Глава 9

— Знаешь, Серебряна, ты очень странная ан-дароу. — Взгляд Садара казался таким задумчивым, словно он в самом деле был озадачен моей ненормальностью.

Разговор велся в моем домике, куда я попала в бессознательном состоянии. Брианна предположила, что у меня трещина в ребре, туго перебинтовала грудь и сменила повязки на ногах, так что теперь я точно могла отыгрывать косплей на мумию обыкновенную. Впрочем, Садара мой внешний вид не смущал, а вот духи стихий были чрезвычайно обеспокоены и перебрались в спальню. Не знаю, как им это удалось, но теперь горшок с саламандрой торчал у меня в ногах, мандрагора оккупировала сундук, рыбка переселилась в таз для умывания, стоящий на передвижном столике, а воздушный змей недвусмысленно суетился рядом с Садаром.

— Охраняет. Защитник. — Садар одобрительно потрепал змея по голове и скривился, когда тот цапнул его за палец. Не прокусил, поскольку драконья рука немедленно покрылась чешуей, но приятного все равно было мало.

Чешуя Садара была светлее, чем у братьев. Наверное, потому, что он был полукровкой, в чьих венах текла кровь серебряных драконах. Садар обладал ментальной магией. Вот она-то и подсказывала, что со мной что-то не так.

А что, если рассказать Садару обо всем? Этот дракон производил впечатление неглупого мужчины, если забыть о совете, который он дал Шандору на мой счёт.

Садар рассматривал меня так долго, словно мысленно подбирал кусочки мозаики, чтобы сложить их в полную картину. Наконец он произнес:

— Ты выросла не в Эридаре.

— Я видела его всего лишь раз в жизни, — ответила я, помня о том, что этому дракону лучше не лгать.

— Так где же ты жила, Серебряна?

— Очень далеко. В месте, далеком от драконьих интриг.

— И все равно увязла в них по самую макушку. Не представляю, как объясню это брату.

— То, что я влипла?

— То, что ты умудрилась пораниться, даже когда должна была находиться в постели. Под моей защитой, — мрачно произнес Садар. — Надо было закрыть тебя в башне.

— Лучше закройте Иаруса. От его методов обучения больше вреда, чем пользы.

Лицо Садара приняло виноватое выражение.

— Старейшина Гелен докладывал, что обеспокоен поведением нового учителя. Иарус Красный прибыл в Гардонор две недели назад по приглашению Шандора. Этот маг на хорошем счету у Повелительницы красных драконов.

— А старого учителя куда дели?

— Старый учитель слишком любил гулять по лесу ночью. Прямо как ты. Поэтому, когда он пропал, мы даже следов не нашли.

— Наверное, плохо искали.

— Любой дракон, даже поднявшись на высоту полета орла, слышит и видит то, что происходит на земле. Разумеется, для этого ему необходимо предпринять определенные усилия.

— Так, значит, ты…

— Слышал каждое слово из твоей беседы с Иарусом. Я как раз наблюдал за ходом урока. Гелен жаловался, что Иарус слишком давит на детей. Так что мне сказать брату? Когда он оставил тебя на мое попечение, у тебя были забинтованы ноги, теперь бинты перебрались и на грудь.

— Скажи, что это заразное, — я нервно хихикнула и скривилась, ребра и правда побаливали.

— Вот именно. Боюсь, что после встречи с Повелителем и я заражусь. — Дракон насупился и почесал подбородок, так как если бы эта часть морды лица уже предчувствовала неприятности.

— Если Шандор будет отсутствовать подольше, я успею восстановиться, — робко предположила я.

Ну а что? Вдруг у Садара есть возможность отсрочить его возвращение?

Не спеши-ка, Шандор, в гнездо родовое, тут всем и без тебя хорошо! А как спокойно!

— Болит… — мрачно констатировал дракон.

— Всё, что не убивает, делает нас сильнее, — беззаботно парировала я.

Нет, а что он хотел, чтобы я начала ныть и жаловаться, как мне плохо? Да это же прямой способ очутиться в башне Повелителя. Одной! Без саламандры, мандрагоры и воздушного змея. Да мне даже золотую рыбку взять с собой не дадут, я специально уточнила. Духи стихий привязаны к месту своего обитания.

— А вдруг он не заметит? — с надеждой спросила я.

— Это вряд ли.

— С чего это ты взял? Я же не собираюсь обнажаться перед Шандором!

Вот только пусть выдаст свой фирменный ценный совет из серии “вы симпатичная, он симпатичный — так чего тянуть?” и натравлю змейчика! Раз я и так мумия, мне уже ничего не страшно!

