Глава 41

После позорного бегства из Хесвелла Мадан вихрем вылетел за ворота замка и поскакал к границе, не останавливаясь. В душе клокотала злость. Мало того, что его план сорвался, Бертан остался жив и заимел Всеведу к себе в помощницы, так еще и у отца заслужил немилость. Теперь сиди на границе, пока все не успокоится!

Он яростно пришпорил коня. Отряд ринулся за ним.

Мадан не заметил, как стемнело. Конь под ним тяжело дышал от усталости, спотыкался на каждом шагу, и, казалось, что еще немного, и он упадет. Он нуждался в привале. Командир приказал остановиться.

Он огляделся: его отряд находился на опушке леса, о котором ходили тревожные слухи, недалеко от водопада, где впервые встретили Виолетту. Воспоминания нахлынули волной и накрыли Мадана с головой. Он заскрежетал зубами от ярости. Зачем он тогда приказал схватить эту девицу? Только осложнил ситуацию. Отец велел избавиться от нее при первой возможности, но как? Как, если он вынужден удирать, поджав хвост, как нашкодивший щенок?

— К реке! — приказал он, отряд развернулся и поскакал в сторону водопада.

Стражники напоили коней, стреножили их и пустили пастись на траве. Быстро разбили лагерь и поставили шатер для господина. Мадана эти бытовые дела не интересовали: он стоял на берегу и слушал шум падающей воды. Влажный воздух остудил немного разгоряченную голову. Командир укутался в плащ и задумался.

Что делать дальше? Своей выходкой он практически сорвал отцу подготовку к заговору. Бертан будет настороже. Вот-вот начнется отбор, и намеченное на его третий этап восстание теперь придется отложить.

— Будь ты проклята, Всеведа! — Мадан взмахнул мечом и разрубил ветку ближнего куста пополам. Вверх тучей взвились насекомые.

— Мой господин, — к нему подбежал стражник, — подать сигнал?

— Да, что-то Гвидо задерживается.

Звук рога прозвучал в тишине неожиданно громко. Помощник командира остался в Хесвелле, чтобы выполнить его приказ. Слуги должны были отловить всех котов в замке и уничтожить их. Мадан практически не видел, кто напал на него в приграничном замке и в пещере, но этот зверь везде сопровождал чужестранку и походил на кота.

Он уже повернулся, чтобы уйти в шатер, где ему приготовили походный ужин, как насторожился: сквозь шум водопада он расслышал топот копыт.

— Труби еще!

Стражник поднял рог и дунул в него три раза, условный сигнал для Гвидо. Действительно, это был он. Помощник аллюром спустился к реке, спрыгнул с коня и побежал к начальнику.

— Ну, что? — Мадан от нетерпения чуть не подпрыгивал. — Кота поймали?

— Не так все быстро и просто, мой господин. — Хитрая зверюга, ни разу на свет не показалась.

— Хек! Хек! Хек! — закричал Мадан, и стражники испуганно уставились на него.

— Тише, тише, мой господин, — Гвидо нервно огляделся, — совсем не нужно знать посторонним о нашей задумке.

— Рассказывай!

Командир сел на камень.

— Я поручил выполнение задания даме Гере. Эта стерва давно точит зуб на Виолетту. Она даже руки потирала от удовольствия, что может ей насолить. Да и Риса в нашей власти: будет потихоньку наблюдать и докладывать.

— Хорошо. Ты молодец. Когда я стану правителем, ты займешь должность начальника замковой стражи.

Гвидо довольно улыбнулся.

Наутро они продолжили путь, и вскоре уже спешивались возле горного дома Первого Советника. Именно здесь Мадан намеревался пересидеть грозу. Заниматься войсками на границе он не собирался: хотел выиграть время и придумать новый план.

И план родился неожиданно. Тина, его двоюродная сестра, которая жила в отдаленном поместье. Идеальный вариант в качестве невесты. Провинциалка, выросла на лоне природы. Сильная и красивая, как рад то, что ищет Бертан. Он мгновенно загорелся положить под правителя родственницу, которая не посмеет противостоять воле клана.

— Гвидо, тащи почтовую птицу!

Он написал записку отцу и уже на следующий день получил ответ с одобрением. Тут же собрался в путь, встретился с дядей и предложил ему такую идею. Старик воодушевился: у него появилась возможность приблизиться ко двору. Пригласили Тину.

— Дочь, тебе предстоит важная миссия, — высокопарно начал отец. — Ты должна преувеличить силу и мощь нашего клана, поэтому отправишься в Хесвелл и примешь участие в отборе невест.

— Но, отец! Я же помолвлена!

— Забудь этого нищеброда! — рявкнул дядя так громко, что даже Мадан вздрогнул. — Я сказал, и все!

Тину быстро собрали в дорогу, и уже через пару дней Мадан возвращался в Хесвелл под видом ее сопровождающегося. Однако теперь ему пришлось скрывать свою личность. Он чуть не выдал себя во время первого этапа отбора, когда понял, что Бертан благоволит к Виолетте и пытается ей помочь. Этой же ночью он ворвался в покои Первого Советника.

— Отец! Все пропало! Бертан уже выбрал себе жену!

— Значит надо сделать так, чтобы чужестранка навсегда исчезла из замка.

— Я прикажу Рисе подсыпать ей в еду яд, — обрадовался Мадан и побежал к выходу.

