Глава 24.3

Вэйл

– Шаг назад, Вэйл, – прохрипел Адам, его голос был низким, жестоким, словно лезвие, которое он с наслаждением вонзил в слабые места господина Барлоу. Его глаза горели мрачным триумфом, а в уголках губ играла мерзкая усмешка. Рука, державшая Марьяну за горло, сжималась все сильнее, и ее тело беззащитно прижималось к его груди. – Или она умрет.

Черт. Черт!

Вэйл почувствовал, как внутри него все закипает, как ярость поднимается волной, грозя разорвать его изнутри.

Воздух вокруг него был наэлектризован, магия трепетала, готовая разнести все к чертовой матери. Но он стоял, не двигаясь, проклиная себя за это. Он не мог рисковать. Если он ошибется – хотя бы на долю секунды – Адам действительно убьет ее.

Глаза Вэйла были прикованы к Марьяне. Она дергалась в руках Адама, ее лицо было перекошено от боли и страха, и это зрелище вонзалось в сердце Вэйла, как раскаленный клинок.

– Отпусти ее, Хиггинс, – его голос низкий, хриплый, был полон ярости. Угроза в нем была такой явной, что даже стены древнего храма, казалось, задрожали.

Адам рассмеялся, и этот звук был как пощечина. Он наслаждался этим. Ублюдок.

– Ты не в том положении, чтобы приказывать, Вэйл, – с издевкой бросил он, прижимая Марьяну к себе еще крепче. Она дернулась, ее глаза искали хоть какой-то выход, но этот урод держал ее так, словно собирался сломать ее хрупкое тело. Переломить пополам.

– Ты ведь знаешь, что я могу сделать, правда? – продолжил Адам, его голос стал глубже, зловещей. – Я могу одним движением лишить ее жизни. Например, сломать эту хрупкую шейку, – его пальцы впились в ее горло. Марьяна пыталась разжать его пальцы, но ей не хватало сил. – Или высосать всю магию, всю душу из ее тела. Она исчезнет у тебя на глазах.

– Ну ты и мразь… – Вэйл едва смог произнести это сквозь зубы. Ярость душила, словно этот мерзкий выродок держал сейчас его самого.

Он видел, как Адам наклонился к ее уху, как его лицо исказилось от удовольствия, и этот ублюдок медленно провел языком по ее щеке.

– Не трогай ее, – вырвалось у Вэйла. Его кулаки сжались до боли, ногти вонзились в ладони, он едва удерживал себя и свою магию.

Марьяна дернулась, ее лицо перекосилось от отвращения, но это было не единственное, что ей пришлось переживать. Барлоу чувствовал, как темная, липкая магия Адама проникала в ее тело, причиняя боль изнутри. Она задыхалась, хотя сукин сын разжал пальцы. Ее хриплый голос стон резанул по его ушам, словно нож.

– Адам... – прохрипела она, ее голос был почти неразличим, и это сделало Вэйла еще злее. Он дернулся вперед, уже формируя на ладони энергетический сгусток.

– Еще шаг, и она исчезнет, – выдохнул Адам, и его глаза встретились с глазами Вэйла. В них была насмешка, равнодушие и абсолютная уверенность в своей власти.

Вэйл стиснул зубы так, что челюсть заныла. Этот древний энергетический упырь играл с ним, наслаждаясь каждым мгновением, и Вэйл хотел разорвать его на куски.

– Ты хочешь ее? – продолжил Адам, его голос был почти шелковым, но от этого казался еще более ядовитым. – Ты думаешь, что сможешь ее спасти? Сможешь защитить? Нет, Вэйл. Не сможешь. Она всегда будет моей.

Гнев затопил Вэйла. Его магия пульсировала вокруг него, точно буря, готовая разразиться. Он хотел броситься на этого ублюдка, разорвать его в клочья, стереть с лица земли. Но он не мог. Он проклинал себя за это, за свое бессилие.

«Черт возьми! Черт, черт, черт!»

Решение никак не приходило в голову. Он метался в мыслях, просчитывал варианты, но все они грозили Марьяне смертельным исходом. Этот подонок не отдаст ее по собственной воле.

И вдруг, когда отчаяние почти накрыло его, он почувствовал… это. Легкое, еле заметное колебание в пространстве. Воздух вокруг задрожал, и в его голове раздался голос.

– Она под моей защитой, Вэйл…

Это был мягкий, женский голос, но в нем звучала такая сила, что Барлоу замер. Ощущение сложно было спутать. Похожее он чувствовал порой в храме, когда приносил подношения. Когда дарил храму Всесветлой свою силу и получал молчаливую благодарность.

Богиня? Это была она?

– Ты помнишь ее дар? – продолжила она. – Ты помнишь, что сделало ее особенной? Она способна превращать чужие тайны в чистую энергию. Это ее сила. Ты должен дать ей шанс. А я помогу.

– Ты хочешь, чтобы я снял блокировку? – мысленно спросил он, едва сдерживая себя.

– У тебя нет другого выбора, – ответила богиня, ее голос был твердым, как сталь. – Она моя. Я не позволю ей погибнуть, но ты должен помочь освободить ее.

Вэйл закрыл глаза, выдохнул.

«Черт бы тебя побрал, Адам». Он знал, что это их единственный шанс. Это было безумием. Что она могла сделать? Совершенно не обученная… Иномирянка.

Он приподнял руку. Его движения были осторожными, почти незаметными. Магия окутала его пальцы, и он направил ее в сторону Марьяны.

Он увидел, как она вздрогнула, когда блокировка исчезла. Ее глаза расширились, и она посмотрела на него. Он едва заметно кивнул. На это ушли какие-то доли секунды. Мгновение, в то время, как упырь-Хиггинс зарывался носом в волосы его жены.

– Ты так уверен в своей победе, Адам, – произнес Вэйл, его голос был низким, полным ледяной ярости. – Но скажи мне одну вещь. Если ты такой великий, кто же станет убийцей моей жены? Какое твое имя войдет в историю? Какое из множества истинное?

Адам усмехнулся, не понимая, что его гордыня уже сыграла с ним злую шутку.

– Ты хочешь знать мое имя? – спросил он, высоко задрав подбородок. Его голос был полон самодовольства. – Я – Ашерон. Восставший из тьмы Ашерон. Тот, кто подчинил магию мира, саму жизнь своей воле.

Марьяна, черт возьми, она оживала.

Вэйл видел, как ее магия пробуждается. Она собирала силу, формируя ее в пульсирующий шар, который становился все ярче.

– Ашерон, – произнесла она, ее голос был мягким, почти нежным, но в нем звучала угроза. – Так вот кто ты… Это твоя главная тайна?

Адам засмеялся, самодовольно, как последний идиот совершенно не замечая, как под ладонью Марьяны, в той руке, что он сам держал за запястье, отведенной чуть назад, назревает огромный, уже вполне ощутимый шар энергии.

– Я – тот, кто станет твоим концом, – прошипел он.

И в этот момент Вэйл понял, что Адам уже проиграл. Его собственное имя, его гордыня, его сила стали оружием в руках Марьяны. Ее шар энергии сиял, готовый обрушиться на него, как возмездие.

– Давай, детка, – прошептал Вэйл, его губы тронула хищная усмешка. – Покажи ему, кто здесь хозяин.