Глава 20

Слова Кастора подействовали успокаивающе. Ощущение угрозы исчезло, а, может, сказалось перенапряжение и опустошенный источник, но я благополучно отключилась. Пришла в себя от мерного жужжания пневмоприводов открывающейся крышки медкапсулы. Самочувствие оценила на троечку. Может, физические повреждения и устранили, но тело ломило, как будто по мне каток проехал. Припоминаю, что подобное испытывала после истощения, когда переоценила собственные силы при создании щитов. Сегодня я так же прошла по краю, так ведь и выбора не было. Пока осознавала, грозят ли серьезные последствия или обойдется, обвела взглядом место, в котором очнулась. Чистенький кабинетик, медкапсула второго поколения, что и объясняет плохое самочувствие. Три с половиной часа прошло после стычки, не успела бы за это время восстановиться. Я не в академии, уже хорошо. Не хотелось бы объясняться с куратором. Однако вопрос «где я?» оставался актуальным.

В этот момент открылась дверь, запуская незнакомую женщину в униформе медика, следом за ней появился Кастор.

– Очнулась? Вот и хорошо! – без предисловий незнакомка подошла ко мне и провела поверхностный осмотр. Я кривилась от боли, возникавшей при малейшем напряжении мышц. Сколько раз я пользовалась ускорением? Черт! Когда спасаешь собственную жизнь, о последствиях не задумываешься. – Извини, детка, но я сразу предупредила, что за пару часов на этом оборудовании чуда не сотворю. Могу вколоть обезболивающее, однако в твоем состоянии это не особенно поможет.

– А вы? – не разглядев на униформе бейджа, я вопросительно уставилась на женщину, ожидая, что она представится или хотя бы скажет, как к ней обращаться.

– Без имен, – женщина криво усмехнулась, – знать не хочу, откуда вы такие красивые появились. И без того город на ушах стоит. Если бы не долг, на порог бы вас не пустила. А я всегда плачу по счетам, так что, помогая вам, в первую очередь помогаю себе.

Я перевела изумленный взгляд на Кастора, ожидая хоть каких-нибудь объяснений. Но тот лишь качнул головой, давая понять, что расскажет позже. Обезболивающее я все же попросила, понимая, что без него далеко не уйду. Затем мне выдали поношенный мешковатый комбез допотопного образца, кепку, под которой спрятала волосы, и темные очки. Безропотно переоделась, после чего Кас вывел меня из здания через черный ход. Подпольная медклиника, на ум другого определения не приходило, располагалась в полуподвальном этаже людского муравейника. Местный аналог трущоб, где обитали люди с нулевым либо отрицательным социальным рейтингом. Опасный район, тут тусовались криминальные личности, барыги, наркоманы и прочие отбросы общества, и еще те, кому не повезло оказаться за чертой бедности. Такси в такие районы не ездили, и не только потому, что для местных это было непозволительной роскошью.

На нищету и разруху вдоволь успела насмотреться, пока плутали по грязным улочкам. Машины если тут у кого и имелись, так это у местных криминальных авторитетов. Монструозные тачки на колесном ходу и с решетками вместо окон. Единственный транспорт – аналог наземного метро с обшарпанными душными вагончиками. На таком добрались до окраин района, огороженного забором из бетонопласта с зоной отчуждения в пару десятков метров. Судя по колючему вниманию, направленному сверху, кто-то внимательно следил, чтобы не нарушались границы. В некоторых местах забор стыковался с глухими стенами высоток, их подъезды служили пропускными пунктами.

По пути на нас пару раз наехали, позарившись на безобидный вид, или кто там разберет, на что именно. После нескольких переломанных конечностей и демонстрации, что способны за себя постоять, от нас отстали, продолжая наблюдать издалека.

«Черт, не хотела бы я жить здесь!» – невольно поежилась, понимая, что не встреть я Кирну, то могла бы угодить в подобное место. Хотя бы потому, что тут не действовали законы, царившие за стеной. Вернее, действовал только один – закон силы.

На ту сторону нас провели без проблем. Как я поняла, за определенную мзду пропускали любого, хоть каждый день ходи туда и обратно. Другое дело, что у обитателей трущоб неоткуда взяться лишним кредам. Очередное петляние по улицам, которые разительно отличались чистотой и опрятностью, превратилось в изощренную пытку. Двигалась на одном упрямстве и понимании, что останавливаться нельзя. Удивительно, как мобилизуются резервы организма, когда угрожает опасность и в каждом встречном прохожем видится враг. Вдобавок здесь часто попадались полицейские патрули, а улицы снабжены системами слежения.

