Глава 9. Нинэль

Захотелось попятиться. И забаррикадироваться от черноты, которой несло от Алатара.

Мне показалось, что я даже ощущаю отвратный запах гнили, сдобренной перегоревшим сахаром. Непроизвольно поморщилась и отвернулась.

Но так уж вышло, что сегодня взгляд вправо, взгляд влево — тьма!

С противоположной стороны на меня смотрели зеленой бездной, подернутой таким беспросветным мраком, что потянуло поёжиться и…

Странно… Если от мужа подсознание подсказывало удирать, то к Дракону толковало наоборот прятаться.

Будто в этой комнате скрестились две противоположные силы, а я между ними. И теперь, если бежать, то нужно сначала решать, в какую сторону?

И тут-то выбор безоговорочно падал на Дракона, подавляющего расслабленным спокойствием выжидающего хищника. И это сильно контрастировало с искусственной сдержанностью замороженного Алатара.

Мне даже на миг почудилось, что неприятие, исходящее от Торина, пусть и прокатывается по мне стягивающей вибрацией, но не задерживается. А ударяется об нахохлившегося Алатара.

Но мысль сверкнула и растворилась в необходимости уносить из гостиной ноги.

Стараясь, не семенить ногами слишком быстро, я двинулась к выходу из помещения, насквозь пропахшего двумя взаимоисключающими, довлеющими аурами.

Алатар больше не вызывал. Наверное, ему хватило эмоций, и теперь муж полностью занят Драконом, с которым они там меряются… аурами.

А я тем временем вознамерилась бежать сию же секунду. Вот прям сейчас. И ни минутой позже.

Пусть послужит прикрытием для моего побега гость, пошатнувший тонкую льдинку безучастности, отделявшую меня от мужа.

Сомнений не было, Алатар жестоко отыграется на мне после ухода Торина. А я не уверена была, что выдержу еще одну атаку на своё сознание. В лучшем случае, это будет сладкая вата из эльфийского флёра. В худшем — болезненные спазмы, выворачивающие душу наизнанку.

На раздумья совсем не было времени.

Накинув длинный плащ домино с капюшоном, скрывающим лицо, и прихватив всё, что пришло в голову в начинающемся приступе паники, я тихо вышла из своих покоев.

Спуск по винтовой лестнице, темный коридор служебных помещений, поворот. Я прокралась на кухню и вышла через вход для прислуги.

К счастью, никто не повстречался на моем пути.

Особняк Алатара лишь с лицевой стороны открывался на улицу.

А оборотная часть здания была окружена цветистым садом, переходящим в обширные плантации.

Торцовая же сторона так вовсе возвышалась над утесом, сразу под которым бушевал океан.

Как символично. Три стороны света. Три лица лорда Алатара. И минимум с двумя его «ипостасями» я уже познакомилась. Остается лишь молиться, что третья не самая худшая. Или что с ней у меня контактов не предвидится.

Пройдя через сад, я окунулась в просторные плантации неизвестной мне разновидности тростника. По правде говоря, в том, что это именно тростник, я тоже сомневалась. Желтые стебли и бирюзовые ростки, странная растительность… Надеюсь только, что не ядовитая. Почему-то прежде расспросить о том, что мы здесь такое выращиваем, мне в голову не приходило.

Повезло, меня не вырубило, во рту не горчило и в целом признаков отравления не наблюдалось. Остается уповать, что выберусь я из зарослей без длинного хобота и огромных ушей, как в сказках. Хотя уши после свадьбы мне и без того удлинило на эльфийский момент, а уж лапши навесили-и-и… Ешь, не хочу…

В общем всё было хорошо, пока не зажужжал на запястье брачный браслет. Сразу почувствовав неладное, я схватилась за руку в тщетной попытке стянуть предательское украшение. Я уже и раньше пробовала сделать это, но каждый раз терпела фиаско.

Вот и теплился в душе маленький «авось», что пронесет.

Но, увы, не посчастливилось.

И, боюсь, я только усугубила своё положение. Потому что, стоило мне сосредоточиться на браслете, как к горлу подступил пульсирующий комок страха.

Я явственно ощутила присутствие Алатара. И от этого осознания по затылку пробежался тихий холодок.

Страшно. Леденящий ужас пронизывает меня насквозь. Страх поглощает и перерастает в безвольную оторопь.

Я слышу шаги, хоть это и непостижимо. Почва мягкая, влажная от ночной влаги. Но я всё равно их слышу!

Он всё ближе.

Где-то там на краю сознания тлеет понимание, что нужно ускориться. Надо бежать. Однако вместо этого я застыла, словно ноги превратились в вялые стебли и проросли в землю.

И всё, чего мне сейчас хочется, это уменьшиться, согнуться и забиться в какую-нибудь щель. Чтобы Алатар не нашел меня.

Но это невозможно. От Светлого лорда не укрыться во тьме.

И словно в подтверждение холодный металл ритуальной змеей впивается в кожу зловредным торжеством.