— Погоди! Стой! — Первый Советник задумчиво смотрел на пламя горелки.

— Ну, что еще? Приказывай!

— Виолетту нужно выкрасть.

— Зачем она тебе нужна? Одни проблемы с ней! А если силу применит?

— Ты сам говорил, что она не Всеведа. Какая сила может быть у этой пигалицы? Разве что мужика с ума сведет. Бертан и так слюной исходит, на нее глядя. Еще чуть-чуть и сделает своей наложницей, тогда и жена не понадобится.

— Да, говорил. Но что-то мне не по себе, когда я ее вижу. Еще и этот зверь!

— Какой?

— Да, так, к слову пришлось, — уклонился от ответа Мадан: стыдно было признаться, что его дважды одолел обычный кот. — Скажи, зачем тебе нужна эта девица? Лучше ее убить.

— Не торопись! Мы выполним две задачи: уберем ее с дороги Тины во время отбора, потом используем в качестве заложницы. Так Бертан станет сговорчивее. Но надо спрятать девушку, чтобы ни одна живая душа не нашла.

Мадан еще раз подивился уму и дальновидности отца. Прекрасно владеющий воинскими знаниями, старик был отличным стратегом. Он понимал, что отец прав, но план похищения придумал не сразу. Они с Гвидо прикидывали и так, и эдак, наконец решили составить несколько вариантов, чтобы было наверняка.

Накануне конной прогулки, во время которой планировали похитить чужестранку, неожиданно в ловушку попался черный кот. Он съел кусок отравленного мяса, которое слуги раскидали во всех укромных местах, но еще был жив. Его принесли Мадану и положили на стол.

— Думаешь, это тот самый кот, который напал на меня?

— Странный он…, — неопределенно ответил Гвидо.

Командир разглядывал его с недоверием, потом коснулся рукояткой меча. Кот внезапно открыл глаза, и Мадан поразился необычному взгляду. Слева на него лился огонь, а справа ледяной поток. Эти две стихии смешивались на стыке и рождали бурю. Командир почувствовал, как внутри него что-то словно оборвалось. В голову ударила паника.

— Уберите от меня это чудовище! — закричал он. — Сделайте так, чтобы дуду его не было! Зверям в клетку бросьте! Утопите! Сожгите! И стол выкиньте!

Гвидо сгреб кота, который уже казался бездыханным в корзинку и сунул ее слуге.

— Что мне с ним делать?

— Убей.

— Да он и так уже не дышит. Смотрите.

Кот действительно вытянул лапы и лежал мертвым грузом. Его грудь не вздымалась, из маленьких ноздрей не вырывалось дыхание.

— Выбрось тогда куда-нибудь, или закопай, но подальше от замка.

Слуга вернулся только утром. Он доложил Гвидо, что расправился с котом, но не признался в том, что копать могилу ночью ему было страшно, поэтому он просто швырнул тело с замковой стены в каменный колодец, куда сваливали обычно трупы каторжников и казненных, а потом сжигали.

Мадан немного успокоился и наконец вернулся к молодой жене. Приблизился срок родов, и он с нетерпением ждал первенца. Жена кричала от схваток, он нервно мерял шагами двор своего дома, служанки носились с ведрами горячей воды и простынями.

Детский крик раздался лишь под утро. Командир встрепенулся: сейчас вынесут новорожденного сына, будущего наследника престола. В этом Мадан уже не сомневался.

— Мой господин, посмотрите на принцессу, — на пороге стояла улыбающаяся повитуха. — Ваша копия.

— Да? — Мадан рванулся навстречу и тут только понял, что ему сказали. — Принцесса? Как принцесса? А где принц?

— Ну, будет в следующий заход, — растерялась повитуха и скрылась за дверью от греха подальше.

Мадан раздраженно ушел к себе в покои. Что за невезение! Почему ни в одном вопросе у него не ладится? Он швырнул меч на пол, упал на кровать и отключился беспокойным сном. А на следующий день пришла первая удача: удалось похитить Виолетту.

Размышлять о новорожденной дочери было некогда. Командир сам занялся сопровождением чужестранки к горному дому и организовал ее заточение так, чтобы она была жива, но не смогла выбраться из плена.

Два месяца все шло гладко, но накануне брачной ночи ему пришлось вернуться в Хесвелл: надвигались важные события. И первая новость, которую он услышал, проезжая в ворота Хесвелла, убила его наповал. Он узнал, что обряд провалился из-за кота, ворвавшегося в спальню молодых, а разъяренный Бертан арестовал всех советников, в том числе и отца Мадана.

Не раздумывая, он кинулся в покои правителя. Его стражники бежали за ним.

— Стой! Кто идет? — дорогу преградили стражники Бертана, стоявшие у входа в крыло замка.

— Я хочу увидеть повелителя, — едва сдерживаясь прохрипел Мадан.

— Повелитель не велел никого пускать. (3303c)

И тут Мадан сорвался. Он мгновенно вытащил меч из ножен, подлетел к первому охраннику и рассек его пополам. В горло второго полетел нож, брошенный Гвидо. Командир ворвался в холл замка и был уже почти у двери правителя, но навстречу выскочили люди. Он сопротивлялся изо всех сил, однако бороться с хорошо обученной толпой стражи было бесполезно. Его скрутили и разоружили.

И тогда он закричал:

— Бертан, как это понимать? Почему арестованы чиновники?