— Серебряна, что тебе сказал Эвалард перед тем, как взять с собой в святилище Алуны?

Вопрос прозвучал внезапно и ввел меня в состояние ступора. Я не знала, что ответить, чтобы прозвучало правдоподобно.

— Эвалард не предупредил, что тебе предстоит стать супругой Повелителя бронзовых драконов?

Молча покачала головой.

— Готовил ли он тебя к роли дракайны?

Снова качаю головой и молчу, чтобы не ляпнуть чего сгоряча. Только сейчас до меня начал доходить размах подставы, устроенной Эвалардом. И этот хмырь ещё посмел заявить, что в конечном счете всё сложится замечательно. Интересно, для кого?

— Любовницей ты так же становиться не собираешься, — угрюмо констатировал Садар.

— Ещё чего! — я вскинула руку, на которой поблескивал бронзовый браслет. — Ты случайно не знаешь, как его снять?

— Самостоятельно? Вместе с рукой. Хочешь попробовать?

— Нет, — буркнула я и отвернулась, чтобы хотя бы ненадолго избежать испытывающего взгляда Садара, и тут снова заметила передвижной столик.

— А эту штуку мне кто подарил? Случайно не знаешь?

Садар подошел к столику. Опрометчивый поступок. Золотая рыбка не дремала и выпустила ему в лицо струю воды.

— Да что за!.. — Дракон утер лицо. — Угомони своих хранителей!

— Не буду. Они долго раскачивались с помощью и защитой.

После моих слов Садар тихо хмыкнул, так, как если бы получил интересную информацию, а потом присел на корточки, чтобы рассмотреть столик получше.

— Неожиданно, говоришь, появился? Так?

— Да. Так. — Я настороженно повернулась к нему лицом.

— А больше ты мне ничего не хочешь сказать? — И вид такой задумчивый, что захотелось отдать змейчику команду “фас!”. Навредить не навредит, зато отвлечет.

— У тебя очень странная прическа, — невпопад буркнула я. Вот у Шандора волосы были до лопаток, да и у Каддара не короче.

Реакция дракона превзошла все ожидания: он поднялся на ноги и отошел к окну. Некоторое время в комнате было очень тихо, а потом прозвучало еле слышное:

— Это символ траура. Странно, что ты не знаешь.

***

Я всё-таки едва не попалась. Продолжи Садар заваливать меня вопросами, я бы обязательно раскололась, но дракон ушел, напоследок посоветовав хорошенько подумать о доме. К примеру, какой ещё мебели мне не хватает для полного счастья.

Странный совет и крайне подозрительный, хотя бы потому, что я действительно начала думать о столь внезапно обретенном жилище. В результате не выдержала и выбралась из кровати.

В гостиной царила идиллия. Духи стихий снова вернулись на свои места: грелась в жарком огне камина саламандра, рыбка нарезала круги в бочке, воздушный змей дремал под потолком, развалившись на деревянной балке перекрытий, и все это под тихую песню мандрагоры. При моем появлении духи выжидательно повернули головы, но я заверила их, что мне ничего не нужно. Хотя на самом деле это было не так.

Меня беспокоил продовольственный вопрос. Брианна исправно снабжала меня горячими блюдами, но не могла же я её и дальше напрягать? Надо бы выяснить, где искать поставщика продуктов, раз он до сих пор до меня не добрался. Слегка смущала меня и умывальная комната, а точнее, глубокая деревянная ванна, стоящая в ней. Наполнять её предлагалось из крошечного фонтанчика, который бил прямо из стены, стоило лишь поднести к нему руку. Здорово, конечно, что понятие водопровода драконам не чуждо, но удобства были явно не доработаны. К примеру, в той же кухне ещё один фонтанчик не помешал бы. А ещё мне нужен был замок. Огромный амбарный, да любой, чтобы Шандор не мог ко мне вломиться без приглашения! А еще зеркало, чтобы я хотя бы изредка в него смотрела и убеждалась, что я — это действительно я.

— Хандришь? — Светик соизволил себя обнаружить, только когда я расположилась за столом. По-хозяйски придвинул к себе тарелку с пирожками, обнюхал и только потом сцапал пирожок. — Ты же не жлоб? Да-а-а-с?

Дракончик с сомнением уставился на лапу с пирожком.

— На здоровье.

— Отлично-с! Ты лучше мясо ешь. Оно для регенерации полезно. А сдоба, она больше для души и формы, ещё и от нервов помогает-с. Умаялся я сегодня-с.

— И чем же ты занимался? Готовил побег? — встрепенулась я.

— Ты сперва разберись, куда-с бежать собираешься. Да-с, Ариана, я тут поболтал-с с нашим Повелителем. Этот свин чешуйчатый и меня надул!

