Глава 22

Я пробиралась между палаток в кромешной темноте, тихо-тихо ступая по голой земле, лишь кое-где освещенной тлеющими кострами. Над военным лагерем царило безмолвие. Уснули будущие воины, стих гомон голосов и прекратилось любое движение, и только слабый ветер шевелил флажки, которые были установлены возле входа в каждую палатку на специальном штыре.

Охраны я не обнаружила, и это поразило меня. Почему в этом странном и полном неизвестных опасностей месте никто не позаботился о том, чтобы выставить стражу? Неужели не боятся? А вдруг снова нападут виверны или кто похуже?

С другой стороны, если рядом цитадель магов, может, они в качестве жеста доброй воли обеспечивают порядок на близлежащей территории? Ведь недаром участники похода с таким поразительным весельем отмечали переход через портал и обычный с виду привал.

Впрочем, это не мое дело. Отодвинув в сторону лишние мысли, я двигалась к своей цели – к перешейку вулканов. И хоть Ворт уверял меня, что ничего не получится, я решила рискнуть и попробовать.

Страх сжимал сердце когтистой лапой, коленки дрожали, а ладони вспотели, но я продолжала свой путь, чувствуя себя такой слабой, одинокой и беззащитной. Маленькой песчинкой против целого бушующего моря неприятностей.

Заплутав в своих мыслях, не заметила, как ушла далеко от лагеря. Впереди не было тропинки, я видела только бескрайнюю пустошь, а цель словно отдалялась. Проходила сотни шагов, но будто не продвигалась далеко. Останавливалась, осматривалась, смотрела вперед и назад, по сторонам, и казалось, что теряюсь в пространстве.

Неужели это место заколдовано и я просто хожу по кругу?

Вдруг сзади кто-то налетел на меня и сильной рукой закрыл рот, прижав к груди.

– Куда идешь, пустышка? – прошипел мне в ухо до боли знакомый голос, и по телу пробежала крупная дрожь. Выпутавшись из захвата, я обернулась и увидела в темноту высокую фигуру.

– Ты! – вскрикнула, ужаснувшись тому, что Тир догнал меня, а я ничего не услышала и не заметила. Я же изо всех сил прислушивалась!

А еще я ужаснулась, что выгляжу безобразно. Почему-то рядом с Вортом меня не волновала внешность, но сейчас, рядом с этим красавчиком, я остро стыдилась своих не отросших волос, затрапезного вида. Коричневое простое платье, платок на голове, не чищенные зубы. Замарашка и принц.

– А ты кого хотела увидеть? Своего лекаришку? – язвительно огрызнулся Тир со своей мерзкой улыбочкой. В темноте даже блеснули белые зубы. Я сложила руки на груди и насупилась.

– Тебе какое дело? Иди дальше веселись, у вас же что ни день, то праздник! – толкнула его в грудь, но Тир как скала.

– Такое дело, что нечего тут одной ходить, – грубо прикрикнул он и схватил меня за руку.

Я выкрутила руку, высвободилась из хватки и отошла на расстояние.

– Хочу – и хожу. Ты на меня право не имеешь, – бросила ему смело. Видела, что перегибаю палку, но не могла остановиться. Ректорский сынок ужасно бесил. Пусть валит в свою палатку, а меня не трогает. Как же хорошо было без него, но нет, приперся. Нарисовался – не сотрешь!

– Уверена? Ты мой телохранитель, – ухмыльнулся он, говоря слово «мой» низким голосом, будто вкладывал в него какое-то особое значение.

– Тебе не надоело прикрываться хрупкой девушкой во время боя? – спросила я вдруг и закусила губу, сообразив, что очень рискую, выдаю себя с потрохами, раскрывая для и так подозревающего меня Тира, что я не обычная пустышка без мыслей и права голоса.

– Что за вопросы, пустышка? – удивился Тир, осматривая меня с ног до головы. – Ты же в порядке. И всё такая же дерзкая и вредная.

Закатив глаза, я поняла, что разговаривать с ним бесполезно: он дуб! Развернулась и зашагала в том направлении, куда удалился гадкий Казинак. Я специально следила, куда он ушел, поэтому надеялась, что выйду к какому-то проходу.

Тир увязался следом, чего и следовало ожидать. Я зашагала быстрее, чтобы оторваться.

Вдруг ему надоест ходить за мной, он махнет рукой и вернется в палатку, где сладко дрыхли его друзья?

