73

Ну вот и приехали.

Я иронично хмыкнула своим мыслям, разглядывая уже не такую дерзкую Саирталу.

Боль понемногу отступала, но чувство магического перенасыщения не отпускало, лишь силилось, хоть уже и не мешало вовсе. Лишь подстрекало выбросить какой-нибудь магический пирует: устроить фейерверк, наполненный магией или взорвать к чертям эту комнату, а что, только Морнэмире так можно? Казалось, в тот момент я могла сотворить что угодно без малейших усилий.

Я отпустила посох, немного опасаясь потерять всю эту сверхъестественную силу, которая шла в меня именно из этого артефакта, но тут же поняла, что он и не нужен был мне больше. Магия, плескающаяся внутри, утихомирилась, больше не отзываясь, как что-то чужеродное. Наоборот, это что-то мое, родное, давно и наглухо скрывающееся в недрах сознания, но все равно единокровное.

— Ты заслужила. — Прогрохотало где-то над головой. Я вздрогнула всем телом, напоминая самой себе зашуганную белку, резко поднимая лицо вверх. Клянусь, будь сзади какой-то камешек, я бы точно споткнулась, совершенно не величественно встречаясь с полом.

И только сейчас обнаружила, что больше не стою в том подвале, напичканном защитной магией, в окружении напуганных моей внезапной энергетической силой женщин. Точнее, не я не стою, а мы с Халлонией. Девушка все так же прижималась к моему плечу, никак не реагируя на все происходящее. В сердце кольнуло беспокойство за нее, но решать что-то с ее состоянием возможности не представлялось. Оставалась лишь призрачная надежда, что рыжая просто спит.

Я спесиво огляделась, абсолютно не чувствуя робости в душе. Никто мне не помеха! Не хочу больше бояться! Никому не делала зла, чтобы оно возвращалось ко мне, а жить в свое удовольствие — не преступление. Собиралась даже спасти душу Морнэмиры, так опрометчиво отданную архи-демонам! Пусть у меня и не получилось бы, но я делала все так, как мне было велено еще до попадания в этот мир. Не шла на поводу у собственных желаний, когда вопрос заходил о чьих-то жизнях.

— Нас и не нужно страшиться, Азриэлла. — Раздалось снова басистое сверху. Я почувствовала себя мелкой божьей коровкой, оторванной от листика, где она спокойно отдыхала, и сдутой с руки в небо с самыми благими намереньями.

Сощурившись, стала вглядываться во мглу, окружающую маленький островок света, словно прожектором направленный в нас с бессознательной Халли. Девушка дернулась, и я погладила ее по голове, мысленно пообещав не бросать одну. Я уверена, все они как Халлония, стоит лишь немного показать направление, и женщины этой империи перестанут показывать зубки, начнут улыбаться искреннее, а не из-под палки.

И чем дольше я смотрела вокруг, тем страшнее становилось, потому, что видела лишь очертания чего-то массивного со всех сторон, уж никак на людей не похожее. И некоторые части этого «чего-то» шевелились.

— Кто вы такие? — Вопрос в пустоту.

— Те, кто позвали тебя сюда. — Было мне многообещающим ответом. Они издеваются?

— Видишь ли, мир, в который ты попала, лишь один из множества миров, за которыми мы присматриваем. Первое правило в этом бремени — добро и зло всегда должно быть в равновесии. Много лет назад, одна империя сеяла слишком много разрушений…

— Эрнел. — Перебила я рассказчика. — Вечные войны…

— Именно. Мы не могли допустить, чтобы все так и оставалось. Кровь воинов кипела, они не собирались останавливаться. Все это привело бы к порабощению. Проблема была и в том, что на жизнь смертных нам влиять не положено. Лишь для этого вы были и созданы. Низшие боги.

— Звучит не очень, — скривилась я, проводя параллель с низшими демонами, — ни один из богов, по крайней мере, внешне, не похож на чудовище.

Я дерзила. Но лишь потому, что чувствовала — они не превосходят меня по силе. Мы наравне. Моя сила ровняется магии Древних Богов, нехило так посох постарался!

— Дело не в посохе.

— Что? — Нахмурилась я.

— Как ты уже поняла, — этот голос звучал слева, — в какой-то момент мы ошиблись, руками Морнэмиры нечаянно склонив чашу весов слишком сильно к тьме. Задело лишь Эрнел, мы успели остановиться, побудить твою божественную сущность не становиться на сторону Морнэмиры. Иначе все бы пропало окончательно. С помощью этого, уже правильного поступка мы смогли сделать так, чтобы все произошло, радикально не зацепив все остальные людские государства.

— Не говорите мне… Мы все игрушки в ваших руках?

В груди вскипела злость. Я прижала Халли к себе поплотнее, решив, что сейчас это самое родное, что может быть рядом. Верная подруга в лапах всемогущих. Как и я.

— Всему нужен контроль. Ничто не есть исключением.

— Избавьте меня уже от сладких речей! Или как в индийском фильме, мы поговорим, но сначала вы и ваши сорок слонов станцуют?

— Перейдем к главному, — будто не обидевшись и не обозлившись, продолжил следующий голос, более высокий и глубокий, — мы призвали тебя в свой мир с определенной целью. Ибо по нашим расчетам лишь ты могла ее выполнить. Лишь с тобой все могло бы сложиться так и никак иначе. Это было единственным шансом исправления нашей ошибки. Мы наблюдали за тобой.

— Я вас умоляю, хоть свечку не держали?

Повисла поперхнувшаяся тишина.

— Да я пошутила! Древние, а шуток вообще не понимаете?

— Ты выполнила все так, как мы того ожидали от тебя. Пожалела обозленных, стремилась к спасению врагов. Решила, во что бы то ни стало защитить ребенка Халлонии, простив ее за все то, в чем она участвовала, потакая смутным временам империи. И теперь ты одна из нас.

— Чего? — Глаза самовольно округлились на этом вопросе, мне даже показалось, что смогла лучше разглядеть то, находящееся в темноте. Чьи-то пальцы массивные пальцы двигались на конце подлокотника кресла, отбивая ритм. Проблема была лишь в том, что оно было огромное, как и сама рука, с ногтями, похожими на кору дерева. Раз в десять больше меня.

И снова: чего?!

— Благие намерения подкрепляются благими силами. С помощью древней магии ты снимешь проклятие, Азриэлла. Но после ты должна решить, оставить ее себе и остаться в Эрнеле, на той земле, вместе со своими мужчинами. Или примкнуть к нам и задействовать дар во благо.

Было такое чувство, что огромный питон двинулся в мою сторону, но вскоре я смогла распознать — один из богов всего лишь немного сдвинул свою огромную ногу.

Я настороженно отвела взгляд, не подавая виду, что заметила движения.

— Сейчас мы вернем тебя на то же место, в то самое время, с которого и забрали. А дальше ты снова должна действовать одна.

— Все как всегда. — Надулась я, впрочем, несерьезно, для виду. Если быть совсем честной, то до сегодняшнего дня за меня действовали мои мальчики.