Глава 6. Тяжело в учении – легко в бою…

Вихрь доставил меня во двор академии, прямо к храму обрядов. Арочный вход охранял Делео, но он был не один. На ступенях образовалось что-то вроде ложи для вип-персон: тут тебе и Его Милость Темнейший, и ректор Кастроу, и целый выводок высших. А адепты так вообще оккупировали все свободное пространство. А главное, когда меня все же соизволили заметить – не такая уж я и маленькая! – наступила гробовая тишина. Они что, призрака увидели? А потом я и сама с любопытством огляделась. А где все? Лэндо, к примеру? Так, подождите, это я что, первая? Я выиграла, получается?!

– Подойди, Лиса, – прогремел над головами голос ректора. Он, очевидно, раньше прочих с шоком справился.

Я гордо подняла подбородок – иду с высшими чинами тереть, нужно в образе быть. Правда, с такой рукой… Но, прислушавшись к себе, вдруг поняла, что она больше не болит – я вообще, на удивление, чувствовала себя отлично.

– Полукровка Лиса, ты оказалась самым достойным адептом, – ректор Кастроу благосклонно кивнул. Стало приятно. – Твоим наставником будет сам Темнейший.

Ректор отступил, и я увидела перед собой Деона. Изумрудные глаза сверкали, волосы уложены назад – этот тоже про помадку не забывает, или чем они тут укладываются? – парадные сапоги начищены, а на укороченный серебристо-серый китель даже эполеты налепили. Вот власть, она в любом мире «при погонах»! Но хорош, мерзавец! Надеюсь, в мои обязанности личного «слуги» не будет входить сортировка любовной почты или ревизия мокрых трусиков женской половины академии.

– Ты полна сюрпризов, полукровка, – шепнул Темнейший и уже громче произнес торжественное: – Я, Деон, Темнейший из норнов, господин и повелитель Темной стороны, берусь обучить тебя, полукровка Лиса. Раскрыть твой дар и познать Темную сторону.

Ой, не надо! Я не Энакин Скайуокер, не хочу на Темную сторону силы!

Но Деон уже протянул мне руку – я, как завороженная, подала свою. Моя ладонь утонула в его, а потом он сжал руку так, что наши запястья соединились. Его загорелая теплая кожа и моя, молочно-белая, прохладная – приятное сочетание. Затем я почувствовала это: боль прошила запястье, словно горячую сковороду на руку уронили! Я хотела выдернуть ладонь, но Деон держал крепко и смотрел так, будто в душу заглядывал. Не надо! Нечего тебе там делать!

Боль прошла так же резко, как и появилась, а на запястье осталось, ни много ни мало, клеймо. Клеймо, мать вашу! Я что, крупный рогатый скот, чтобы вот так?! Правда, у меня вместо номера было что-то вроде печати: снова черный дракон с красными глазами. Если бы они были зелеными, то я решила бы, что это Деон себя ассоциировал с драконом. Очень уж морда у огнедышащего надменно вздернута, прямо как у нашего Темнейшего. Кстати, что-то похожее я уже видела у кого-то из высших, такую же печать.

Закончив обряд, Деон поднял руку вверх, демонстрируя свое запястье, и незаметно пнул – что, пнул меня?! – под пятую точку. Я тоже подняла руку, но на него бросила косой и очень недружелюбный взгляд: я запомнила!

Неожиданно из вихря в центре двора появился Лэндо. Он сначала непонимающе заозирался, а когда увидел меня рядом с Темнейшим, ошеломленно нахмурился.

Да, дружок, ты опоздал. Но, как ни странно, поддеть его или унизить проигрышем не хотелось. Я все еще помнила, что он не стал делать из меня шашлык, да и место рядом с Деоном мне никак не нужно. Я вспомнила Кассандру: эта уж точно до потолка прыгать будет!

– Прежде, чем за адептами закрепят наставников, я должен спросить: кто-нибудь желает предложить свою кандидатуру наставнику? – ректор Кастроу обвел строгим взглядом двор.

– Да.

Опять Лэндо.

– Я почту за честь, если моим наставником станете вы, ректор.

Амбициозно! После Темнейшего самая значимая фигура в академии. Ректор какое-то время молчал, пригвоздив Лэндо взглядом.

– Хорошо, – наконец кивнул. – Я буду обучать тебя, темный Лэндо.

Я улыбнулась от чистого сердца. Пусть я не любила высокомерного засранца, но он достоин обучаться у лучших! Равных ему адептов по силе среди нас нет. Про себя я вообще молчу. И что там Его Милость раскрывать во мне будет?..

