37

Меня будто толкнули. Я почувствовала острую боль в затылке, дернула руками, но они были завязаны. Значит меня все же выкрали из-под носа самых ужасных монстров и Лотиана с Кристофером. Вот же умелые разбойники!

Я приоткрыла глаза. Сижу на стуле, связанная по рукам, кляпа во рту нет, ноги свободны. Помещение похоже на заброшенный дом. Всюду пыльно, грязно, паутина и мусор. Большие окна на одной стене.

— Не притворяйся, вижу очнулась, — голос принадлежал молодому мужчине.

Села ровно, повела руками, чтобы понять, насколько сильно меня связали. Довольно крепко, просто так не выбраться.

— Ты опять меня не помнишь? — и внимательно всмотрелся в моё лицо, чтобы считать эмоции.

— Ты тот брат, что меня ищет? — отвечаю ему. Молодой, на несколько лет старше Эллы. Волосы темные, узкое аристократическое лицо, тонкие губы. Хорошая одежда темного оттенка.

Подходит ко мне ближе, хватает за подбородок и водит туда-сюда мою голову. Пальцы у него нежные, захват получился не сильным.

— И правда, зря тебя в прошлый раз стукнули по голове, не узнаешь кто перед тобой, — убеждается он и отходит.

— Для чего ты это делаешь? — спрашиваю у него, потому что мне искренне жаль Эллу. От такой жизни и я бы сбежала в другой мир. Видно же, что братцу совершенно наплевать на судьбу сестры. Главное, чтобы его жизнь была радостная и безответственная.

— Мне нужны деньги, а ты не хочешь мне помогать, — отвечает так, будто и правда сестра должна сделать все ради его блага.

Пусть Элла в моём мире обретет своё счастье!

— Шутить изволил, братец? Откуда деньги у меня? — говорю ему, а он подозрительно прищурился. Да и пусть думает, что хочет.

— Дерзишь, — недовольно шипит он.

— Набралась храбрости живя в бедном квартале и работая с монстрами в лечебнице для животных, — тяну время я, пытаясь придумать путь к спасению. Но в голове пусто и она гудит от удара. Просить ещё раз богов было стыдно, и так уже помогли, так сказать, чем могли.

Братец притаскивает ещё стул, и я замечаю у входа ещё одного парня. Одетого беднее, да и манер никаких нет. Стоит в носу ковыряет. Но за выходом следит, не отходит. А мне со связанными руками далеко не убежать. Надо как-то внимание отвлечь.

— Напарник твой? — интересуюсь у братца, кивая на охранника.

— Не переводи тему разговора, — огрызается в ответ. И тут я замечаю, что братец не вполне в порядке. Глазки красные, испарина на лбу, да и руки подрагивают. Болен или пьян?

— Ты же богатая наследница, — заявляет он мне. Я даже рот открыла в удивлении. — Тебе старушенция все оставила. Только тебе. Мне сказала идти работать.

— Правильно, — одобрила я совет не известной мне старушки. — Тебе полезно. Понял бы, что деньги просто так с неба не падают.

— Молчи, — приказывает мне, и еле сдерживается, чтобы не подскочить со своего места. Нервный какой.

— Зарплату мне ещё не давали, — вспомнила я. — Работаю круглосуточно за еду и жилье, — добавила.

— Леди Фостер оставила завещание, — угрожающе проговорил он. — Не юли сестренка.

— Завещание леди Фостер? А при чем тут я? — поинтересовалась у него. — Мы родственники?

— Нет, не близкие — раздраженно отвечает братец. — Когда-то давно кто-то из наших предков пересекся с их родом, вот и осталась только фамилия, без титула и привилегий. Она как узнала, что ты Фостер, и ещё так стремилась всех зверушек вылечить, что решила все завещать тебе. Отдай бумаги, и я тебя отпущу.

Вот это новости. Айболит был прав, я связана с леди Фостер. Получается где-то существуют бумаги, в которых указано, что я владелица «Перо и коготь». Их срочно нужно отыскать, чтобы лечебницу не прибрал к рукам коварный мэр или братец.

— А как ты получишь наследство без меня? — уточнила у него.

— Ты просто подпишешь документ, что я твой опекун и ты сама ничем заниматься не можешь, все отойдет ко мне, — сказал он так, будто это само собой разумеющееся дело.

Просто сестра откажется от всего ради него. Беспредел.

— Недееспособной меня решил сделать? Вот безобразный мальчишка, — возмутилась я. Как низко он опустился, чтобы расплатится с долгами.

— Ты так со мной разговариваешь будто старшая сестра! — он подскочил, стул его упал, и он навис надо мной с поднятой рукой.

— Опыта поднабралась, — фыркаю я и смело смотрю в ответ. Видимо не первый раз так пугает замахами сестру. — Слушай, этому не бывать. Просто сдайся властям как должник и всё.

