Кристина

Жарко. Как жарко.

Горло сдавливало тисками волной, голова раскалывалась с такой силой, что я теряла сознание.

Мозг закипал.

Последнее, что я помнила - свое решение. Лезвие у самого горла. Отсчет. А затем жар.

Тело будто что-то высвободило. Я видела, как гранва тянула свои тонкие пальцы к кокону, как раскрыла пасть, оголяя омерзительные острые зубы с застрявшей между ними чей-то плотью .

Я ведь сделала разрез.

Ветер с силой хлестал по рукам и ногам - значит, живая.

Хотелось открыть глаза, но в них попало что-то едкое. Яд вызывал боль, а так же резь. Мне словно песок насыпали.

Тело подбрасывало в воздух снова и снова, но руки и ноги при этом не были связаны.

Я чувствовала, как воздух вокруг накаляется, дышать стало сложно - легкие обжигало моментально. Любые попытки понять, что происходит, ни к чему хорошему не приводили

- только боль во всем теле усиливалась.

А затем все прекратилось.

Как будто кто-то поставил запись на паузу.

Шелест перьев... Чей-то голос у самого уха... Сильные мужские руки... Царапанье когтистых лап и низкий, гортанный рев, пробирающий до глубины души.

Я вновь и вновь пыталась открыть глаза, но тщетно:

- Не надо, - голос незнакомый, мужской и обеспокоенный, - ты не сможешь. Тебе в глаза попал яд лиан, их нужно промыть как можно быстрее иначе потеряешь зрение. Так. Лазарет. Сириус, нам надо срочно созвать лекарей и выстроить линию защиты от огня!

У меня резерв почти истощился!

Вновь шелест перьев. Сириус. но это не он несет меня на руках. Да и молчит все время.

Как он смог спасти меня? Там же было так много чудовищ.

Я чувствовала всеобщую панику. Голоса смешивались со звоном склянок, рядом с кроватью бурлила какая-то жидкость, а затем что-то обжигающее попало в горло. Мне насильно промывали глаза, что-то гневно рычали, но я не понимала ни единого слова.

- У нее нет дара, как у Лиры, - тихо заметит мужчина, что донес меня до лазарета. Где Сириус? - Может, из разных миров?

Лира.

Боль сдавливала тело, огонь внутри разгорался с новой силой и внезапно все начало трещать. Я ничего не видела, почти перестала слышать. Разве что крики и чью-то безумную брань, а потом вновь стало легче. Мне, но не остальным.

- Если так и дальше пойдет, нам всем наступит полный.

- Мы поняли, Рик, дальше можешь не продолжать.

Вновь незнакомый голос.

- Барьеры сдерживают?

- О да, но разово, - мужчина, что принес меня сюда, говорил странно. Слова произносил с трудом, иногда долго молчал, чтобы подобрать то или иное выражение. Думаю, его язык заплетался от усталости. - Я чернокнижник, один из сильнейших магов и не могу совладать с ней!

- А я говорил. Ведьмы из мира Лиры о-очень сильны. Нам повезло, что она не ведьма!

- Диего, - чье-то гневное рычание. Мужское, вновь незнакомое, - ты сам себе противоречишь! В смысле, не ведьма, когда она конкретная такая ведьма! Ты лазарет видишь или тебе шаровой молнией зрительный нерв перекосило? Мы как бы горим! И она, кстати, тоже! КАИЛ! ТЫ ГОРИШЬ!

- ДА ЧТОБ ТЕБЯ! - судя по звукам, кто-то стал активно хлопать себя по одежде, - вы это видели? Вы ЭТО видели? И как мне дальше жить? Мое Североморье может не выстоять!

- Каил, я ни на что не намекаю, - грубый голос звучал тихо и обеспокоенно, - тут как бы наш мир может вполне не выстоять... Нужно как можно быстрее вернуть ее на родину-мать! Иначе от нашей матери останутся руины в бескрайнем потоке космического мусора!

- Как загнул-то, - судя по всему, голос принадлежал мужчине по имени Каил. Он тяжко вздыхал, качественно матерился, затем разрыдался над моей постелью, - Лиам, миленький! Родненький! Лечи ее, не отвлекайся. Мне еще каким-то чудом нужно от ковена избавиться. Эти маги всю плешь проели, возмущаются, что мы тут с огнем экспериментируем! Наивные.

- Не думаю, что наивные, - видимо, ответил Лиам. - Диего, лучше объясни, что ты имел в виду, пока не поздно.

- Если бы в своем мире она умела колдовать, Каил не смог бы защитить нас барьером, -голос еще одного незнакомца звучал уставшим и потерянным. Я вообще не понимала, что происходит, только боль дикую испытывала и пыталась успокоиться, но разве это возможно? - Говорю же, в их с Лирой мире магия настолько труднодоступна, что даже если девушка и имеет дар, она просто не в состоянии его проявить. Зато здесь энергии хоть отбавляй. На нее сейчас все потоки разом хлынули, и кстати, не советую надевать на нее ограничители . Если тебя Лира случайно чуть не прибила, то эта дама нас всех к праотцам за секунду отправит. И мир заодно. давайте не будем ускорять сей процесс?

Не будем. Вообще не будем! На кой леший мне ваш мир сдался? Я в свой хочу! Сами свои миры уничтожайте! И где Сириус?

- Эй, пернатый! - судорожно позвал кто-то из мужчин, - может, уже станешь прежним? Меня твой вид до чертиков пугает! Мало того, что стал смертоносней, чем раньше, так еще и везучий оказался! Я вообще ипостась потерял! Вот как мне теперь летать, а? Как сжигать огнем целые деревни? Как наводить ужас и панику?

