23

Истерические слезы лились градом без какого-либо ограничителя, внутреннюю плотину прорвало. Я закрылась в первой попавшейся комнате, тут же прижавшись спиной к двери, приложила ладони к лицу, ощущая, как щиплют соленые дорожки щеки.

Почему этот сон длится так долго?! Это все может быть действительно правдой? Я в несуществующей империи Эрнел?!

Я заигралась! Мне, в самом деле, нужно спасти этот чертов мир? По-настоящему прожить жизнь с мужчинами, что видят во мне не меня, а прекрасную богиню, без чувств и эмоций, сошедшую с небес для взрослых игр с ними?!

— Ты не права, — нежный женский голос коснулся моих ушей.

Я подняла голову. На кровати расслабленно сидела настоящая Азриэлла, накручивая на палец светлый локон.

— Прекрасно. Может, тогда ты согласишься на гарем, чего же ты к своему единственному Симрану ушла? — съязвила я на эмоциях.

— Во времена моего рассвета не было принято многомужество, — развела руками экс-богиня, — хочешь отдать всех своих мужчин мне?

— Нет! — надулась я.

Мысли о том, что хотя бы к одному из них прикоснется другая женщина, вызывали в душе жгучую неприязнь.

Какая же я идиотка! Даже для меня самой все выглядит так двойственно. Я бы ревновала к другой девушке, но хочу, чтобы они, все шестеро, не ревновали меня к другим. Так не получится. Чувства нельзя выбросить в окно.

— Так чего же ты хочешь, Варя? Все они искренни в своих чувствах к тебе, все добиваются твоего внимания, как умеют. Жизнь готовы отдать, в угоду тебе. Я говорила уже об этом, но ты сама почему-то сторонишься понимания этого. К слову, ни один из них не был в здоровых отношениях с женщиной. И сейчас им приходится учиться. Тебе придется стать терпеливой.

— Все очень сложно, — всхлипнула, — я не справляюсь, они не примут друг друга.

— Достаточно того, что принимают тебя. Жизнь дарует вам достаточно времени. И закалит тебя. Пророчество указывало на тебя. И ты справишься, — после этих подбадривающих слов, образ женщины на ложе рассеялся, словно туман.

И в дверь постучали.

Я наспех вытерла заплаканное лицо ладонями, хоть это едва ли помогло, потому, что моська уже опухла от слез. И отворила дверь. В коридоре, опустив головы, на коленях стояло шестеро мужчин. Видок имели унылый.

— Азриэлла, прости нас, — говорил Калебирс, видимо, от лица всех собравшихся.

— Особенно меня, — перебил императора Даурэн, поднимая на меня виноватый и грустный желтый взгляд с фингалом под левым глазом.

— Что с глазом? — сердце кольнуло, при виде такой картины, — встаньте с пола.

— Это я. Прости. Не удержался, — подал голос Лаосар, поднимаясь вместе со всеми на ноги.

— Я заслужил, — буркнул демон, снова опуская глаза в пол. Впрочем, все здесь выглядели, как пристыженная малышня.

Сил злиться уже не было. Как двоечники, что раз за разом остаются после занятий, но просто не понимают, за что.

— Вы взрослые мужчины, я вас никак изменить не смогу, личности состоялись. Я не прошу вас стать «за брата и двор стреляю в упор», — выдохнула, замечая проступающее недоумение на лицах некоторых мужчин, — нужно искать варианты того, как минимизировать конфликты. Думаю, состязание между вами, которое я объявила в пылу, не поможет никак. Духа соперничества тут и так предостаточно. Просто мне хочется, чтобы вы больше стремились к процветанию империи, больше этого никто не сделает. Даже то, что можно было сделать с наличием проклятия — упущено.

— Это уже моя вина, — вздохнул Калебирс, — ты права. Мой отец был лучшим правителем, гордым и справедливым. При моем же правлении все так ужасно…

Саадар обнял брата одной рукой за плечи, в знак поддержки. Вот между этими двумя я верю в дружбу. Как бы сделать так, чтобы все они хоть немного подружились?

— Я никого ни в чем не виню. Это все не одним человеком делалось. Ты ведь был молод, Калебирс. Тогда не мог повлиять никак. Но можешь сейчас. Все мы можем что-то сделать.

Император кивнул с серьезным лицом. Слава богу, наконец-то соберется.

— У меня есть вариант, как сделать так, чтобы было меньше ссор и драк, — вклинился в разговор Лютимар.

— Слушаю, — заинтересованно на него посмотрела, скрестив руки на груди.

— Нас шестеро, можно выделить каждому по дню недели, а один оставить для отдыха. В день каждого мужчины больше всего ему уделять внимания. И ночью тоже с ним спать, даже если без интима, как тебе захочется, Азри. Так никто не останется в обиде с мыслью о том, как ближе подобраться, чтобы заполучить немного благосклонности. Все будут понимать, что сегодня не его день, но скоро он настанет и не надо из кожи вон лезть, чтобы побыть с тобой.

— Очень хорошая идея, Лютик! Как я сама не догадалась? Вполне может помочь, — от переизбытка радости в связи с появлением такого замечательного варианта, аж в ладоши счастливо захлопала, — всех устраивает такой расклад?

Мужчины сердобольно закивали, видимо, лишь бы я перестала быть расстроенной.

— Думаю, стоит воспринимать вчерашний день, как возможность Даурэна, — парировал Лаос, — чей будет сегодняшний день? И ночь… — посмотрел на меня самым соблазнительным взглядом из всего арсенала.

Демону это, конечно, не понравилось, но он не стал возражать.

— По очереди того, в какой последовательности я вас выбирала на отборах, — подняла руки перед собой, не поддаваясь на провокацию, мол, не при делах, — вы мне все дороги одинаково и выделять я больше никого не буду, даже не старайтесь на это повлиять.

Лис обиженно сверкнул глазами, но тоже промолчал.

Уже прогресс.

— Прекрасно! — Резар двинулся с места в мою сторону, утащил к себе в объятия, зарываясь носом в мои волосы, как он это любит, мне даже показалось, что он урчит, совсем как кот.

— Ну, теперь можно и в Проклятую землю отправляться, — счастливо выдохнула, поглаживая Резара-котика по голове.