Глава 25

На разговоре с Эррандом дело не заканчивается. Спустя долгое время обсуждений, условий, угроз, последних китайских предупреждений и всего остального, Эрранда отправляют обратно в Нимерию, а меня возвращают в выделенные покои. После короткой передышки, меня заставляют переодеться и слуги укладывают обратно волосы в прическу.

— И откуда такое платье? — интересуюсь я, рассматривая себя в зеркале. Ксандр стоит позади, сложив на груди руки, — надеюсь, его не носили до меня? А то…

— Носили, — хмыкает маг, — Яра Наар. Только что украли из ваших покоев.

Я выдыхаю. В этот момент рядом появляется Тень и кланяется. Потом кладет на столик знакомые украшения, которые я снимала перед тем, как пришел Дорн.

— Ваше Величество…

— Кто осматривал покои королевы, когда там нашли тело? — задумчиво произносит Ксандр, глядя на украшения.

— Были только слуги, стража и подданный королевы, — произносит Тень.

— Много человек?

— Нет, Ваше Величество. Четверо.

— Хорошо, — Ксандр смотрит на меня, — вы готовы, королева?

Я медленно киваю. Вы готовы, дети? Да, капитан! На самом деле я нифига не была готова, и больше всего боялась, что стоит только мне появится — как по свежепридуманному плану Ксандра влупит своим продуманным планом Дорн, или еще кто-то, и произнесет: «Это не может быть настоящая королева, казнить ее!».

— Несмотря на поддержку Верховного жреца, я, все же, немного позабочусь о вашей безопасности. Вас будут сопровождать двое моих магов и двое Теней. Я дал им приказ — служить вам так же, как они служат мне. В случае, если у вас появится вопрос — обратитесь к ним. Нужно будет зелье — скажите магам. Они знают вашу тайну и наш план. Поэтому, можете не опасаться вести себя в их присутствии, как обычно. При желании, Ольга, тени могут принять почти любой облик. Можете воспользоваться этим, — он усмехается.

Я киваю. Ксандр прищуривается.

— Итак, Ольга, повторяйте за мной: «Принц Наэль Наар, вы обвиняетесь в заговоре против королевы. Тот факт, что вы являетесь единственным наследником престола, смягчит ваше наказание. Вы отправитесь в монастырь, замаливать перед Единым свои грехи и учиться смирению. Завтра утром вы покинете дворец».

— В монастырь? — ошарашенно произношу я.

— Да, — усмехается Ксандр, — что не так? Это лучше, чем казнь, но принц не сможет больше вмешиваться в ваши дела. И его свадьба отложится на неопределенное время. Можете в любой момент его вернуть… когда будет удобно.

— А как же Дорн?

В глазах Ксандра снова появляется что-то нехорошее.

— Даже не знаю, Ольга, — медленно произносит он, — если принц — ваш сын и наследник, то Дорн всего лишь слуга… может, лучше казнить его?

— Нет! — слишком резко отвечаю я, — я не позволю, чтобы кто-то умер из-за вашего плана.

Ксандр долго смотрит на меня и молчит. Молчание становится каким-то гнетущим, да и еще я не могу понять эмоции, которые отражаются в глазах темного мага. Потом он отводит взгляд и задумчиво рассматривает пол.

— Хорошо. Я вам помогу и в этом, — внезапно говорит он, а у меня что-то екает в душе. Даже не знаю, почему — и интонации мага, и его лицо были абсолютно нейтральными. Однако… что это было?

Он подзывает Тень и что-то тихо ему говорит. Подданный кивает, и, откланявшись, исчезает. Темный маг еше несколько секунд зависнув, сверлит взглядом пространство, а потом поворачивается ко мне.

— Продолжим. В тот момент, когда окажетесь в тронном зале — постарайтесь не озираться растерянно. И, что бы не случилось, даже если вам кажется, что что-то идет не по плану — не показывайте это. Храните спокойствие.

— Вы так и не сказали мне речь для Дорна…

— И не надо, — криво усмехается Ксандр, — обвиняйте его в измене и отдавайте приказ на казнь.

— Вы обещали, что поможете сохранить ему жизнь! — возмущаюсь я.

— Успокойтесь же, — в голосе Ксандра мелькают злые нотки, — его не казнят. Но вам о плане знать не нужно, для того, чтобы в подходящий момент у вас были именно те эмоции на лице, которые должны быть.

Я снова киваю, хотя в душе поселяется беспокойное чувство. Я вообще могу ему доверять? А что, если он снова придумает на лету какой-нибудь план, в котором Дорн живым не нужен? Или обманет меня? Неизвестность хуже всего.

Темный маг снова задумывается и проводит пальцем по подбородку. Я почему-то смотрю на его руку и мне становится еще тоскливее. Как хочется взять кого-то за руку, и знать, что этот человек не предаст, не подведет, и пусть хоть весь мир вокруг погрязнет в интригах — он никогда, что бы не случилось, не отпустит и не подставит. И не нужно будет искать в словах скрытый смысл, или пытаться что-то угадать по выражению лица…

И еще одна мысль появляется тут же — нам с Ксандром не по пути. Что бы там не витало между нами — симпатия, влечение, или еще что-нибудь, все это ненадолго. Слишком мы разные, и слишком у нас разные ценности. Я мечтаю о спокойной, уютной жизни, теплых разговорах, объятий в тишине, заботе… вместо этого, по велению мага, я буду играть в стервозину-вдову, отдавать приказы о наказании, а вечерами сидеть и думать — «и что там завтра еще жизнь подкинет? Кто там снова придет ставить невероятно выгодные для вас двоих условия?». И никто не защитит и не убережет от этого всего. Почему? Мир такой! И никто не хочет о тебе заботиться! Потому что ты. Никому. Не. Нужна! А если вернешься домой — то тем более! И вообще, неизвестно, стоит ли возвращаться, и что там со мной случилось…

В глазах начинает щипать и мир мутнеет. Ой. Ну нет, не плачь! Только не сейчас. Зачем показывать свою слабость?