Однако я уже начала запыхаться, а он продолжал преследовать, а потом вовсе пробубнил:

– Что ж, тебя давно следовало показать магам. Потому что нормальные пустышки так себя не ведут! – в два шага настиг меня, схватил за руку и с силой потащил.

– Пусти! – уперлась я ногами в землю, но сухая, потрескавшаяся почва, покрытая пылью, не давала никакой возможности зацепиться за нее. Я скользила за Тиром и ничего не могла поделать. Чтобы остановиться, схватилась руками за подвернувшийся куст.

Он казался покрытым колючками. Я ойкнула, замахала израненной рукой. Потом приблизила ладонь к глазам, чтобы рассмотреть, не осталась ли в коже заноза, и с удивлением заметила выступившие крупные, темные капельки крови.

Странно, боль я почувствовала, но она должна была бы ощущаться сильнее, острее. Кажется, после закалки огнем виверны у меня стала толстая шкура.

– Ты издеваешься надо мной! – рассвирепел Тир, продолжая тянуть меня за собой. – Ты же сама хотела в цитадель, а теперь сопротивляешься.

– Я одна хотела! Без тебя!

– Не вопи, – он с силой дернул меня. Да так, что я упала на колени.

– Пусти! – прорычала я.

– Ты еще и глупая, – хмыкнул он. – Не понимаешь, что без меня не сможешь пройти через защитный купол. А танцами и песнями мы напитывали сооруженную защиту вокруг лагеря, и теперь никто не может его преодолеть. То-то ты ходишь по кругу.

Ошарашенная сказанным, я притихла, и Тир, довольный моей реакцией, продолжил:

– К тому же тебя растерзают дикие вуркудраги, стоит подойти к проходу через вулканический перешеек. А даже если справишься с ними каким-то чудом – не дойдешь до места.

– П-поче-м-му? – я захлопала глазами, чувствуя подступающие слезы. Слова Тира меня ужасно напугали, а обрисованные им перспективы яркими красками возникли в сознании. Неужели всё бессмысленно и я шла на верную смерть?

– Ты, конечно, не знаешь, что происходит в Проклятой пустоши? – задал он риторический вопрос, продолжая глумиться. Я промолчала, и он соизволил пояснить занудным тоном противного наставника: – Это место захоронения темных проклятых магов, первородных магов нашего мира. Они лежат здесь тысячи лет и пропитывают землю темной магией, высасывающей энергию из любого, кто окажется на ней. Только если веселиться и радоваться, на гостя этой земли не повлияет магия.

Я кожей почувствовала его ехидный, издевательский взгляд.

– А если не веселиться? – уточнила со страхом.

– Сначала заплачешь, потом будешь рыдать и очень сильно горевать, как будто умерли все самые близкие, а потом умрешь от горя, – закончил он свой рассказ и зло усмехнулся: – Это знают даже дети, пустышка. Но ты хуже ребенка. Глупая – и из-за своей глупости могла бы умереть. Скажи спасибо, что я тебя спас.

– Ага, спас, чтобы убить потом, прикрываясь мной от чудовищ! Которые то огнем плюются, то пытаются сожрать! Хорошо спасение!

– Я же говорю, ненормальная пустышка! Не понимаешь, в чем твой долг! – зло прошипел он и оскалился, разглядывая меня словно под микроскопом. Пытливый взгляд пробирался в самую мою суть, под кожу, проникал в вены и препарировал, а еще я ощутила жар, идущий от Тира. Как-никак, он был огневиком, магом, владеющим огненной стихией, и пламя жило в нем и готово было выплеснуться в любую минуту.

А в моменты гнева – тем более. Интересно, он способен причинить мне боль? Пульнуть в меня огнем, если буду доставлять неприятности и не слушаться? Ему нравятся покорные девушки? Интересно, какой была его Лакрица?

– Идем, – скомандовал он, хватая меня за руку. Его пальцы были горячими, он быстро шагал в темноту, пуляя небольшие сгустки огня, которые падали на землю и, пока тлели, освещали нам путь.

– Ты отдашь меня темным магам? – пропищала я так тихо, что Тир не обернулся. Наверное, не расслышал. Мы уже преодолели достаточное расстояние, лагерь был очень далеко, а впереди я уже видела очертания черного прохода, как вход в туннель, темный и непроглядный, полный разных тварей…

– Пожалуйста, Тир, остановись, – попросила я жалобно, дрожа от страха и действительно поверив, что он решил уничтожить меня с помощью темной магии колдунов. – Ты хочешь, чтобы меня убили?