— Отдай бумаги! — рявкает он и бьёт меня по щеке.

— Ай, больно же, — кричу на него, пинаю в ответ по ногам, их-то не связали. — И так голова гудит.

Он вскрикивает и отбегает от меня, держась за коленку.

— Больно смелая стала, — задумчиво говорит он.

— Нет у меня документов, братик, — язвлю в ответ. — Откуда?

— Ты живешь в лечебнице, явно стала её владелицей, — он садится опять на стул, потирая ушибленную ногу. А мне вот погладить щеку и затылок нет возможности.

— Я там работаю, дубина, помощницей целителя. Убираюсь за всеми, — я перевела дыхание. — Стала бы я этим заниматься будь богатой госпожой?

— Ты врешь, врёшь! — кричит, вскакивает и ходит по кругу. Может это у него не все в порядке с головой? К лекарю бы его отвести.

— Не тяни время тебя никто не спасет! — бормочет он. — Я вытащу из тебя правду.

Его помощник затравлено поглядывает за дверь. Неожиданно он пятится и через мгновение в комнате появляется рейхан.

Эффектное появление, могу я сказать. Зверь чернее самой черной ночи. Сверкают ярко-зелеными глаза. Когти оставляют борозды на полу.

— Тузик! — радостно кричу я.

Монстр припадает на передние лапы, прыгает на братца, роняет на пол и придавливает, склоняясь зубастой пастью над горлом.

В этот момент в комнате появляется Лотиан и несколько жандармов. Тузик увидел подкрепление и вежливо отошел от братца и сел рядом со мной, недобро зыркая по сторонам.

Жандармы подхватили братца. Он видимо упал без чувств из-за страха, и я его понимаю, не каждый день тебя к полу придавливает рейхан.

— Элла, — встревоженно говорит Айболит, подбегает ко мне и старается развязать узел.

— Отчего так долго? — возмущаюсь я. — Руки затекли. Голова болит.

— Элла! — уже скрывая улыбку восклицает он, но я вижу, волновался и рад, что нашел меня.

Лотиан распутывает узел, берет мои ладони и растирает их чтобы прогнать мурашки от возвращения чувствительности конечностям.

— Ох, да бросьте, — говорю я и обнимаю его. — Спасибо, что пришел и спас меня.

Он от неожиданности замирает, но быстро приходит в себя и обнимает крепко в ответ.

— Прости, не сразу сообразил взять Тузика на поиски. Совсем забыл, что у нас в клетке сидит лучший следопыт империи. Так растерялся, что тебя нет в лечебнице. Думал ты исчезла так же внезапно, как и появилась.

Я смотрю в его глаза и понимаю, там нет больше льда и отчуждения, только затаенный огонь и надежда. Лотиан в порыве чувств склоняется ко мне и прикасается нежно и целомудренно к мои губам.

Поцелуй опаляет. Мои руки сжимают одежду на его спине. Мне хочется продолжить, ответить явным согласием, но… вокруг жандармы. Хоть Тузик и стоит щитом между нами и остальными… Не время.

— Идем домой, — предлагаю я.

Лотиан кивает. Помогает мне встать. Придерживая за талию, ведет к выходу. К нам подходят жандармы:

— Мисс Фостер как вы?

— Я отведу её к лекарю, — отвечает вместо меня Лотиан.

— Разумеется, — кивает жандарм. — Если можно завтра после обеда зайдем опросить мисс Фостер?

— Да, полагаю, она уже отдохнёт к этому времени, — опять же за меня отвечает Лотиан и мне было приятно. Хоть не самой разбираться с местными властями.

Мы выходим на улицу. Уже ночь. Прохладно. На небе миллиарды звезд. Вокруг ничего не видно из-за темноты. Только несколько экипажей. Вдалеке горят фонари. Видимо меня увезли совсем на окраину города.

Лотиан меня садит в ближайший экипаж, и говорит Тузику:

— С нами поедешь или прогуляешься?

Рейхан задумчиво повел мордой и устремился во тьму. Отличный выбор для героя вечера. Пусть разомнётся. А то двор в лечебнице мелковат для него. Ещё ему надо купить мешок конфет. Заслужил.

Экипаж мерно покачивается. Я сижу близко к Лотиану, положив голову на его плечо.

— Я так понимаю, ты даешь нам шанс? — шепчет он, ласково перебирая пальцы на моей руке.

— Да, Ошур показал мне, что я зря переживала.

— Расскажешь? — в голосе сквозило любопытство и удивление.

— В другой раз, — отвечаю ему. — Сейчас хочу, помазать голову целебной мазью, принять ванную и пить с тобой чай на кухне. И пусть все наши пушистики сидят с нами.

— Как пожалеете, мисс Фостер.