— Эвалард — дракон, — наставительно произнесла я, больше для того, чтобы посмотреть на реакцию Светика.

— Это не мешает ему быть свиньей! Такая подстава! Первое пробуждение за последние триста лет, и кого он мне подсунул? Дракончика малохольного, ящерку несмышленую, глупышку…

— Спасибо на добром слове, — буркнула я.

— Да знал бы я, шо ты не местная, — давно бы занялся твоим обучением. Без знаний в Авендоре даже дракона не выведешь!

— Спорное утверждение! Вон Шандор с пол-оборота заводится.

— Так я же из яйца имел ввиду.

Тут мне крыть было нечем. О выведении дракончиков я ничего не знала. Тем временем Светик дожевал пирожок, взмахнул лапкой, и на стол плавно опустилась пожелтевшая и слегка помятая страничка, выпавшая из книги по боевой магии во время урока.

— Брианна её нашла у тебя за пазухой и спрятала в сундуке. Такс, Цыпа, харэ откладывать, пора высиживать!

— Кого высиживать? — Я обеспокоенно уставилась на страницу, исписанную мелким каллиграфическим почерком. Разумеется, на драконьем.

Чтобы текст перевелся, мне следовало расфокусировать взгляд, а я против воли всматривалась в рисунок внизу страницы. Уж больно он напоминал иллюстрацию к буддийским мудрам. Одно время я увлекалась нетрадиционной медициной — побочный эффект любви к драконам, которых почитали на востоке.

— Знания высиживают! Как гласит великая драконья мудрость: лучшего ученика можно определить по блеску чешуи на его заднице.

— Кхм… В нашем мире тоже часто вспоминают эту часть тела. Только к уму она не имеет никакого отношения. Так с чего мы начнём?! — Я предвкушающе размяла пальцы, а потом попробовала воспроизвести комбинацию по схеме.

Светик ошарашенно понаблюдал за моими манипуляциями и уверенно произнес:

— С теории. А точнее, с истории.

Последующие несколько часов я знакомилась с историей Авендора. Серебряный дракончик поведал мне о появлении драконов, и о богине Серебряной луны Алуне, ставшей их покровительницей. Алуна наделила драконов магией, используя которую, они научились изменять форму, превращаясь в мужчин и женщин. Рассказал Светик и о первом восхождении Кровавой Луны, и о страшных ночных тварях, пробуждению которых она поспособствовала. В то время часть драконов отреклись от лунного света и открыли в себе огонь плюс новые, до тех пор неизвестные природе цвета чешуи.

— Так саламандра здесь вроде как за главную? — Я кивнула на ящерку, дрыхнувшую в камине.

Услышавшая мои слова мандрагора возмущенно пискнула, а потом раздвинула листья и продемонстрировала негодующую рожицу.

— Вот и пошто ты лапусю земную обидела? Духи стихий у нас в одинаковом уважении и почете. Драконий огонь не родня природному, он зарождается внутри дракона, наделяя талантами и умениями. У Бронзовых это боевая магия, у синих — истинное зрение, позволяющее видеть скрытую суть вещей, красные — спецы по части артефактов, а зеленых называют сердцем Авендора, это покровители всего живого.

— Гринпис он и у драконов пис, — перевела я. — Насчет серебряных я уже в курсе, у них магия лунного света, а ещё нехилый бонус в виде ментальной.

— Самый важнецкий бонус серебряных — отсутствие ан-даров.

— Это как?!

Если до этого момента я спокойно внимала рассказу, то теперь вскочила на ноги, да так резко, что поморщилась от легкой боли. Всё-таки я слабая девушка, а не чешуйчатый терминатор, и даже ускоренной регенерации требовалось время.

— Богиня Алуна защищает своих детей от проклятия. Из серебряных яиц появляются исключительно славные серебряные дракончики. А вот у огненных временам случаются накладки, и тогда рождаются такие, как ты.

Слова Светика я переварила долго, очень долго. Хотя услышанное прекрасно вписывалось в озвученную картину мира, поверить в это было сложно.

— Эвалард подтвердил, что ан-дары — люди, — упрямо произнесла я.

— Нет, Цыпа, это тебе хотелось видеть в них людей. Наш коварнейший Повелитель всего лишь не стал тебя разубеждать.

— Но почему?

— Чтобы ты внезапно не ощутила родственную связь с другими ан-дарами. Эвалард опасается, что ты не захочешь покинуть Гардонор.

— Ещё чего! Конечно, хочу. Можем хоть прямо сейчас!

