Глава 8. Личина

Последующие две недели прошли, как в тумане. Я просыпалась, завтракала, собиралась и шла на занятия. Обед, вечерние лекции, практика, специальная тренировка команды Замка перед турниром, ужин, отбой. И так день за днем, – никакого разнообразия. На повестке дня остро стоял вопрос, как оградить пантеру от участия в троеборье и последующих сражениях. То, что ей никак нельзя участвовать, мы все понимали. Естественно, Грановски, Блейк и, особенно, Виг ни о чем подобном не догадывались. Им я сообщать ничего не собиралась.

– Ой, а у кого это пузико начало расти, – взволнованно сказала Магнолия, протягивая свои пухлые ручки к Снежной.

– Это пирожки, – сухо заметила Лана. – Она половину противня умяла, пока ты пироги пекла.

– Было вкусно, – Мила улыбнулась с закрытыми глазами, не в состоянии открыть их из-за послеобеденной сонливости.

– Одни проблемы от этой беременности, – буркнул Филя, которому перепал только один пирожок.

– Ты чего это несешь, рогатый! – и Ноли огрела малиоля по голове поварешкой. – Это же новая жизнь, это прекрасно и естественно!

– Угу, а отдуваемся мы, – огрызнулся менеджер и показал элементали язык. Такой большой, а ведешь себя, как ребенок.

А меня вот задело другое: то, как женщина назвала Филиппа рогатым. Просто из головы такое прийти не могло. Нужно наверняка знать, что наш блондинчик обращается козлом размером с лошадь, чтобы так его назвать.

– Ноли, – позвала я элементаль, подходя к ней сзади, когда та доставала из печи пироги. – А почему Филя рогатый?

Элементаль обернулась и посмотрела на меня совершенно обычными взглядом.

– Так козел же, ваше высочество. Вы сами его так постоянно обзываете, по-доброму, – ответила женщина, а в уголках ее глаз углубились морщинки от улыбки.

Хм, неужели я так часто ругаюсь на парнишку? Видимо, вошло в привычку.

О том, кто такая Магнолия, и почему ее называют Плавящей плоть дланью, нам так и не удалось поговорить – мешали либо мои занятия, либо готовка у Ноли. Мы обе решили отложить серьезный разговор на потом, особенно перед турниром. Уже завтра должны начать прибывать участники и именно мне выпала участь расселить их в северном крыле общежития.

– Может, есть какое зелье, чтобы Мила перестала быть беременной на несколько часов? – это предложение исходило от Харитиона. Дракон незаметно присоединился к дискуссии, пока я в задумчивости стояла возле печи.

– Ну или перенести плод в другое тело на время, – подхватил идею Филя.

– Если бы подобное существовало, беременные бы его пачками скупали, – фыркнула Лана. Она была здравым смыслом в нашей ненормальной компании.

– Может купол какой защитный на нее навесить? Можно даже локально на живот, – продолжил делиться идеями дракон.

– Или личину на нее навесить. Например, дерева! – выкрикнул малиоль, воодушевленный мозговым штурмом.

– Угу, а если кто-нибудь решит это самое дерево срубить ради забавы? Или оно войдет в радиус поражения, когда начнутся бои? Будешь делать искусственное дыхание березке? – разошелся дракон. Хлебом этих мужчин не корми, дай затеять спор.

– Предложи тогда что-нибудь получше! – рыкнул Филя в ответ, и понеслась.

– Ребят, только давайте в этот раз без пожара и потише, наша кошка спит, – попросила Лана, предусмотрительно убирая со стола свою книгу и тарелку с пирогом. Скоро все оставшееся на столешнице будет подвергнуто уничтожению со стороны разъяренных мужчин.

– Да я могу орать ей прямо на ухо весь день, а она не проснется, – справедливо заметил Филя, но постарался не делать резких движений – Снежная сползла головой к нему на колени.