– Кто-то еще?

Да нет, таких отчаянных больше нет. Или есть? Я удивленно распахнула глаза, когда Элли вышла вперед:

– Я почту за честь, – тоненьким голоском начала она, – если меня возьмется обучать высший темный Санди.

По двору прошел рокот. Я тоже повернулась, чтобы понять, что это за фрукт такой «Санди».

– Оу! – тихо воскликнула. Вот этот нордической внешности, только волосы черные, айсберг?! Правая рука Темнейшего?! Ничего себе Элли замахнулась! А я еще смелости Лэндо поражалась! Кстати, если память меня не подводит: у этого Санди я видела схожее клеймо! Неужели он тоже был личным адептом Деона?..

Элли вышла вперед. Рыжие кудряшки, как нимб, обрамляли симпатичное личико, отливая красным в солнечных лучах. Она стояла прямая и гордая, готовая с достоинством встретить любое решение высшего темного. Но Санди не спешил отвечать: он неспешно спустился со ступеней, подходя к ней, а среди темных и адептов шепоток:

– Неслыханно…

– Какая наглость…

– Полукровка…

А я была горда за Элли! У меня вряд ли хватило бы мужества на такой смелый поступок. Когда Санди остановился возле нее, хрупкой и тоненькой, на полторы головы ниже него, все замерли. Я заметила, как она под, наверняка, испытывающим взглядом, воинственно расправила плечи, а затем все услышали:

– Я буду обучать тебя, полукровка Элли.

На удивление мелодичный голос для такого высокого и крепкого мужчины. Он бы мог стать звездой покруче NILETTO.

Я просто трачу свой прайм на тебя, тебя, тебя, тебя

Я просто трачу свой тайм на тебя, тебя, тебя…

Больше смельчаков не нашлось, и началось распределение. Я спустилась к остальным адептам, но чужие наставники мое внимание удержать не могли. Я все думала, пыталась понять, почему не оказалась дома. Я видела отражения Лисы, но вместо последнего, своего, увидела ее саму. Странно. Очень странно. Конечно, я знала весьма условно как это должно было сработать, но чувствовала, что точно не так! Ладно, отложу этот вопрос до более подходящего времени. Если не знаешь решения, жди озарения – истина от Лизы Соколовой!

Я забежала в комнату, пока соседок не было: Элли до сих пор в шоке от собственной смелости. Нужно, кстати, обязательно поинтересоваться, почему именно этот высший. А Илу до сих пор вертела хвостом возле Гэрри, своего очень симпатичного наставника. Меня все, кто хотел, уже поздравил, а кто не хотел – просто проигнорировал, поэтому я с чистой совестью умчалась в нашу спальню и достала зеркало: подумала о Кассандре и начала смотреть на свое отражение. Пара секунд, и оно сменилось бесстрастным лицом Светлейшей. Ей бы улыбаться почаще, а то этот взгляд «в себя» навевал мысли о проблемах с желудком.

– Тебе есть, что мне рассказать?

Ну и надменная же светлая!

– Я стала личным адептом Темнейшего.

Улыбка искривила красивые губы Кассандры. Холодная улыбка превосходства.

– Я не ошиблась в тебе, Лиса, – сказала она, прежде чем исчезнуть – связь у нас обычно короткая. Нельзя палиться. И перестать «звонить» тоже нельзя. А хотелось бы. Каждый разговор со Светлейшей – и я чувствовала себя предательницей. Я ничего не могла с собой поделать, но мне нравилось в академии, и темные тоже нравились!

Я убрала зеркало и даже хмыкнула. Мне показалось, или в голосе Кассандры появились нотки гордости? Да, я для нее все та же букашка, точнее, мотылек, который, долетев до цели, обязательно сгорит, но не пустое место. Больше не пустое.

После распределения занятия разделились: на общие и с наставником. Лекция по древним заклинаниям только закончилась – я едва успела переступить порог аудитории, как печать на запястье запульсировала. Что за черт?!

– Ты чего? – спросила Илу, заметив, как я тру руку.

– Печать горит.

– Темнейший вызывает, – шепотом подсказала она, словно он мог нас услышать.

– И что дальше?

– Ты должна трансгрессировать к нему, печать подскажет куда.

– А если я не умею?

– Постарайся сосредоточиться на нем и печать поведет, – предложила еще вариант. – Но трансгрессировать быстрее.