«Ну вот» — хнычет внутренний голос, — «даже выплакаться некому! Подушка— твой друг. Даже котиков эта злыдня не завела, или они перегрызли друг друга за место в ее ногах и свежий «Вискас» в миске! Какая хозяйка — такие и животные!».

Да замолчи ж ты! Я моргаю, и слезы внезапно начинают литься по щекам.

— В тронном зале Нимерии сейчас собирают со… — начинает Ксандр, поднимая на меня взгляд, — …вет…

И внезапно замолкает. Я впервые вижу, как на лице мага расцветает ошарашенное выражение.

— Ммм… Ольга?

— Аллергия, — произношу я, но это получается всхлипом, — тут пыли много…

Ксандр складывает руки на груди. Потом тут же опускает их. Потом поднимает одну руку к подбородку. И снова опускает. Все это он проделывает с тем же удивлением, которое прямо-таки плещется в глазах.

— Пыль? — переспрашивает маг, — слуги… убирают. Тут. Ну и вообще…

Шмыг. Кап. Шмыг. Кап. Да остановитесь же!

— Или воздух…

— Вы плачете, — интонация Ксандра звучит более утвердительно, чем вопросительно.

Внезапно рядом материализуется еще одна Тень. Потом откланивается и произносит:

— Ваше Величество, совет…

— Уйди, — мрачно приказывает маг.

Тень ошарашенно поднимает на него взгляд.

— Но…

— Уйди, — с нажимом повторяет Ксандр, — вон.

Тень тут же исчезает, с опаской окинув меня взглядом. Мы остаемся в покоях одни. Я сверлю взглядом пол, на котором темнеют капельки слез.

— Ольга, — повторяет Ксандр, и это звучит осторожно, — так вы плачете, или нет?

Мне становится так смешно, что я едва не прыскаю. Нет-нет, постойте! Прячем улыбку, продолжаем делать трагичное лицо. Похоже, кое-кто сейчас в растерянности! Я забываю уже о причине слез, и усиленно играю из себя самого несчастного человека в мире. Хотел актрису? Получай!

— Нет, — таким голосом, как у меня, обычно объявляют убитым горем родственникам, что их кто-то там скончался, — я не плачу…

Снова повисает молчание. Я усиленно хлюпаю носом, сцепив пальцы в замочек. Женские слезы — самое страшное оружие! Если ими не злоупотреблять.

Я чувствую, как Ксандр подходит ко мне, и мысленно хихикаю. Сейчас начнутся неуклюжие попытки успокоить, похлопывания по плечу, может быть даже обьятия с поглаживаниями по спине…

Вместо этого темный маг склоняет голову и заглядывает мне в лицо. И приподнимает бровь.

— Что вы хотите? — спрашивает он так вкрадчиво, что у меня дергается глаз.

— Ничего, — всхлипываю я, добавляя нотку обреченности в голос, — я не могу просто поплакать? Такое бывает… у женщин…

— Да-а? — Ксандр усмехается, — слышал о такой особенности. Поэтому и задал вам вопрос… ответите на него?

— Нет, — обиженно отвечаю я.

Еще чуточку — и глаз начнет дергаться у темного мага. Он молча сверлит меня взглядом. Потом внезапно выпрямляется и складывает руки на груди.

— Хорошо, — произносит маг, — вы плачете, потому что я не рассказал вам о плане, который я подготовил для вашего… слуги? Я не собираюсь его подставлять. Или что? Я ненароком вас где-то задел? Вы хотели шесть магов, а не двух? Платье не то украли? Прическа не понравилась?

Он издевается?! Я возмущенно поднимаю на Ксандра взгляд. Нет, вроде не издевается. Стоит, и на лице какое-то странное, недоуменное, недоверчивое выражение.

— Нет, — коротко отвечаю я. Вот тебе удар по…под дых!

Ксандр прищуривается.

— Ольга, — с толикой ехидства произносит он, — если из-за вашей… вредности, мы сейчас упустим удачный момент с возвращением королевы…то я приду к вам сегодня ночью… и буду пытать.

— Как? — немного ошарашенно произношу я.

— Нежно, — с угрозой отвечает маг, — поэтому, придумайте до этого момента причину ваших слез. Иначе пытки будут долгими. И… давайте сюда вашу руку. Пожалуйста.

Я, недоверчиво посмотрев на Ксандра, протягиваю ему руку. Он принимает ее, потом аккуратно притягивает меня ближе к себе. Я чувствую прикосновение пальцев к лицу. Маг, иронично улыбнувшись, вытирает мне слезы.

— Что бы это ни было, — произносит он, — но в будущем, давайте вы для начала озвучите свое недовольство, а потом уже будете плакать. Ну, или, хотя бы не будете стоять, как изваяние, и лить слезы. Мне проще воспринимать угрозы и крики… можете даже попробовать меня убить. В этом случае, я хотя бы знаю, что делать, — он усмехается, — нам пора, Ольга.