Глава 39

Я проснулась только к ужину, поела под причитания Халмира и бухнулась досыпать. В следующий раз проснулась уже посреди ночи и наконец-то почувствовала себя здоровой. Спать не хотелось, есть тоже, хотя сердобольный Халмир оставил у моей кровати пару мисок: одну с тушеным мясом, а вторую с лепешками. Вяло принюхалась к съестному, но потом закрыла обратно крышками и вздохнула. Халмир спал в своем закутке за занавеской, и я не стала его будить, а тихонько вышла на свежий воздух.

В степи небо казалось необъятным, а звезды огромными. Никакие дома не мешали видеть все небо от края до края, а низенькие оркские шатры не чета многоэтажкам. Казалось даже, что земля будто не плоская, а слегка выгнутая вверх горбом, настолько небо казалось больше ее и объемнее. В эту ночь было видно над землей все четыре местные луны. Они путешествовали по небосводу одна за другой, словно хороводом, каждая в своей фазе: желтая практически полная, от красной осталось две трети, тонкий серп зеленой и четвертинка голубой. Кирим во время своих уроков магии рассказывал, что они соответствуют четырем местным магическим стихиям. Некоторые маги говорят, что чувствуют рост своей силы во время полнолуний, но магическая наука это отрицает, подтверждена только связь между приливами и отливами и голубой луной, отвечающей за стихию Воды.

Тихонько прокравшись между палатками, я рискнула заглянуть к Бранлису, но он в шатре был не один – человек, имени которого я не помнила, дремал на матрасе подле него, поэтому я не стала заходить. В целом вроде бы Халмир во время обеда говорил, что раненому лучше.

Делать было нечего, а спать не хотелось. Страх, родившийся после избиения группкой ГладРиды куда-то пропал после моей победы в честном бою. Или не очень честным, это как посмотреть. Впрочем, орчанка сама вырыла себе яму в прямом смысле – сама копала землю, сама же и попала ногой в провал, я так только, немного ее внимание отвлекла.

Орки по своему обыкновению ложились рано и рано вставали, посреди ночи никто не шлялся, кроме меня. А меня потянуло на подвиги. Я вспомнила, что из-за последних событий Бранлис не мог зайти к Кириму, а значит тот сидит голодный со вчерашнего дня. А то и с позавчерашнего, если у Лиса не нашлось времени забежать к нему перед боем.

Подумав, я вернулась к себе, собрала оставленный мне Халмиром ужин и накинула на плечи черную шаль, чтобы спрятать светлые волосы и поблескивающие в свете лун крылья. По становищу я кралась тихонько, но вроде бы действительно все спали, только громадные орчьи собаки следили за мной строгими поблескивающими зеленью в темноте глазами, но молчали, только едва слышно порыкивали, когда я подходила к палаткам их хозяев слишком близко.

– Кирим! Кирим, ты не спишь? – шепнула я, зайдя в предбанник палатки.

– Оксана?!

– Можно войти? – я неожиданно почувствовала робость и замерла перед пологом.

– Конечно! Боги, как я рад. Я думал, что-то случилось!

Я с улыбкой зашла в основное помещение. Обрадованный Кирим рванул ко мне, будто собираясь обнять, но в метре от меня его дернуло за запястья цепями. Он глухо охнул, отступив, но все равно тут же с улыбкой уставился на меня, но постепенно радостное выражение сменилось обеспокоенным:

– Боги, что случилось? – он протянул руку к моему лицу, насколько хватило цепей.

Только тут я сообразила, что после драки с ГладРидой не в лучшей форме. СакрКруш бросил на меня какое-то слабое исцеляющее заклинание, но оно по местной традиции только затянуло ссадины, синяки и опухлость оставив на месте.

– Все в порядке, – смутившись, я спрятала лицо за волосами и по широкой дуге обошла Кирима, чтобы подойти к единственной тут мебели – его тюфяку. Тонкое протертое одеяло было небрежно откинуто, что говорило о том, что я его разбудила. – Я принесла тебе поесть.

Смутившись, он быстро вернулся к своему спальному месту и поспешил застелить постель. Я поставила миски на землю, притворяясь, что не замечаю его судорожных метаний.

– Тут лепешки и немного тушеного мяса. Оно, правда, давно остыло…

– К Духам Пустыни еду! – отмахнулся Кирим. Застелив кровать, он небрежным движением подвесил прямо в воздухе огоньки светильников и аккуратно прикоснулся к моему подбородку: – что произошло? Это опять твой опекун? Он посмел?!

– Нет-нет, – отмахнулась я и даже засмеялась. – Все уже в порядке, правда!

Кирима моя веселость не провела:

– А где Бран?

– С ним тоже уже все не так плохо… только ходить он пока не может!.. – постаралась как можно более щадяще сформулировать я, но по потемневшему взгляду Кирима поняла, что не преуспела. – Ладно, – выдохнула решительно, – обещаю все честно рассказать, если…

– Если?..

– Если ты подогреешь мясо и поешь. Пока ешь – я говорю, договорились?

– Это шантаж! – возмутился он.

Я только с ухмылкой пожала плечами.

/\/\/\

Мой рассказ напоминал песню «Все хорошо, прекрасная маркиза». Да, тут вообще-то бои без правил, но все хорошо. Бранлиса ранили серьезно, но он же выжил, все хорошо. Да, у него жар и едва удалось найти лекарство, а орки людей лечить не умеют, но все хорошо. Про то, что меня ночью избили, упоминать не стала, как и про колдовское ожерелье, а вот про бой сегодняшний рассказала – все равно, когда Бранлис очнется, расскажет. Но я же победила, значит все хорошо!