В одном магазинчике, торгующем всякой всячиной, сменили комбезы на цивилизованную одежду, а я обзавелась темным париком и специальными накладками для лица. Затем еще немного покружили по этой части города и воспользовались услугами такси, которое доставило нас в пригород Террикона.

Как оказалось, в городишке, выросшем вокруг полимерного завода, обитал Мик, держащий скромную мастерскую по ремонту бытовой техники. Его дом располагался на отшибе, имел несколько путей отхода и высокий забор, надежно скрывающий внутренний двор от любопытных глаз. Не ошибусь, если наемник занимался незаконными делишками под прикрытием легального бизнеса. Каким только боком его в отряд занесло? Вопросы росли как снежный ком, но я помалкивала, понимая, что всему свое время. Прежде нам дали привести себя в порядок и обеспечили комбезами военного образца. Такие я видела на парнях с пропускного пункта из района трущоб. Стало быть, вояж по достопримечательностям дна города – заслуга командира звена? После плотного и вполне сносного обеда я, наконец, удовлетворила любопытство.

– Так что случилось, объяснит кто-нибудь? Где остальные? Гром? Дэйн? Джед? И вообще! С какой стати на нас напали?

– Эх, с чего бы начать? – Мик задумчиво почесал затылок.

– С главного! И что с нашими людьми? – подсказала я, всерьез обеспокоенная судьбой ребят.

Прежде плохое самочувствие не давало сосредоточиться на чем-то, кроме желания поскорее попасть в безопасное место. Как и сказала та женщина, обезболившее не сильно облегчило жизнь, так что каждое движение давалось с трудом. Учитывая, какой длинный путь мы проделали, сама не понимала, как только не свалилась на улице.

– Ну, что дело – дрянь, я понял еще до того, как прибыли на место встречи. Собственно, знали бы заранее, к кому в гости отправляемся, никогда бы не подписался на контракт. Тип, которого вы укокошили, Дюк Жулхед – один из боссов преступного мира Террикона. Он имел репутацию отморозка, за которым тянется длинный кровавый след. Многие точили на него зуб, но подобраться к нему – задача из серии невозможных. А все потому, что он окружил себя сверхами.

– Кем? – не сразу сообразила я.

– Псионами, – пояснил Мик, – вы ведь уже познакомились с телохранителями Жулхеда? Признаться, когда всплыла информация по заказчику, сразу возникло желание свалить куда подальше. Нападение на груз и выбор сопровождающих на аудиенцию не оставили сомнений, что Симур слился. Как только пропала связь, пошли на прорыв.

– Без оружия? – удивилась, припомнив количество охраны и огневых точек на подступах к пентхаусу и внутри него.

– Я вырос в трущобах, – хмыкнул мужчина, подтверждая предположение, что не без его содействия мы оказались в той клинике. – А уж у Грома за плечами такая школа выживания, что не позавидую тому, кто станет у него на пути. Бойцы у Жулхеда оказались на удивление крепкими, пока провозились, сработала защита, выходы с этажа заблокировали. Решили пробиваться на крышу, оттуда хоть какой-то шанс выбраться. В общем, долго описывать, но шуму наделали такого, что надолго запомнят. А потом как жахнет кувалдой по голове, аж искры из глаз. Думал, нам конец! Отключился качественно, чего со мной давно не бывало. Потом уже нас ребята по маячкам нашли. Так что зачистили периметр, а потом вас двоих парни на кибербайках вывезли.

– А вы как же?

– Ножками, как еще! – фыркнул Мик, – глушилка-то всю связь блокировала. Вот и не знала охрана, что наверху творится, пока не бабахнуло. Стекла не только в пентхаусе повыбивало, но и на десяток этажей ниже. Спустились по наружной стене в пустую квартиру, выбрались на лестницу, спокойненько вышли через главный вход, загрузились в глайдер и улетели. Там такая суета поднялась, что не до нас было. Зато алиби себе обеспечили. Всем известно, когда срабатывает блокировка, никто не зайдет и не выйдет. А так, рожу заказчика на камерах засветили. Мы же наемники, какие к нам вопросы?