Илу шепнула «алерно» и исчезла – у нее тоже индивидуальное занятие. А я двинулась на поиски, изнывая от болезненной пульсации в руке. С каждой минутой она становилась сильнее. Кажется, Его Милость Деон в бешенстве.

Точно. В этом я убедилась, когда зашла в зал для тренировок. Раньше бывать здесь не приходилось, а зря. Признаться, я была немного в шоке. Это какая-то дикая смесь тренажерного зала и музея, специализирующегося на оружии, начиная со средних веков и заканчивая Ренессансом. Мечи, сабли, арбалеты, щиты и копья прекрасно соседствовали со штангой, у которой вес измерялся не футовым дисками, а массивными гранитными плитами.

– Ты опоздала, полукровка.

Да, настроение у Темнейшего испортилось.

– Простите, я…

– Что ты мямлишь! – оборвал Деон. – Ты сюда не ромашки приехала собирать.

Я хотела опустить глаза, но не посмела: отчего-то казалось, что Темнейшего это разозлит еще больше.

– Раздевайся, – скомандовал он.

– Что?!

Это что за тренировка такая?!

– Ты в этом тряпье будешь отжиматься?

– Отжиматься? – не поняла я. А зачем мне отжиматься?!

Деон кинул мне в лицо короткое реби и штаны, сам он был в таком же, только побогаче.

– И с волосами что-нибудь сделай, полукровка, – донеслось мне в спину.

«Козел!» – про себя воскликнула я. Ох, чувствую, не сработаемся мы. Как-то я пыталась под наставничеством Дмитрия Максимовича курсовую писать. Через неделю я попросила другого куратора. У меня тремор нервный начался. Мы так бесили друг друга, что ничего плодотворного просто не могло выйти. Что-то мне подсказывало, что с Темнейшим ситуация аналогичная. Только сменить наставника я не смогу. Наверное, мы с ним связаны во всех мирах, как черное и белое, несовместимое. Антагонист и протагонист.

Переодевшись, я спокойно вернулась в зал. Ну, и что мне делать?

– На коврик, – кивнул Деон и началось…

Через час я вся мокрая и обессиленная упала на татами.

– Ты безнадежна, полукровка, – резюмировал Деон, кинув мне отрез ткани.

– Я вообще не понимаю, зачем мне все это?! – воскликнула я. За прошедший час я научилась заново качать пресс, отжиматься, приседать и прочей физкультуре.

– Мой адепт не может быть слабаком, – спокойно ответил Деон, наливая себе бокал вина. – В нашем случае, слабачкой.

Я не выдержала и послала ему недобрый взгляд. А не надо обзываться!

– Тебе придется конкурировать с мужчинами, или в бою ты в них глазками стрелять будешь? – иронично поинтересовался он. – Удивляюсь, как ты вообще одолела оборотня на испытании.

– Я везучая, – буркнула, поглядывая на штангу и сказала, прежде чем обдумать: – Интересное решение.

Деон повернул голову, с любопытством рассматривая меня.

– Значит, все-таки бывала в мире людей.

Дестра! Что же у меня за язык!

– Если я узнаю, а я узнаю, – с обманчивой мягкость начал Деон, – что ты посещаешь подвластные миры, я оторву твою прелестную головку, поняла?

Я кивнула и заулыбалась. Он что, считал меня прелестной?!

– Не обольщайся, полукровка.

Темнейший словно мысли мои прочитал.

– Больно нужно! – не выдержала я и вскочила, поправляя реби. Да, Темнейший – красивый мужик, смысл отрицать, но характер совсем не торт.

– Давай сразу проясним во избежание: даже не мечтай возвыситься через мою постель. Попытаешься раздвинуть передо мной ноги – упадешь в моих глазах еще ниже.

– Куда ниже! – я округлила глаза. – Я и так где-то в районе плинтуса.

– Что это за место такое плинтус? – нахмурился Деон.

Я нервно хихикнула, прежде чем пояснить:

– Это очень низко.

– Не ниже тюрьмы Пристанища на скале.

Он как-то зловеще улыбнулся, а я икнула.

Неужели здесь есть преступники?! Тюрьмы-то просто так не строят… Нужно быть вдвойне осторожной. Не хотелось бы оказаться в темнице темных.

– Я все поняла, Темнейший, – я даже золотистую голову склонила в знак смирения. – Вашей нравственности ничего не угрожает с моей стороны, а вот той брюнетки я бы поостереглась.

Я прикусила язык. Смирение, Лиза, смирение! Тем более что меня очень даже устраивал подобный расклад. Темнейший не заводит шашней с адептками! Извините, я старалась, но… Именно так скажу Кассандре.