– Лети, а ты что скажешь? – Харитион, наконец, решил привлечь к обсуждению и меня.

Вот только я его не слышала. В голове настойчиво билась мысль, но я никак не могла ее поймать. Когда я не отвечала довольно долго, что-то бормоча себе под нос, дракон начал размахивать передо мной руками. Я мигом пришла в себя.

– Что?

– Ты застыла и не отвечала нам, – сказал малиоль. – Так что, личина или защитный купол?

– Личина! – завопила я и ускакала наверх за зеленым кристаллом. Его мне дал Шай, когда открыл доступ к закрытой секции книг по зельеварению.

– Я же говорил, моя идея лучше, – победно сказал Филя, выпятив грудь вперед.

Я вернулась, активировала кристалл и вытащила нужную книгу. Больше доверять этот старинный фолиант малиолю я не собиралась. Хватило ошибки с пуншем. Теперь вот приходиться разбираться с последствиями той ночки.

– Зелье "Свой-чужой", – я ткнула пальцем на нужное название, положив книгу перед присутствующими. – Превращает одно существо в другое, делая их идентичными. И для ритуала нужна только капля крови того, в кого перевоплощаешься.

Я уперла руки в бока и с воодушевлением посмотрела на столпившихся.

– Но тогда нам нужен тот, кто заменит Милу на турнире, – вычленила основную проблему демоница. – А мы не можем раскрыть кому-то тайну пантеры, да и это зелье из запрещенных.

– Зришь в корень, подруга. Нужен кто-то из своих, – я все ждала, когда же до них дойдет вся гениальность моей идеи.

– Но мы все и так участвуем, – озадаченно произнес дракон.

– Разве? – я поиграла бровями.

На секунду все замерли, кроме Милы. Та все еще продолжала похрапывать во сне и пускать когти в бедро малиоля.

– Ш-ш-ш, – зашипел от неприятных ощущений Филя, посмотрев на пантеру, но сталкивать с колен ее не стал.

Когда малиоль поднял глаза, на него уставились все присутствующие.

– Что? Что не так?

– Ты был прав. Личина лучше защитного купола, – захохотал дракон и хлопнул товарища по плечу. В этот раз поражение для Хари оказалось гораздо слаще победы. Жаль, что он его не получил.

***

– Ты уверена? – нервно спросил Филя, смотря с подозрением на стакан в своих руках. Темно-бурая жидкость не вызывала у него доверия.

– Как в завтрашнем дне, – охотно ответила, сложив руки на груди.

– Но завтра начало турнира. Вообще неизвестно, что может произойти! – возмутился малиоль, отодвинув стакан подальше от себя.

– Вот и пей молча! Нечего задавать вопросы, на которые не хочешь получить ответы.

Я обхватила руку со стаканом и насильно начала придвигать зелье ко рту малиоля. Сам он решаться до завтра будет, а нам необходимо проверить действие отвара "Свой-чужой" до начала турнира.

– Почему ты такая сильная?! Ты не можешь ставить эксперименты над людьми, это негуманно! – Филя сопротивлялся, как мог.

– Ты не человек, – напомнила я истину менеджеру.

– Негуманно ставить опыты на животных! – не сдавался малиоль, закрывая рот рукой, но мне вовремя помог Харитион, взяв парня в захват сзади.

– Ты оборотень, – припечатала я и с чистой совестью влила зелье в сопротивляющегося мужчину.

На самом деле я была уверена в своих способностях. Благо в этот раз я не прибегала ни к чьей помощи, поэтому путаницы в ингридиентах и заклинаниях не могло быть.

– Что чувствуешь?

– Отвращение, – скривился Филипп.

– Тебя тошнит? – я обеспокоенно потрогала лоб малиоля и заглянула ему в глаза.

– Точно. От тебя, – рыкнул оборотень, уворачиваясь от моего прикосновения.

– Ты сам согласился. Нечего теперь делать из меня изверга! – я тоже начала закипать.