– Погоди, я думала, Рейв Гату не пережил ментального удара!

– Живучий гад оказался. Мы его немного в порядок привели. Ну а то, что слегка потрепан, так это нормальное состояние после аудиенции с Жулхэдом. Так что сейчас Гром отбивается от полиции, у которой к отряду появилось много вопросов. Твои в гостинице дожидаются, ну а вас пришлось на время спрятать. По официальной версии вы еще утром сбежали из-под охраны и устроили турне по злачным местам Террикона. О вашем участии в операции не должна знать ни одна живая душа.

– А что с заказчиком? Он видел мое лицо и знает, кто я такая!

– И уже никому ничего не расскажет, – зло ухмыльнувшись, заверил Мик, – как и бешеная сука Жулхеда. По слухам, та еще тварь. Людей за скот считала, личным палачом подрабатывала. И не по принуждению, а потому что получала удовольствие от страданий других. Теперь же на собственной шкуре прочувствует «благодарность» жертв.

– Она тоже меня видела, – я поежилась, припоминая заносчивую и на первый взгляд безобидную девушку. Как обманчива внешность. – Уверены, что не будет проблем? Сил у нее немеряно, если сбежит…

– С рабским ошейником не набегаешься. Гадина сейчас даже имени не вспомнит, дышать по приказу будет. Максимум пару лет протянет, если Рух ее раньше не прикончит. А у него личные счеты, так что…

– Полагаю, гостеприимство нижнего города – благодарность за щедрый подарок? – вмешался Кастор, тем самым пресекая лишние вопросы.

Например, кто такой этот Рух. Мик пожал плечами, всем своим видом показывая, что не понимает, о чем речь. Собственно, тут несложно догадаться, чем заплачено за услуги клиники и возможность беспрепятственно перемещаться по трущобам.

– Так, ребятки, – мужчина хлопнул ладонью по столу и поднялся, – надо выдвигаться. Вам еще алиби отрабатывать. Кое-где подтвердят, что видели похожую парочку, но лучше самим засветиться. Я там скинул на нейросеть легенду, изучите по дороге. Пора прощаться, – он протянул руку для рукопожатия, – а вообще вы молодцы! Никогда бы не подумал, что сверхов Жулхеда кто-то один на один уработает. И этот ваш Джед – уникум, не бывало еще такого, чтобы на кибербайке от полицейской облавы кто-то ушел. Кстати, насчет второго парня, давно его знаете?

– Месяца три, вместе же учимся, – мы с Касом переглянулись, – а что с ним?

– Помните же, напали на них? Казалось бы, зачем, если лин Гату и так собирался передать контейнер заказчику? Я уже навел справки, снова без нашего криминального босса не обошлось. Его команда зачистки там поработала.

– Этот гад Гату нас и сдал Жулхеду, – брезгливо процедил Кастор, – полагаю, его способность как раз в том, чтобы определить, псион перед ним или обычный человек.

– Согласен, – за разговором мужчина проводил нас до кибертакси, ожидающему за воротами. – Так это я к чему? В команду зачистки пара сверхов входила, бойкие ребята, да и остальных новичками не назовешь. Дэйн же один их покрошил. Моих парней сразу нейтрализовали, так что они ничего не видели. Но я навел справки, там настоящая бойня была. Уж на что полицейские всякого дерьма на службе повидали, но там у многих желудки повыворачивало. Поосторожней с ним.

– Благодарю за предупреждение, – пробормотала, чувствуя, как по спине стекла капелька пота.

Неужели Дэйн сорвался? Мор-Дьеш меня пришибет! Это ж придется рассказывать о наших приключениях, чего не хотелось бы делать.

– Эй, ты чего приуныла? – спросил Кастор, когда такси высадило нас у парка развлечений.

Приобняв за талию, увлек за собой, вливаясь в ряды прогуливающихся парочек.

– Никак не выходят из головы слова Мика о Дэйне, – призналась честно. Подробностей я рассказать не могла, но откровенно не знала, как поступить. – Это нормально, такая жестокость?

– Сложно сказать, – Кас серьезно отнесся к моим переживаниям, – нечасто, но такое бывает. С виду нормальные парни во время драки превращаются в натуральных мясников. Это ведь не так просто, убить человека, психика реагирует по-разному.

– Черт! – запнулась и побелела, как полотно, – я ведь тоже… сегодня, – глаза наполнились слезами.

