я сорвалась, вскочила и закричала во все горло:

— Ах, ты мразь! Не смей трогать ребенка!

И тут поднялся ветер. За одну секунду он свернул песок в смерч, бросил мальчика и меня на землю, а потом понесся к озеру. Мы с ужасом наблюдали, как черная, тягучая вода закрутилась в воронку, поднялась, оголив дно, к сводам пещеры и обрушилась на то место, где прятались лучники.

От страха я вцепилась в Бертана. Он обнимал меня, прятал у себя на груди и расширившимися глазами смотрел на происходящее, не говоря ни слова. Все продолжалось не больше минуты. Волна нефти резко опустилась вниз и выплеснулась на берег, накрыв Микаэля с головой и обдав нас черными вонючими брызгами. Мне досталось меньше всех: широкая спина правителя заслонила.

Бертан, уже не скрываясь, побежал к Микаэлю. Он прыгал по скользким камням, иногда срывался, но удерживал равновесие. Волна схлынула, и мальчик лежал на песке, не двигаясь. Я тоже помчалась к нему. От головокружения чуть не упала, встала на четвереньки и по-собачьи, работая руками и ногами, понеслась к мальчику. Не до этикета, когда жизнь ребенка на кону.

Удивительно, но я успела раньше, чем отец. Я слышала, как он вскрикнул, и оглянулась: правитель застрял между камней и ревел, пытаясь выдернуть ногу. Я сосредоточилась на ребенке: отец — взрослый мужик, сам справится.

Микаэль лежал на животе, полностью скрытый под слоем грязи. «О боже! Умер?» — ударила в виски мысль. Я перевернула мальчишку. Его лицо было черное, как у эфиопа, но светилось от счастья. Светлые глаза блестели, рот, наполненный жижей, улыбался.

— Господи! Как я рада, что с тобой все нормально, — чуть не заплакала я, прижимая вонючую голову к себе. — Бертан! Он в порядке!

Я задрала верхнюю юбку, зубами отхватила лоскут от нижней (ура! Получилось!) и стала вытирать лицо ребенка.

— Ма-ма! Ы-ы-ы! — смеялся Микаэль.

— Выплюнь эту гадость. Немедленно!

Он послушался. Пока я с ним возилась, на минуту забыла и об опасности, и о раненом, который уже не стонал, и о Бертане, но он сам напомнил о себе.

— Господи, я рад, — крикнул правитель.

— Перемазался только. Идите сюда. Что вы там возитесь?

— Не могу. Застрял.

— Сиди здесь! — приказала я Микаэлю и кинулась к его отцу.

Только подойдя ближе, я поняла, что случилось. Нога правителя попала в расщелину между двумя острыми камнями и застряла там. Крупный мужчина не удержал равновесие на скользкой нефти и провалился. Вокруг все было залито кровью.

— Это что? — я показала пальцем на красное пятно.

Мне стало плохо, в глазах потемнело. Я тяжело задышала: только бы не упасть.

— Я пытался выбраться. Прости.

— Стейк, ты где? Почему молчишь? — крикнула я коту

— Дай прийти в себя! Ну, ты даешь, Виолетта! — завопил он. — Всех стражников накрыла одним ударом.

— Они ушли? — я уже, не скрываясь, говорила вслух.

— Бежали так, что пятки сверкали.

— Спускайся к нам. Тебя рассекретили. У нас проблема. Не двигайся, я что-нибудь придумаю, — приказала я Бертану и поскакала по камням к стражнику.

Он сидел, прислонившись спиной к тому валуну, за которым мы прятались. Его тоже накрыло волной, и теперь черная жижа стекала на камни. Только его лицо не светилось восторгом, как у Микаэля. Бедный парень смотрел остановившемся взглядом на озеро. А оно было неподвижно, словно только что и не сворачивалось в воронку и не било по стенам пещеры.

— Ты как?

— Что это было? — бескровными губами спросил стражник. — Чудище?

— Цунами, — смутилась я. — Такая большая волна. Тебя как зовут?

— Тимо.

— Отлично, Тимо, посмотри на меня.

Но парень не реагировал. Он, как сомнамбула, глядел в одну точку. Я потрясла перед его лицом рукой.

— Эй, Тимо, приди в себя! Правитель в беде. Я одна не справлюсь.

— Где? Что?

— Смотри туда.

Я показала рукой в сторону берега. Страж взялся рукой за древко торчащей из его груди стрелы и одним движением сломал его. Я вскрикнула. Но он, не обращая на меня внимания, встал, но чуть не упал, пошатнувшись.

— Виолетта, что делать? — из-за камня на меня смотрел разноцветными глазками Стейк. Я чуть не заплакала, увидев родную мордаху.

— Котик, — страж ошарашенно посмотрел на меня, — покажись, иначе они меня за ведьму примут. Стейк важно вышел вперед. Раненый облегченно вздохнул. — Поищи другой выход. И еще, нам нужна вода и что-то, чтобы использовать как рычаг.

— Мяу, — ответил Стейк и мысленно добавил для меня: — А старым путем не хочешь выбираться?

— А вдруг отряд Мадана пришел в себя и решил вернуться? Нет, нам нужно срочно отсюда сматываться. Или пересидеть где-нибудь, но подальше. Мы скоро все свалимся. Посмотри на него.

Стражник скатился с валуна на бок и закрыл глаза.

— Для рычага используй копье. Вон, валяется.

— Точно! Бертан, не двигайся, я сейчас!

Кот убежал. Я схватила копье, и помчалась к правителю. Он ласково разговаривал с сыном, который показывал отцу разноцветные камушки, собранные на берегу. Слава богу, что он догадался занять Микаэля: с тремя мужиками я бы не справилась.

Я оглядела камни, нашла тот, который, как мне казалось, могла сдвинуть с места, всунула в щель копье и надавила.

Ничего не произошло.

Я нажала сильнее. Камень пошатнулся.

— Помоги мне, — пропыхтела я и налегла на копье.

Бертан уперся ладонями в камень и тоже толкнул его. Ничего не вышло. Пот заливал мое лицо, я тяжело дышала, а отчаяние уже подбиралось к голове. «Все! Здесь мы все и умрем! Мамочка моя, прости меня!»

— Подожди, Виолетта. Давай одновременно, — предложил Бертан. Он тоже побледнел, глаза провалились и потухли, но пока держался.

— Раз, два, три!

Мы вместе нажали на камень и… копье треснуло, правитель вскрикнул: камень сместился, но получилось еще хуже. Я заплакала. Казалось, надежды нет, и сил нет.

— Мама, — Микаэль навис надо мной и погладил щеку грязной ладошкой, величиной с детскую лопату. — Дай.

Он схватил камень руками, мы с Бертаном переглянулись и уперлись со своей стороны. Валун неожиданно сдвинулся с места.

— Ха-ха-ха! — захлопал в ладоши мальчик.

Я наклонилась и посмотрела на ногу правителя: мне опять стало плохо. Его голень была разодрана, а в ране торчал осколок кости.