– А мне и не нужно, ты уже изверг! – парировал менеджер, начав кривляться.

– Да что с тобой?! – это было не похоже на вечно спокойного Филиппа. Слишком истерично он себя вел.

– Чуть какой эксперимент, сразу я. Меня не жалко, – начал захлебываться словами малиоль.

Его голос истончался, становясь выше и мелодичнее. С чертами лица и пропорциями тела тоже происходили изменения. Плавные, без резких преобразований, что и не сразу заметишь.

– Я всегда знал, что ты меня не люби-и-ишь. Я для тебя всего лишь инструме-е-ент… Всхлип! Для достижения… Цели-и-и… У-у-у!

Перед нами стояла точная копия Милы, только в ней было меньше изящества, и рыдала в три ручья, размазывая сопли и слезы по лицу. Очень своеобразное зрелище вышло.

– Эм, а разве это зелье меняет характер или поведение? – шепотом уточнил дракон, наклонившись ко мне.

– Хорошо, что Мила этого не видит, – хмыкнула демоница. – Такого глупого и ужасного выражения на своем лице она бы никогда не потерпела.

Что ни говори, а наша Снежная всегда одевалась стильно и выглядела хорошо. Даже засыпая на парах, выходила она с них в презентабельном виде. Не зря же она королевская фаворитка, хоть и бывшая В грязь лицом она никогда не ударяла. Тем сильнее было потрясение, когда Мила номер два предстала перед нами расклеившейся размазней в истерике.

– Вы все меня не любите! Вам всем на меня плева-а-ать… Всхлип! – продолжал реветь Филя, совершенно потерявшись в слезах.

– Что здесь происходит? – из отстроенной вместо загона кухни вышла Магнолия с протвинем пышных булочек с яблочным повидлом.

– Булочки! – взвизгнул Филя и, как новорожденный жеребенок, попрыгал к Ноли, путаясь в собственных ногах и хватаясь для равновесия за все подряд. Под руку ему попала колонна, мое плечо, лицо дракона и волосы Ланы.

– Ау! – возмутилась грубости демоница.

– Радуйся, тебе эта неуравновешенная истеричка не размазала по лицу сопли, – прошипел Харя и брезгливо скривился. Благо у него был с собой платок.

Наша же новоявленная пантера добралась-таки до протвиня, вцепилась в него руками, чтобы устоять на заплетающихся ногах, и нырнула лицом в выпечку. Мы так и застыли, вслушиваясь в чавканье со стороны. Элементаль пришла в себя первая.

– Да что же это делается! Совсем бедненькая измучалась от этой беременности. Наверно маленький буянит, – и женщина погладила пантеру по голове, даже не признав в ней малиоля.

Я тут же подхватила книгу зелий и начала выискивать нужное зелье. Там в примечании что-то было написано, но я не придала этому значения, так как не было предпосылок. Долистала до нужной страницы и внимательно вчиталась: "Если носитель исходного облика имеет хронические заболевания, физиологические особенности организма или временные заболевания, то и его копия будет наделена теми же характеристиками, поэтому стоит с особой тщательностью выбирать день сбора крови для зелья. Две недели после простуды и месяц после более серьезных болезней."

Мы сделали забор крови у Милы сегодня с утра, в тот момент, когда уровень ее гормонов был на самом пике. Кровь беременной, состав соответствующий, и из этого следует, что Филя оказался случайно немножечко беременным.

– Боги, кажется, в крови беременных находится небольшая часть ДНК плода, по которой и вычисляют синдром дауна… А это значит… – я побледнела.

Мог ли мой менеджер сейчас носить под сердцем двойника неродившегося малыша Милы?

– Кушай, деточка, тебе за двоих надо, – приговаривала Магнолия, с воодушевлением скармливая все пирожки Филе. Никто не решился сказать элементали правду.

Кажется, я только что удвоила нашу общую проблему. Мда, так себе из меня зельевар.