— Прям щас ты и с крыльца не сойдёшь, а в лесу тебе понадобятся быстрые ноги. Так шо, пока не восстановишься, о побеге и не мечтай.

— И что же мне делать все эти дни?

— А хотя бы в магии практиковаться. Только желательно не здесь, — быстро добавил Светик, когда я снова потянулась к листочку. — Кстати, ты сегодня очешуенно того красного дракона уложила.

— Магия луны работает и днем, — хмыкнула я, вспомнив рожу Иаруса Красного в момент встречи с серебряным лучом.

— А ещё, Цыпа, помимо серебряной, в тебе есть и огненная. Я заметил, как ты на этот листик таращишься. Шо, думаешь, у всех ан-даров неизвестные буковки складываются в привычные слова?

— Намекаешь, что у меня особая магия?

— Намекаю, шо твоя мамаша была страсть какой страстной особой, раз не побоялась связаться с синим драконом. Шо глазками хлопаешь? Серебряным запрещается путаться с драконами иных расцветок.

— Чтобы исключить рождение ан-даров, — догадалась я. — Так Иарус сказал правду? В Эридаре убивают неполноценных дракончиков?

— Вот чего не знаю, того не знаю. Ты лучше пирожок скушай, разомнись, сделай перерывчик. — Светик с преувеличенным рвением набросился на пирожки.

У меня же от одного их вида к горлу подкатила тошнота. Дракончик всё прекрасно знал, просто не захотел озвучивать неприглядную правду. Неудивительно, что моя мать сунула меня в чужой мир — она сделала всё, чтобы меня спасти.

— Светик, а тебе не попадёт за твои откровения от Эваларда?

— Да шо мне сделается? Я же памятник, в смысле статуэтка. Одна память от меня прежнего и осталась. Не дергайся, Цыпа, физически он навредить мне не может. Разве что отправит туда, откуда вызвал. Но видишь, в чем фишка: он призвал меня, чтобы помочь тебе. И мой долг выполнить его приказ, шоб перед предками не было стыдно. Я же не простой хранитель, а… А это уже детали! — Дракончик хитро улыбнулся и склонил голову набок.

— Статуэтка, говоришь. А пирожки лопаешь, как взаправдашний.

Беседа с дракончиком немного отвлекла меня от неприятных известий. Мир Авендора открывался мне, полный чудес и волшебства, и в то же время обнажал свои неприглядные стороны. Умом я понимала, что бесполезно мерить драконов по себе, у них иная мораль, другая история и традиции. А уж теперь, когда выяснилось, что ан-дары и не люди вовсе…

Со своим уставом в чужой монастырь не ходят, но я все равно чувствовала, что не смогу остаться в стороне, если рядом будет происходить то, что я сочту несправедливым. Ох, отгребу я из-за этого ещё проблем на свою сердобольную голову. Вывод один: надо учиться. В неприятности надо влипать не по незнанию, а вприпрыжку и с улыбкой на лице. А ещё мне нужны были союзники. Не можешь одолеть противника — объединись с ним. Решено! Больше никаких ссор с братьями Шандора. Кто знает, вдруг им удастся убедить своего Повелителя оставить меня в покое?

Я съела кусок хлеба с домашним сыром, запила ужин порцией обезболивающего отвара и отправилась спать. И уже сквозь легкую пелену дремы мне показалось, что моя кровать слегка покачнулась. Но ведь это не могло быть правдой?

***

Вот в этот раз я была готова к ночным приключениям, поэтому, встав с кровати, перво-наперво осмотрела ноги. Кожа на них была ровной и гладкой, без малейших следов ожогов. Ясненько! Это сон!

Входная дверь снова открыла путь на белоснежную террасу, но меня никто не встречал. Я подошла к перилам, положила руки на прохладный камень и посмотрела вниз, на город.

Несмотря на тёмное время суток, в Эридаре кипела жизнь. Между башнями серебряными стрелами проносились драконы, спускаясь к земле, они превращались в мужчин и женщин в светлых, преимущественно серебристых одеждах, многие устремлялись по узким извилистым дорожкам, огибающим драконьи башни, к высокому строению из белоснежного камня. По сути, тоже башне, но она была настолько монументальной, что правильнее было бы назвать её замком или…

— Храм Алуны. Хочешь рассмотреть его поближе? — Эвалард возник в поле зрения до того неожиданно, что я вздрогнула. — Не бойся. Нам не помешают. Я принял меры.

И Садар не сможет последовать за мной по сонной тропе. Пожалуй, так будет лучше. Мне бы не хотелось, чтобы он шнырял по моим снам и подслушивал.

— Так что? Спускаемся вниз?