– Мои фаворитки – не мои адепты, – лениво ответил Деон, абсолютно не разозлившись за напоминание о прерванных брачных играх с соблазнительной девицей. Затем он прошелся по мне нарочито откровенным взглядом, сверкая изумрудами глаз. Это что, теория от противного?! Не смей заигрывать со мной, но я могу соблазнять тебя! Замечательно. – А свою нравственность я держу в руках.

– Лучше держите ее в штанах, – сказала тихо, отворачиваясь.

– Возможности своего острого языка будешь демонстрировать в другом месте, – сухо бросил Деон.

– Он у меня с колючками, – предупредила на всякий случай. – Это так, во избежание.

Вот теперь мы расставили все точки над «i». И, кажется, поняли друг друга. Деон больше не заигрывал, наоборот, стал извергом-наставником. Вот уж точно биполярное расстройство личности!

– Жим от груди, живо!

С меня сошло семь потов, и я чуть не уронила штангу на свой неполный третий. Интересно, а какой обмен веществ у норнов: толстеют ли они? Точно ли мне нужно потеть в этой тренажерке самодельной? О том, что я якобы становлюсь сильнее, не думалось. Я же не буду в рукопашную с кем-то сходиться? Ведь не буду же?.. И что значило это его «в бою»? С кем бой-то?

– Знаешь, почему здесь нет дисков и гантель? – неожиданно спросил Деон, навесив мне на гриф еще по камню. Он что издевается? – Эти вещи чужеродны. Они нарушают баланс. Подвластные миры развиваются в соответствии с написанной судьбой, а Верховный – самобытен. Они все узнали от нас, но люди – существа, способные на полет фантазии. Я подарил им опиум, а они чего только не придумали.

– Уж явно не без вашего участия, – выдохнула я и запищала. Все, больше не могу. Мой третий размер раздавлен!

Деон с легкостью поднял штангу, а на меня посмотрел обреченно. Да, я девочка и горжусь этим!

– Ты так и не объяснила, какого ящера я битый час ждал тебя? – вдруг поинтересовался Деон. Ну и перемены настроения. Аки девица!

– Я не могла найти вас, Темнейший.

– Что значит «не могла»? Ты должна была трансгрессировать за печатью.

– Я не умею, – призналась я.

Деон посмотрел на меня так, словно я сказала, что не умею думать. Как на дебилку, в общем.

– Как часто ты тренировалась, как концентрировалась?

– А-аа… – вот тут я поняла, что сплоховала. – Я не пробовала, я просто…

– Ты не пробовала?! – издевательски переспросил Деон. – Ты безнадежна, полукровка. Ты далеко не первая, кого я тренировал, но самая никчемная! – уничтожающе заключил он.

А вот это уже обидно.

– Пробуй! – рявкнул Деон.

Господи, он взрывался, нет, извергался, как вулкан. Только вместо лавы – чистая ярость!

– Алерно! – крикнула я и меня подхватило. Следующий вздох не был наполнен запахом сандала – я была уже не в зале. А где? Жарковато…

– Полукровка, – услышала я, оборачиваясь, – нужно концентрироваться на месте, куда хочешь попасть. – Деон выглядел довольным.

– А мы где?

Я огляделась: какая-то пещера без «потолка», а еще очень жарко и дым под ногами. Это что?..

– Интересно, о чем ты думала раз переместилась в жерло вулкана? – лениво поинтересовался Деон.

– Он что, извергаться собрался?! – истерически закричала я, когда рядом что-то булькнуло. Магма! Мать вашу, магма!

– Да, – неторопливо ответил Темнейший. – Ты не ответила.

– О вас думала! Думала, какой характер у вас отвратительный. Взрываетесь без повода и без предупреждения! Как вулкан!

Деон подошел ко мне вплотную, закрывая собой темно-синее небо. Ему тоже было жарко – бисеринки пота собрались на лбу и над изогнутой в форме лука верхней губой. Мне пришлось отступить, чтобы видеть сверкающие изумрудные глаза, и чтобы не катать на языке аромат сандала и терпкий запах мужчины. Все-таки дьявольски красивые мужчины – опасны. А Деон – сам дьявол, только называют его Темнейший.

– Когда у вас задания в мире людей? – неожиданно спросил он.

– На следующей практике.

Это он к чему?

– Сейчас!

Деон сделал круг в воздухе и резко толкнул меня в портал. Вихрь закружил меня и выкинул на родной Земле…