- Твое пивное брюшко разве что кикимору доведет. До истерики. - Каил рыкнул, судя по звукам что-то разбил, затем грозно высказал все, что думает и молча начал мешать стеклянной палочкой раствор - уж больно характерный звук, я бы даже сказала -узнаваемый. - А если серьезно, как долго гриф будет насиловать нервную систему моим соклановцам? Вообще я не против, если он съест кого-то из ковена, я очень рад буду, честное слово!

Ковен. что за ковен?

- Он не может, - голос женский, тихий и нежный. Надо же, сколько в нем мягкости, - сам не знает, почему. Более того, он даже не понимает, как смог стать таким. Крылья изменились, если в прежней форме они тяжелели от соприкосновения с водой, то сейчас перо покрыто жировой прослойкой, которая отталкивает влагу. Простыми словами -водопады теперь не помеха.

- Я уже привык видеть Сириуса... Сириусом, - заметили люди, а затем умолкли.

Я пыталась шевелиться, хотела открыть глаза и это явно заметили.

- Смерть шевелится, - прошептали у самого уха, - сейчас всех в ад отправит. А там же котел.

- Иди в зад, Диего! - рыкнули все хором, - достал уже со своей паникой! Хватит молиться! Где это видано, чтобы драконы так себя вели? Эй, Кристина! Очнись, девочка! Ты, когда без сознания, опасна аки тысяча чертей в свои лучшие кровожадные годы!

Очнуться. легко сказать! Я бы с радостью, но не судьба, видимо!

Боль в голове все еще была адской, в какой-то степени она помогала держаться в сознании. Голоса над ухом раздражали, их спор нервировал, а непонимание ситуации до чертиков пугало.

Несчастные чертики - за всю свою жизнь я ни разу не вспоминала их ТАК часто.

Собравшись с силами, осознав, что я все же могу говорить, я сделала попытку произнести хоть какие-то слова:

- Больно, - простонала я пересохшими губами, с трудом открывая глаза, - очень больно. Картинка перед глазами размазана, четкости нет - лишь пятна цветные, не более.

- Где, где больно? - кто-то схватил за руку, но лица я не видела. Рядом, судя по звуку, прошелестело огромное перо.

- Везде. Сердце от жара рвет. Ничего не вижу.

- Как я и думал, ее тело постепенно сгорает. Может мы ей поможем?

- Диего. Мы сейчас сами тебе поможем! - хором приструнили того, кого я заведомо уже ненавижу.

- А я добавлю, - прошептала я, внезапно чихнув.

Не знаю, что было дальше. После чиха мне стало заметно легче, но все почему-то матерились и, судя по всему, предложение некоего Диего уже не казалось столь неприемлемым.

Да что происходит? И что значит - тело сгорает?

- Рошар.

- Что за Рошар? - не сразу поняли незнакомые мне люди и нелюди. Я чувствовала, как ко мне прикасаются, как что-то втирают в кожу над ключицей, как против воли собирают слюни, а так же явно вытягивают кровь! Не иначе как на анализы! Но я, между прочим, против!

- Мой конь.

- Он выжил, но ходить не может. Мы думаем, как ему ногу смастерить... Конь свалился нам на голову, так что.. .Сириус не позволил бросить его, он спас твоего коня.

Г олос Лиры успокаивал. Всякий раз при его звучании мне становилось легче, я словно возвращалась домой, к папе.

Как жаль, что все это просто моя фантазия.

- А сам Сириус? Где он? Я видела, как он исчез в портале.

- Жив, - сказали, как отрезали: резко, явно нехотя. Что не так с крылатым?

- Он жив и цел, или жив, но частично?

- Сразу к делу, - нервно хмыкнули в ответ, - живой. Полностью. Когда сможешь видеть, сама все поймешь. Заодно и нам объяснишь, какого черта происходит.

Да если бы я знала.

- Твоя рана на шее, - чье-то мягкое прикосновение к коже, - ты почти достала до сонной артерии. Сириус вмешался вовремя. Шрам останется, но думаю, со временем Лиам и его уберет, если ты захочешь. Я смотрю, в вашем мире все девушки сильные.

Сильные? Я слабая.

По щекам текли слезы. Я лежала на мокрой подушке, металась в бреду, пыталась выровнять дыхание. С каждым разом с губ срывался стон, меня начинало трясти и это пугало всех, кто находился в комнате. Рик все ждал взрыва, Диего пел молитвы, Каил нервировал Лиама, прося того лечить меня как можно быстрее, но в ответ помимо звенящей тишины ничего не получал.

Мужчина с именем Лиам делал что-то странное - он водил руками по телу, как будто собирал что-то, вытягивал на себя и выбрасывал в сторону. После этого жар внутри стихал, и мне становилось легче дышать. Я не понимала, что со мной делают, но чувствовала прикосновения к рукам и ногам: хватка сильная, крепкая. Сразу понятно -тот, кто лечит, полностью уверен в том, что делает.

В воздухе стоял терпкий травяной аромат, довольно часто меня обтирали влажной ветошью, по ложке вливали лекарство в рот с мерзким мятным вкусом: он казался настолько сильным, что вызывал тошноту.

Иногда я могла понять, о чем говорят посетители, а иногда их речь становилась настолько сложной, что даже мысленно воспроизвести некоторые звуки казалось невозможно: певучесть голосов сменялась раздражающей гавкающей речью. На слух оба этих языка воспринимались сложно, а последний пугал до чертиков.

Не знаю, сколько прошло дней, не понимаю, где же Сириус и самое главное - почему я все время о нем думаю?

Глаза крылатого мужчины. Я часто видела их во сне, еще чаще - в бреду. Сириус стал для меня навязчивой идеей, как какое-то наваждение.

Ненавижу состояние беспомощности, так что лучше посплю. Все равно ничего не могу сделать...

***