В момент схватки не задумывалась об этом. На нас напали, и мы защищались. И вот сейчас меня накрыло осознанием того, что натворила. С ужасом посмотрела на задрожавшие руки.

– Та-ак! – парень крепко прижал к себе, – идем. Быстро!

Чуть не волоком Кастор притащил меня в ближайший бар, благо их тут на каждом шагу десятки, выбрал отдельную кабинку и усадил на мягкий диванчик. Через пару минут дроид принес заказ – ряд стопочек с ядовито-зеленой жидкостью.

– Пей! – Кас поднес к моим губам емкость.

– Что это? – я принюхалась: что-то совершенно непонятное.

– Веришь мне? – вместо этого спросил Кастор. Я бросила на него пытливый взгляд и кивнула. Память Кирны и собственный опыт общения подсказывали, что ему можно доверять. – Тогда выпей. Это поможет.

Не знаю, чем могла помочь выпивка, легкие спиртные пары я все же распознала, однако послушно опрокинула в себя стопку. Горло сначала обожгло холодом, будто меня заморозили изнутри. Затем по пищеводу распространилось приятное покалывание, а в желудок уже ухнула огненная жидкость. Не обжигающая, но дарящая ощущение тепла и сытости. Весьма приятное ощущение, надо сказать. Затем теплая волна прокатилась по всему телу, вымывая усталость и наполняя необычайной легкостью.

– Как тебе? – парень внимательно отслеживал мое состояние.

– Неожиданно! – тревожные мысли отодвинулись на задний план, делая их незначительными, не стоящими переживаний. Мозг еще цеплялся за чувство вины, но как-то слабо, неуверенно. Я даже пыталась осмыслить, что происходит. – Это какой-то наркотик? Ты что мне подсунул?

– «Напиток счастья», – пояснил Кас, – опасен только при постоянном употреблении. Странно, что ты не помнишь.

– Но… ведь это не решит проблему?

– Зато даст организму необходимую передышку и позволит сбросить напряжение. Еще одну?

– А давай! – в таком состоянии решения принимались с поразительной непринужденностью, хотелось веселья и действий.

В итоге я опрокинула в себя три стопки из четырех, и мы с Кастором отправились развлекаться. Сумасшедшие аттракционы вроде американских горок, виртуальные квесты, комнаты смеха, магазинчики, бары, дискотеки. Остаток дня запомнился мельтешением лиц, всплесками адреналина, постоянным движением и счастьем. На пару с Кастором мы поучаствовали в групповых соревнованиях, выиграв какие-то призы, объелись сладостей и накормили малышню, стайкой следующую за нами, натанцевались до упаду и нацеловались так, что саднили губы.

Не знаю даже, кто сделал первый шаг, но в какой-то момент наши глаза встретились и не было сил или желания противиться тому притяжению, что возникло между нами. Кажется, нас обвинили в нарушении общественного порядка, и мы не нашли ничего лучше, чем сбежать от полисмена. Он даже преследовал какое-то время. Но куда ему тягаться с псионами? Затем приспичило покататься, для чего вызвали кибертакси. Вот только противный механизм требовал указать маршрут и верещал, что ручное управление не предусмотрено. Щаз! Помню, как хохотала от восторга, что летаю, как птица, и никакие коршуны за нами не угонятся. Хотя тут не повезло, нас все-таки догнали и вынудили приземлиться. Коршунов оказалось на удивление много, и все угрюмые, невеселые. Но мы нашли способ их развеселить, а сами отправились в отель, там точно был бассейн, где мне захотелось поплавать.

В номер ввалились, целуясь и избавляясь от одежды. Купаться же собрались! Но идея с купанием ушла на второй план, когда голова закружилась от пылающих жаром губ, а кожа плавилась под дерзкими прикосновениями. В теле разгорался пожар, отдающий томной тяжестью внизу живота и желанием чего-то большего.

– Кхе-кхем! Во дают! – в гостиной, куда добрались уже без одежды, нас встретили три пары изумленных глаз.

Может, действие напитка уже выветрилось, или сработал эффект неожиданности, но я вдруг мгновенно протрезвела. И как тут не протрезветь, когда на диванчике рядом с Дэйном сидела… я! В смысле, та я, какой себя помнила с рождения. Если проще, Кира Ронсен собственной персоной. И ее тяжелый взгляд не предвещал ничего хорошего.