— Нинэ-э-эль, — прыскает мне в уши липкой слащавостью. — Я знаю, что ты здесь, дорогая, — издевкой звучит последнее обращение. — Я слышу, как бьется твое взбалмошное сердечко. Иди же ко мне. Я научу, как справляться со своими дикарскими порывами, — произносит муж, и меня сковывает ужасом от предстоящей расправы. — Куда же ты собралась посреди ночи, милая? — насмехается надо мной этот изверг, чей показавшийся из-за листвы силуэт очерчен призывным ореолом сияния.

И от этих противоречивых всполохов восприятия я резко прихожу в себя. Меня будто выталкивает на поверхность из густого облака страха. И я опрометью кидаюсь прочь.

Чтобы уже через миг больно врезаться во что-то твердое. Помутневшим от аффекта сознанием я поначалу принимаю гладкий ствол чужеземного дерева за мужской торс. Отчего и всхлипываю сипло.

— Вот ты где? — слышу насмешливое за спиной, понимая, что выдала себя тем приглушенным стоном. И что в действительности Алатар только сейчас настиг меня.

И мне не остается ничего другого, как повернуться к приближающемуся Эльфу. Обхватив себя руками, я прижимаюсь к стволу, покрытому крошечными капельками ранней росы или ночного инея, не знаю. Но эта влага воспринимается мною как испарина, покрывающая спину.

Смотрю на надвигающегося в мерцающем тумане мужа, пытаясь унять дрожь.

— Неужели ты и в самом деле надеялась от меня скрыться, моя нежная женушка? — спрашивает Алатар, и его идеальные губы растягиваются в ядовитой усмешке.

— Чего ты от меня хочешь? — силюсь закричать, но из горла выбиваются лишь слабые писки. — Я делала всё, что было в моих силах. Пыталась быть для тебя хорошей женой. За что?.. — последнее сиплю, ощущая подступающие рыдания, обжигающие носоглотку.

— Всё, что в силах жалкой человечки, не значит достаточно для жены лорда Алатара из величайшего рода Светлых, — чеканит муж, сомкнув длинные пальцы чуть ниже моего подбородка.

Чувствую, как они впиваются в тонкую кожу. Так злобно, что лишь миг отделяет их от того, чтобы свернуть хрупкую шею.

— Ты-ы, — цедит Светлый лорд, скрежеща зубами, — жалкое существо, смысл жизни которого лишь в угождении мне. Тебе выпала небывалая честь продолжить мой род, но ты и на это не сподобилась!

— Я… не хочу. От… отпусти... — прохрипела, приложив титанические усилия. — Я же не нужна тебе… и сын — тоже… Зачем?

Лицо Алатара исказилось ненавистью. Брови сошлись на переносице, зловеще оттеняя золотистый блеск в центре зрачков. И мне померещилось, что они пульсируют, собираясь поглотить меня. Вытянуть из меня трепыхающуюся в исступлении душу.

Он слегка ослабил хватку, неожиданно ласково погладив шею, которую с таким неистовством сжимал. А секунду спустя пальцы мужа впились в горло еще жестче. И когда он взмахнул второй рукой, я решила, что вот он — мой конец.

Однако струи света, просочившиеся сквозь его пальцы, не полоснули по моей сжавшейся фигурке. Они брызнули в сторону, образовав завораживающую овальную паутину, что, коварно облизнувшись, рывком засосала нас в себя.

"Портал", — краем сознания отметила я.

— Мне. Нужен. Наследник, — услышала через толщу сияющей мякоти, от которой заложило уши.

Видимо, муж отвечал на мой вопрос о том, зачем я ему сдалась.

Я прислушалась, пытаясь сообразить, что он пытается этим мне внушить. А когда поняла, внутренности скрутило острым морозом. Неужели Алатар прямо сейчас приступит к осуществлению своего бесчеловечного плана??

Я не… Он же меня не… Нет, не станет же муж меня… Прямо здесь?!

Кстати, а где мы?

От яркого света горели глаза, не успевшие адаптироваться после темноты, окутывающей плантации. И я с трудом различила знакомые очертания мебели. Легкие шторы, подрагивающие от заглянувшей в комнату ночной прохлады. Кровать с воздушным балдахином… Нет!!!

— С-спальня? — пересохшими губами вымолвила я, едва сфокусировав взгляд на Алатаре, чья ладонь всё так же опасно оглаживала мою шею. — Нет! Я не хочу! — раздирая горло, прокричала я в золотистые радужки, рассматривающие меня как чертыхающуюся мошку.

Сейчас я и вправду чувствовала себя малявкой, попавшей в сверкающие сети вероломного рыбака. Он же зажарит меня без зазрений совести. Или еще того хуже — будет жарить, но... иначе, — в жутчайшем страхе покосилась я на шелковые простыни.

Больше я не испытывала к мужу и капли тех чувств, что разливались по телу негой, стоило только взглянуть на его предвкушающую улыбку и светящиеся желанием глаза.

Сейчас мною владел лишь животный ужас перед неминуемым контактом с тем, кто стал мне злейшим врагом.