Часть третья. Магический надзор · Глава первая

– Криста, вставай!

Я промычала что-то невнятное и накрылась подушкой, лишь бы не слышать заунывный голос отца, который пытался меня разбудить.

– Криста, дело уже к полудню. Ты сегодня вообще думаешь просыпаться?

В голове сонно толкались мутные мысли. Я то проваливалась в дрему, то опять просыпалась, чтобы через мгновение опять провалиться в сладкое ничто, где не было никаких проблем.

Что-то случилось накануне.

И меня опять закачало на волнах забытья.

– Криста, ты, случаем, не заболела?

Я почувствовала прохладное прикосновение чьей-то ладони к моему лбу. Неимоверным усилием воли распахнула глаза.

Отец ласково улыбнулся мне. Он сидел на краешке моей постели – в домашнем парчовом халате и чисто умытый.

– Я, конечно, понимаю, что сегодня воскресенье, – проговорил он. – Но ты побила все свои рекорды по сну. Опять, наверное, до рассвета какую-нибудь книжку читала?

Книжку…

Это слово вызывало почему-то заставило меня заволноваться. Я нахмурилась, отчаянно пытаясь припомнить события прошлого вечера.

Вот я возвращаюсь после проваленного экзамена. Вот разговариваю с отцом. А что было дальше?

– Я приготовил твои любимые блинчики с клубничным варением. – Отец погладил меня по волосам и встал. – Сейчас сварю горячего шоколада. – Замялся на мгновение, после чего осторожно спросил: – Надеюсь, ты больше не расстраиваешься?

– Ты про экзамен? – спросила я и тут же продолжила, не дожидаясь ответа: – Нет, все в порядке. Это было ожидаемо. Если бы я его сдала – то у многих бы возникли закономерные вопросы. Нельзя стать ведьмой без метки.

И широко распахнула глаза, осознав, что только что сказала.

Воспоминания нахлынули лавиной. Новое появление Шейна, проведенный ритуал, Мрак на спинке кресла…

Демоны, неужели все это было на самом деле? Или приснилось мне?

– Я жду тебя на кухне, – проговорил отец, вряд ли догадываясь, какая буря эмоций во мне только что разыгралась. – И поторопись, если не хочешь есть и пить остывшее.

После чего развернулся и вышел, не забыв прикрыть за собой дверь.

В то же мгновение я слетела с кровати. Подскочила к зеркалу и приспустила бретельки ночной рубашки.

На правом плече стояла метка. Самая настоящая ведьминская метка. Причем выглядела она полностью зарубцевавшейся, как будто получила я ее много лет назад.

Я недоверчиво погладила метку. Прикрыла глаза, сосредотачиваясь.

И сила послушно хлынула в меня. Щелчок пальцев – и запылала свеча, стоявшая на туалетном столике. Щелчок – и она погасла. Щелчок – и взмыла в воздух подушка. Щелчок – и одеяло само расправилось после сна.

– Обалдеть, – восхищенно пробормотала я. Подумала немного и тихонько позвала: – Мрак, ты здесь?

– А где еще мне быть?

В отражении зеркала я увидела, как паук материализовался у меня на плече. Вздрогнула от неожиданности, но тут же успокоилась.

Удивительно, я совершенно не ощущала его тяжести. Но при этом чувствовала исходящее от фамильяра приятное тепло.

– Я теперь настоящая ведьма, правда?

– А что, у тебя были какие-то сомнения в этом? – с насмешкой отозвался Мрак. – Кристабелла Петерсон, твой дар проснулся. Но мой тебе совет: не высовывайся.

– В смысле? – переспросила я.

– В прямом. – Мрак скептически хмыкнул. – Знаешь, у многих возникнет закономерный вопрос: каким именно образом ты обзавелась меткой. Боюсь, ответ на него никому не понравится.

– Но я хотела пойти к госпоже Рии Леммор, – растерянно проговорила я. – Думаю, она бы в порядке исключения разрешила мне еще раз пройти вступительное испытание для поступления в грегскую ведьминскую школу.

– Ага, разрешила бы, – ядовито фыркнул Мрак. – Куда скорее ты угодила бы на допрос: каким образом получила метку. Кристабелла, не будь дурочкой. Весь Вильмор знает, что мать не успела передать тебе дар. Поверь, когда про твою пробудившуюся силу узнает – проблем ты не оберешься.

Я задумчиво сдвинула брови.

А ведь и впрямь. Расспросов не избежать. Демоны! Я думала, мои проблемы с пробуждением силы закончатся. А выходит, они только начались.

– И что мне делать? – спросила я.

