Глава 15.5

Похлопав остатками норковых ресниц, я невинно ответила:

— В туалет вышла. — И пожала плечами, мол, что такого?

Но Ивир так просто не сдался.

— Ты же никогда раньше ночью не ходила?! — продолжал он допытываться.

— Перенервничала. Гость все‑таки очень знатный. — Я вздохнула с видом мученицы. — Кишечник теперь барахлит…

Он пожамкал губами, будто верил и не верил одновременно. Взгляд у него стал цепким, настороженным.

— Ты никого тут случайно не видела?

— В туалете я была одна, — разыгрывала я дурочку, даже руки развела.

— А когда шла сюда? — настойчиво продолжал он допрос.

— Не упомню никого. Живот бурчал, я бежала сломя голову… — Я сделала шаг в сторону дома, прижимая ладонь к боку, усиливая спектакль.

— Так видела? — переспросил он уже тише, но от этого опаснее.

— Нет, — с честным лицом сказала я и пошла ва-банк. — А что, ты кого‑то заметил? И, кстати, сам-то что тут делаешь?

Лучшая защита, как известно, — нападение.

Он все еще стоял, преграждая мне путь, и пилил меня пристальным взглядом. Я выдержала. Не отвела глаз, не моргнула, даже дыхание удержала ровным, хотя внутри все дрожало.

Во дворе было пусто. Поля вокруг тонули в ровном фиолетовом сумраке.

Ивир наконец тяжело выдохнул и отвел взгляд.

— Даша, нам надо поговорить.

По спине прошел резкий холод. Ничего хорошего от этой фразы не жди. Его ночная серьезность означала одно: впереди беда.

— Может, не надо… — попыталась я уйти от разговора, делая шаг в сторону дома.

— Надо, — жестко настаивал он.

— О чем? — спросила я устало, стараясь поскорее закончить разговор.

Ивир шагнул ближе и понизил голос.

— Пойдем подальше, чтобы нас никто не подслушал, — он кивнул в сторону изгороди, за которой начинались поля.

Я вздохнула, развернулась и медленно побрела в указанную сторону. Ночная трава холодила щиколотки, кусты за спиной тихо шуршали. Как же мне это все не нравится!

Ноги стали тяжелыми. С каждым шагом крепло чувство, что назад дороги не будет.

Мы остановились у загородки. Ивир облокотился на перекладину, я встала напротив.

— Ну, говори. Чего хотел? — бросила я прямо.

Раньше узнаю — раньше смирюсь.

Он тяжко вздохнул, будто скидывал груз с плеч.

— Я собираюсь поехать на фронт. Там у меня будет опасное дело.

Его слова повисли между нами тяжелой паузой.

— Насколько опасное? — уточнила я, чувствуя, как солнечное сплетение сжимается в тугой узел.

— Пожизненные рудники за такое точно светят, — ответил он честно.

У меня внутри все оборвалось. В голове остались только два слова: фронт и рудники. Я представила цепи, камень и сплошную темноту. Он — закованный и сломанный... И я — такая же.

Меня передернуло. Дело-то серьезное. Я вдруг ясно осознала: Ивир состоит в сопротивлении. Он едет на фронт, чтобы внедриться и попытаться свергнуть короля.

Я молчала от ужаса. Каждая клетка тела кричала: «Беги», а сердце шептало: «Не оставляй его одного».

Ивир продолжил:

— У тебя есть выбор. Ты можешь остаться здесь и ждать, пока все закончится. Я обещаю, что вернусь за тобой и помогу попасть обратно в твой мир.

— И я должна поверить тебе на слово? — усомнилась я.

После ночи, полной его и моей лжи, веры больше ничему не было.

— Я тебя никогда не обманывал, – укорил меня он.

— А волосы кто мне в зеленый покрасил? — тут же припомнила я ему.

Он скривился.

— Это был один‑единственный раз. И для твоего же блага.

— А нельзя нам просто отсидеться здесь? Переждать, пока все закончится? — попыталась я найти другой способ.

Ивир покачал головой.

— Пойми, Даш, другого пути для меня нет. Я должен помочь спасти свою страну.

Он уже все решил. Он в любом случае уйдет, хочу я того или нет. Остаться здесь с «любезной» Миканой и с любопытной Калией? Жить в тюрьме из чужих взглядов, где каждый вздох под наблюдением? Меня передернуло от одной мысли об этом.

И как Ивир будет там один? Кто позаботиться о нем, если ночью присниться кошмар? Рядом с ним должен быть кто‑то живой. Теплый. Кто будет держать его за руку, когда станет страшно.

— Я иду с тобой, — твердо сказала я, не успев толком подумать.

Разум сопротивлялся, но я уже сделала выбор.

— Там будет плохо, — предупредил он.

— Хуже, чем в Доме счастливых союзов? — уточнила я.

Он кивнул.

— Ничего, я крепкая, выдержу. — Выдохнула я. — Одного тебя не отпущу. Ты все‑таки мой муж, — добавила я полусерьезно, пытаясь улыбнуться.

Ивир долго смотрел на меня. Потом протянул руку и осторожно сжал мои пальцы.

Он глянул мне за плечо быстрым, настороженным движением, будто проверял, не смотрит ли кто‑нибудь из темноты. Потом резко притянул меня к себе.