— Разве я достойна войти в храм Алуны? — Я внимательно посмотрела на дракона, пытаясь прочитать по его лицу реакцию на свой вопрос.

— Почему нет? Алуна одаряет своей милостью всех, кто желает следовать за лунным светом.

— И даже ан-даров?

— Вижу, ты быстро учишься. — Физиономия Эваларда оставалась такой же безмятежной.

— Всего лишь собрала недостающую информацию.

И снова ноль реакции!

Дракон по-прежнему излучал дружелюбие, но я-то прекрасно знала, что он за фрукт! Я смотрела на Эваларда и чувствовала, что вижу его насквозь. Странное ощущение, и не поймешь, ментальная ли это магия или бонус — истинное зрение, — прилетевший от отца.

Эвалард рассчитывал, что я продолжу заблуждаться. Ему было выгодно, чтобы я считала себя человеком, бесконечно одиноким в чужом мире. И тогда Повелитель серебряных драконов постарался бы стать моим другом, убедил бы, что я могу рассчитывать лишь на него. Рассказал бы несколько сопливых историй из моего прошлого — и дело в шляпе. Я ни капли не удивилась, когда мне печально сообщили о безвременной кончине моей матери, Рианны Луноликой.

— Я виноват перед ней, Ариана, и хочу позаботиться о тебе, её дочери.

— Вы отдали меня бронзовым драконам. Обменяли, как вещь. Хороша забота!

Вот! Высказалась! И поняла, что обмен меня до сих пор бесил. Разве так возвращают на родину? Без объяснений, без предварительной подготовки. Да мне было бы куда проще, явись Эвалард на день-два раньше и расскажи об Авендоре. Хотя нет, не помогло бы. Я сочла бы, что мне повстречался псих, и не стала б слушать.

Я никогда не интересовалась историями о попаданцах и не зачитывалась фэнтези. Драконы оставались моей единственной слабостью, но я предпочитала не читать о них, а коллекционировать статуэтки и картины, смотрела фильмы, в которых появлялись драконы. Я хотела видеть, чувствовать, осязать, а не тонуть в собственных фантазиях. Чтобы поверить в сказку, мне надо было её пощупать, взвесить и измерить, наверное, поэтому я и выбрала специальность бухгалтера. Вполне себе приземленная и практичная профессия, а теперь выяснилось, что я тоже маг.

— Выходит, я владею магией лунного света.

— Не только. Кое-что ты получила и от отца — синего дракона.

Признание Эваларда оказалось полнейшей неожиданностью. Я не ожидала услышать от него хоть слово правды.

— Вы знаете, кто он?

— Это уже не имеет никакого значения. — Эвалард скорбно вздохнул и отвел взгляд.

Я и сама отвернулась, чтобы он не заметил, до чего же горько узнать о существовании родителей-драконов и тут же выяснить, что их больше нет.

Жизнь никогда не баловала меня. Раннее детство я провела в приюте, а в пять меня усыновила бездетная пара. Последующие четыре года я вспоминала как самые чудесные в моей жизни, но пьяный лихач, неожиданно свернувший на встречную полосу, отнял у меня приемных родителей. Если бы не бабушка отца, переоформившая опеку, я бы снова вернулась в детский дом.

— Вы бросили меня. Отдали, как ненужную вещь.

— Нет, Ариана, я всего лишь отослал тебя к ан-дарам Гардонора. Повелители красной, синей и зеленой стаи делают то же самое. Бронзовые драконы научились заботиться о низших. Вот я и поместил свой серебряный цветочек в идеальные условия.

— Да вы просто посмеялись над Шандором, всучив ему меня вместо ожидаемой драконицы!

— Приятное принято сочетать с полезным, — ничуть не смутился Эвалард.

— Так зачем мне сбегать, если мне, ан-дароу, лучше быть в Гардоноре? Зачем стремиться в город, в котором избавляются от тех, кому не посчастливилось родиться драконом?!

— Вижу, серебряный хранитель вовсю расстарался, снабжая тебя информацией. — Впервые с момента начала нашего разговора на лице Эваларда проступили настоящие эмоции, вмиг исказив красивые черты лица вспышкой гнева.

— Нет, об этом я узнала от Иаруса Красного, местного преподавателя магии.

— Ты учишься магии у драконов? — удивление Эваларда тоже не было поддельным. (3303c)

— Конечно. Разве я могу упустить такую возможность? Сбежать в ближайшее время не получится, а сон — не самое лучшее место для магических тренировок.

Эвалард немного помолчал, а потом медленно свел пальцы, а когда раздвинул, между ними горел серебристый огонек.

— Пожалуй, мне есть чему тебя научить.