– Сначала позавтракай, – посоветовал мне Мрак. – Нельзя, чтобы твой отец заподозрил неладное. Только платье с длинным рукавом не забудь надеть. А потом подумаем.

После чего с легким хлопком исчез.

И я послушалась фамильяра. Благо, что отец торопился в книжную лавку разбирать очередной воскресный приход газет, журналов и прочих еженедельных поступлений, поэтому не обратил внимания на мой отсутствующий вид и загадочное отсутствие аппетита. Быстро чмокнул меня на прощание и помчался по делам, пожелав хорошего дня.

Я через силу запихнула в себя один блинчик. Спешно прожевала и проглотила, почти не почувствовав вкуса. После чего сама выскочила из дома, стремглав рванув в лавку.

– Какое убожество, – раздалось ехидное, едва только я пересекла порог.

И Мрак материализовался на столе с плитой. Пробежался по нему, с любопытством заглянул в котел и опять посмотрел на меня, насмешливо посверкивая зелеными глазами.

– Почему это? – искренне возмутилась я столь нелицеприятному определению. – По-моему, тут очень мило.

– Мило? – с сарказмом переспросил Мрак. – Деточка, ты когда тут убиралась в последний раз? Почему стол такой липкий, а котелок такой закопченный?

Не в бровь, а в глаз, что называется. И впрямь, после последней попытки приготовить зелье, закончившейся взрывом банки, руки до нормальной уборки у меня так и не дошли. Только осколки подмела да сняла изорванную занавеску.

– Ну… – смущенно протянула я. – Все как-то руки не доходили. Столько всего случилось за последнее время!

– Рабочее место ведьмы должно быть абсолютно чистым, – раздраженно фыркнул Мрак. – Это аксиома. Главнейшее правило. После любого приготовления зелья, какой бы уставшей ты ни была, первым делом наводишь порядок.

Я пристыженно промолчала, целиком и полностью согласная с Мраком.

– Так, а это что?

И Мрак черной тенью скользнул к полкам. Зашуршал там, переставляя банки с ингредиентами.

Я настороженно следила за его действиями, уже предчувствуя, что без новой выволочки не обойдется.

– Безобразие! – как и следовало ожидать, почти сразу прозвучало возмущенное с самой верхней полки. – Деточка, пороть тебя надобно за такое отношение к зельеварению. Тут же все на выброс!

– Почему? – обиженно спросила я. – Это досталось мне еще от матери…

– Вот именно. – Мрак одним прыжком перемахнул на стол посередине комнаты. Зло фыркнул: – Твоя мать умерла двадцать лет назад! Все травы, что тут есть, заготавливала она. Все составные части снадобий закупала тоже она. Сейчас это все пыльная рухлядь, которая принесет один вред, а не пользу. Не удивлюсь, если ты уже кого-нибудь отравила по незнанию.

– Э-э… вообще-то, нет, – неохотно призналась я. – Мои соседи никогда не использовали мои зелья по прямому назначению.

– Мудрые люди, – одобрительно заявил Мрак. – Тем самым они спасли себе жизни.

– Зато у меня неплохо получилось средство от тараканов, – совсем тихо шепнула я.

Просто так, чтобы хоть немного подбодрить себя. Не такая я уж и растяпа. Хоть что-то у меня выходит.

– Средство от тараканов, говоришь, – задумчиво протянул Мрак. – Неудивительно, вообще-то. – Помолчал немного и вдруг заявил: – В общем, зельеварение – точно не твое. Придется избавиться от всего здесь.

– К-как? – Я так поразилась столь суровому решению, что даже начала заикаться. – П-почему?

– Потому, – сказал, как отрезал, Мрак.

Я с вызовом скрестила на груди руки. Вот ведь… нехорошее создание! Я его меньше суток знаю, а он уже командует мною. И вообще, по-моему, это фамильяры должны подчиняться ведьмам, а не наоборот.

– Когда докажешь, что умеешь правильно использовать дар, – тогда и начну подчиняться, – огрызнулся Мрак. – К тому же, сдались тебе эти зелья. Зачем ты вообще тратила время на них, если с самого начала было понятно, что тебе это не дано?

– Потому что моя мама этим занималась, – честно призналась я. – И потом, все ведьмы это делают.

– Не обобщай, – фыркнул Мрак. – Не все. И уж тебе этим точно нельзя заниматься.

– Но почему? – взвыла я в полный голос, утомленная его категоричностью.

Никогда бы не подумала, что моим фамильяром окажется настолько противное создание. Только и знает, что обижает меня и командует. Хоть бы до объяснений каких-нибудь снизошел.