Кирим смотрел на меня глазами полными ужаса и периодически ругался едва слышно, практически одними губами на халифатском.

– Так что все хорошо, – закончила я свой рассказ. – Главное только чтобы завтра повезло.

– Завтра? – еще больше насторожился Кирим.

– Завтра на жеребьевке, чтобы не выпало имя Бранлиса. Ему, конечно, легче, а после победы над лидером отряда Медведей, статус у него сильно повысился. Но, если удача не будет на его стороне, и его заставят сражаться сейчас, когда он еще не выздоровел… – я сокрушенно покачала головой.

Пробормотав опять едва слышно ругательство, Кирим вскочил со своего места и заметался по шатру, насколько хватало его цепей:

– Если бы я был рядом… если бы его принесли ко мне, я бы мог его исцелить нормально, а не как эти недоумки-орки! Если бы я был там во время сражения, я бы от них мокрого места не оставил бы! Если бы я…

– Но мы ведь и так справились! – попыталась подбодрить его я. – Ты больше есть не хочешь? – аппетит у меня все же проснулся, и я стянула себе лепешку, наложила сверху немного мяса и, скрутив на манер тако, принялась есть, стараясь не очень заляпаться. Хорошо, что Кирим подогрел мясо своей огненной магией – так было вкуснее.

– Я не понимаю, не понимаю! – бормотал он, мечась по шатру. – Они убили всех, кто был со мной, они всех их превратили в бездушных кукол. А теперь дают Брану возможность сражаться и получить какой-то статус в племени? Это какой-то заговор? Интрига, чтобы усыпить нашу бдительность?!

– Иногда то, что нам кажется заговором, может быть просто следствием действий разных людей, совершаемых с разными целями, – произнесла я задумчиво.

– Что ты имеешь в виду?

– Кто был опекуном твоих людей? – задала я встречный вопрос.

– Что? Опекуном? Не знаю… я тогда еще совсем не понимал оркский язык, и мне никто ничего не объяснял…

– Полагаю, в тот раз их отдали Шаману – ты ведь говорил, что они терлись рядом с ним. А тебя? Кто твой опекун в племени?

– Я не…

– Кто входит в твою палатку? Из какого они рода? Кто приносит тебе еду? Кто пытается уговорить подчиниться?

– Вождь… только вождь и его люди входят в мою палатку, даже Шаман только злобно смотрит со стороны.

– Вот как… твоих людей отдали Шаману, и никто из них не выжил. Нас отдали СакрКрушу – и мы живем, пытаемся найти свое место среди орков. СакрКрушу выгодно, чтобы его род был силен, чтобы люди не тянули его назад, поэтому он готов к диалогу. Он умен. По-своему, по-оркски, но умен. А Шаман… я не знаю, чего он пытался добиться прежде и чего хочет сейчас, – меня передернуло от воспоминаний о том, как он пытался отрезать мне крыло. – По мне он просто безумец, готовый всех пустить на опыты. Не все орки жаждущие крови безумцы, а вот от него определенно нужно держаться подальше. – Про себя мне хотелось назвать его «сумасшедшим ученым», но я подумала, что Кирим не поймет.

– Ты полагаешь, что Вождь не таков, что я должен сдаться и согласиться ему подчиняться, раз именно он мой «опекун»? – Кирим с неприязнью выделил последнее слово. Конечно, ему взрослому и самостоятельному магу оно казалось унизительным.

– Я ни к чему тебя не призываю и по сути ничего не знаю о том, что тут происходит, – открестилась я от такой трактовки. – Знаю лишь, что все может быть и проще и сложнее, чем кажется. В племени орков несколько центров силы. Я вижу, что Вождь и Шаман делят власть, вижу, как СакрКруш стремится оказаться ближе к ним. Другие, конечно, тоже, но мало кто готов так рвать себе жилы ради этого. И мы оказались в этом бурлящем котле. Остается только выплывать, лавируя между центрами силы.

Кирим смерил меня внимательным взглядом, от чего даже стало не по себе, а потом сел на свой тюфяк рядом:

– Да, ты в чем-то права, права… – он задумчиво взял еще лепешку и принялся есть.

– А я узнала кое-что интересное! – решила перевести тему.

Он улыбнулся мне в ответ и кивнул, поощряя.

– Я узнала, что я такое. Я не человек. Я сильфида!

Кирим даже закашлялся. Мне пришлось несколько раз с силой ударить его по спине, прежде чем он сумел продохнуть и сипло выдохнуть:

– Это же сказки!

– Что сказки? – не поняла я.

– Сильфиды – это же выдумки, старые сказки. Их не существует!

– Но я же есть! Наверняка есть и другие, подобные мне!

– Оксана, что за выдумки?! Кто тебя только надоумил? Если сильфиды и существовали, то вымерли тысячи лет назад, вместе с другими элементалями. Нет на свете ни русалок, ни дриад, ни саламандр! Все это сказки, страшилки, которыми няни пугают непослушных детей: «будешь себя плохо вести – ночью сильфид залетит в твое окно, схватит и утащит в горы, где бросит в жерло вулкана!» – произнес он, явно копируя чей-то ворчливый голос.

Я лишь удивленно открыла рот. Но я ведь видела сильфид в своем видении, видела их прекрасную цивилизацию. Они не могли просто так исчезнуть!

__________