– Кристабелла, целебные отвары способны создавать не только ведьмы, – с тяжелым вздохом проговорил Мрак, видимо, осознав, что иначе я от него все равно не отстану. – Даже знахарки без капли магии в крови это могут. Главное: правильно подобрать травы. Но у тебя за все эти годы не получилось сделать ничего приемлемого или даже безопасного. Согласись, что дело тут не в отсутствии метки.

– А в чем же тогда? – обескураженно спросила я.

Не хочется признавать, но он прав. Я об этом никогда не задумывалась, но в Трибаде достаточно людей, которые вполне успешно лечат без использования заклинаний.

– Дело в том, что у тебя нет дара целительства в принципе! – воскликнул Мрак, утомленный моей недогадливостью. – Не было до обретения метки и уж тем более не будет после. Ты принадлежишь роду Петерсонов. Твоя бабушка была темной ведьмой, которая увлекалась запретными чарами. Нравится тебе или нет, но направленность твоей силы носит отрицательный характер. Поэтому лекарство ты сделать не сможешь. В лучшем случае создашь что-нибудь бесполезное.

Я с размаха бухнулась на стул, который протяжно заскрипел от такого поступка, но выдержал. Насупилась, скрестив на груди руки.

Слова Мрака прозвучали разумно, но от этого более приятными они не стали. Демоны! А я уж навоображала, как стану известной целительницей, слава о которой пройдет по всему Грегу.

– Но у меня же получилось средство от тараканов, – буркнула себе под нос в слабой попытке утешить донельзя уязвленное самолюбие.

– Правильно, – сказал Мрак. – Даже более скажу. Любой яд у тебя получится без особых проблем. Но я не думаю, что власти одобрят подобный способ заработка. А на отраве от тараканов и крыс много не заработаешь.

Я понурилась. Обвела печальным взором лавку.

Столько лет трудилась, а в итоге придется начинать заново.

– Чем же мне тогда зарабатывать на жизнь? – спросила чуть слышно.

– Начни с уборки, – серьезно посоветовал Мрак. – Монотонная физическая деятельность позволяет успокоиться и упорядочить мысли. Дальше подумаем вместе.

Я встала и сделала шаг по направлению к углу, где хранилось ведро, швабра и метла. Но тут же замерла, осененная гениальной идеей.

А зачем, собственно, марать руки и напрягаться, если в моем распоряжении теперь магия? Стоит мне только захотеть – и все здесь будет сиять от чистоты без малейшего усилия с моей стороны.

И я широко развела руки в стороны, готовая создать чары. Мне просто надо захотеть, чтобы в лавке не осталось ничего постороннего…

– Нет, Кристабелла, не смей! – вдруг переполошился Мрак. – Не делай это…

Поздно. С кончиков моих пальцев уже сорвались жгучие искры заклинания. Я довольно усмехнулась, готовая увидеть, как все здесь начнет преображаться.

Улыбка тут же превратилась в болезненный оскал. Искры упали на пол, на стол, на плиту – и по дереву поползли первые лепестки пламени. Робкое, поначалу несмелое, оно с каждым мигом набирало мощь. Секунда, другая – и огонь взмыл до самого потолка, а я попятилась от нестерпимого жара, пахнувшего в лицо.

– Беги! – прошипел Мрак, перемахнув на мое плечо. Отчаянно закричал, пересиливая рев пожара. – Кристабелла, беги!

– Но потушить… – растерянно пробормотала я. – Надо воды.

И вскрикнула, когда Мрак без особых церемоний куснул меня за мочку.

– Дурында, колдовской огонь не потушить водой, – фыркнул он мне в ухо. – Давай, руки в ноги и вперед отсюда!

И я послушалась. Развернулась и выскочила прочь. Отбежала подальше от лавки, обернулась и круглыми от ужаса глазами уставилась на зрелище бедствия.

Удивительно, как быстро сгорала моя лавка. И еще страннее то, что при этом не было дыма и почти не было шума. Бесцветное на ярком солнечном свете пламя танцевало уже на крыше. А затем стены рухнули внутрь. Самое ужасное – что и это произошло беззвучно.

Я на всякий случай ущипнула себя за локоть, надеясь, что вижу сон. Но нет. Все происходило наяву. За считанные минуты лавка исчезла, не оставив после себя ни золы, ни пепла. Как будто ее слизнуло языком неведомое чудовище.

– Обалдеть, – потрясенно прошептала я.

В глазах противно защипало от подступивших слез. Я не верила, не могла поверить, что моя любимая лавка, мое наследство от матери, только что на моих глазах была уничтожена. И уничтожена мною же по досадной оплошности.

– Впечатляет, – раздалось позади негромкое.

Мрак, все еще сидящий на моем плече, приглушенно выругался и с тонким протяжным свистом исчез.

Я обернулась и с удивлением увидела перед собой незнакомого мужчину. Высокий, светловолосый, в черных штанах и в камзоле с неяркой серебряной вышивкой по лацканам, он стоял и с интересом разглядывал место, где совсем недавно стояла лавка. Затем шагнул вперед, присел на корточки и прикоснулся пальцами к земле, где всего пару минут назад было крыльцо лавки. Замер так на пару секунд, после чего выпрямился и добавил:

– Очень впечатляет.

Внимательно посмотрел на меня, и я почему-то попятилась.

Нет, мужчина не выглядел угрожающим. Скорее, его внешность можно было назвать даже приятной. Стального цвета глаза смотрели прямо и серьезно, в уголках рта вибрировала слабая улыбка. Но при этом мельчайшие волоски на моем теле внезапно встали дыбом, как будто предупреждая о смертельной опасности.

Чем дольше длилась эта пауза, тем тревожнее на душе у меня становилось. Хотелось развернуться и стремглав умчаться прочь, пока не произошло чего-нибудь по-настоящему страшного.

– А вы, собственно, кто такой? – наконец, осмелилась я первой оборвать затянувшееся молчание. Кашлянула и продолжила чуть тверже: – И что вы тут делаете?

– Как понимаю, вы Кристабелла Петерсон, – утвердительно проговорил незнакомец, проигнорировав мои вопросы. – И вы внучка Ивы Петерсон.

И опять неприятные мурашки галопом пробежали по моему позвоночнику.

Интересно, почему он так акцентировал внимание на то, кем была моя бабушка?

– А еще я дочь Аманды Петерсон, – на всякий случай уточнила я. – И Эдварда Петерсона.

– Я в курсе, – заверил меня незнакомец. Кинул быстрый взгляд через плечо на пустое пространство, где буквально несколько минут высилась лавка, перевел его на меня и многозначительно изогнул бровь, как будто предлагая рассказать о причинах произошедшей катастрофы.

Я громко засопела, почувствовав, как к глазам опять приливают слезы.

Криста, дурная твоя голова! Как, ну как ты могла такое натворить? А ведь хотела сделать как лучше!

– Вы ничего не хотите мне объяснить? – медовым голосом осведомился блондин.

– А должна? – огрызнулась я. – Господин, уж не знаю вашего имени, вам не кажется, что это не ваше дело? Шли мимо – вот и идите дальше.

И осеклась, осознав, насколько грубо это прозвучало.

Однако вопреки моим опасениям мужчина не рассердился. Напротив, улыбнулся чуть шире, а на дне зрачков запрыгали озорные искорки.

– Ошибаетесь, – протянул насмешливо. – Это как раз мое дело, Кристабелла Петерсон.

После чего ловким движением вытащил из-за ворота рубахи медальон.

– Ох, демоны! – выдохнула я с настоящим отчаянием, увидев перед собой знак, знакомый любой ведьме Трибада.

Круг, перечеркнутый молнией. Передо мной же один из представителей магического надзора!

– Ингмар Вейн к вашим услугам, – добавил блондин, и мне окончательно поплохело.

Другими словами, передо мной не абы кто, а сам руководитель магического надзора.

– Что вы вообще забыли в этой глуши? – невольно вырвалось у меня с досадой.

– О, вижу, что вы слышали обо мне. – Мужчина с нескрываемым самодовольством кивнул. – Стало быть, говорить не надо, кто я.

– Не надо, – уныло подтвердила я. – Шейн мне сказал, что рано или поздно мне придется с вами встретиться. Но я не думала, что это произойдет так быстро.

Неосторожно глянула на Ингмара – и торопливо прикусила себе язык. По-моему, я что-то не то ляпнула.

Улыбка еще играла на губах Ингмара, но вместо смешинок на дне зрачков заворочалась тревожная тень.

– Вы знакомы с Шейном, – с какой-то странной интонацией протянул он. – Забавно.

Прозвучало это спокойно и без нажима, но мне вдруг почудилась легкая нотка обвинения в его тоне.

– Между прочим, он тоже работает в магическом надзоре, – затараторила я, словно силясь оправдаться. – И…

– Госпожа Петерсон, не переживайте, – чуть поморщившись, перебил меня Ингмар. – Вы обязательно расскажете мне все о ваших взаимоотношениях с Шейном. Но не здесь. Разговор явно выдастся долгим и утомительным.

И опять мне послышалась нотка угрозы в его голосе.

Я тоскливо вздохнула и понурилась, уже понимая, что крупно вляпалась в очередные неприятности.