Глава 8
Программист закатил глаза и мешком осел на диван. Ему явно требовалось время, чтобы хотя бы немного успокоиться и подыскать нужные слова:
– Наш главный бухгалтер, Зоя Михайловна, допасьянсилась до того, что больничный сервер, не выдержав такого издевательства, глюканул. Его пришлось принудительно перегружать. Вся база данных, включая первичные документы, проводки и отчёты за полгода восстановлению не подлежат. Главврач, Денис Ярославович, отстранил её от компьютерной техники до особого распоряжения. Фурия рвёт и мечет, но нашего начальника не прошибут вопли скандальной бабёнки. Он прошёл полевые госпитали Афгана и Чечни. Там были очень кровопролитные военные действия. Он, по идее, уже мог бы на пенсии быть, но его попросили возглавить наш поликлинический комплекс. Я бы на его месте послал всех на хутор. Одна наша бухгалтерия кого угодно в гроб загонит и лично крышку гвоздями заколотит. Эти бабёнки почище любой фэнтезийной нежити будут. Я тебе объясню, что к чему. Помоги мне, пожалуйста. С Зоей Михайловной вообще не разговаривай. Она очень зла на начальство. Меня не тронет, но отыграться попытается на тебе. Денис Ярославович неофициально постановил, что наша переработка будет оплачиваться из её зарплаты.
– Я помогу, Дюша, если смогу. Я никогда не работала в таких программах…
– Не трусь, если Машка осилила, то тебе бояться нечего. Сейчас по домам. Бери всё, что можно слопать без готовки. Чайник я прихвачу, как и чай и кофе. Зайду за тобой минут через десять. Мы должны успеть восстановить всё. В конце месяца приедет плановая комиссия из Министерства Здравоохранения. Я буду отбегать. Тебя запру снаружи. Иначе мегера может спецом нагадить. Затереть что-нибудь или часть документов спрятать. Пароль свой давать не хотела, пока Полина Андреевна не позвонила главврачу. Тот пригрозил ей увольнением по статье «Несоответствие занимаемой должности»… Так что переходим на осадное положение… Бандита отнеси пока к Степаниде Карловне. Нам ни до чего дела не будет, кроме работы. Пошли.
Лира входила в бухгалтерию, подобравшись как дикий зверёк, почуявший охотничьих собак. Андрей крепко держал её за руку и пёр как бульдозер по бездорожью под злыми взглядами работающих тут женщин.
«Как сильно они напоминают Дагмару и ведьм из её Круга. Дюша им помогает. Освободил их от такой каторги, а они ещё и гарпиями смотрят… Скорее бы оказаться за запертой дверью. Хорошо, что заранее предупредил, а то бы я испытала чересчур сильный шок… Они прямо сочатся злобой и ненавистью… Эхх, где ж мои любимые амулеты, изготовленные зеленоглазыми эльфийками? Нам бы они сейчас совсем не помешали. Боюсь, работать здесь будет пыткой», – с содроганием подумала ведьмочка.
Пухлая, высокая, моложавая брюнетка, окинув девушку неприязненным взглядом, почти прошипела:
– Андрюшенька, вы совсем стыд потеряли? Мало вам местных девок, вы ещё одну шлюшку притащили… – в почти чёрных глазах читалось злорадство.
– Скромнее надо быть, Зоя Михайловна. Я вам сколько раз говорил, что нельзя играть в навороченный пасьянс при незакрытой программе? И нечего тут изображать оскорблённую невинность. В компьютере есть такая прекрасная вещь, как история. И, сделайте одолжение, не меряйте всех девушек вашей Машей. Меня такие экземпляры женского пола не привлекают. Слишком уж лёгкого поведения девица, блондинка, да ещё и глупа, как пробка, – программист сознательно пошёл на конфликт, чтобы вредная баба не докопалась до его подчинённой.
– Лишний раз убедилась, что у вас нет вкуса, Андрюшенька.
– Да уж куда мне до вас и Марии… – процедил тот в ответ и скрылся за дверью. – Старая жаба, – в сердцах выругался он. – Напрасно её не уволили…
– Успокойся, Дюша. Такие, как она и ведьма-чернокнижница Дагмара, есть в любом мире. Давай не будем обращать на склочную бабу внимания и постараемся поскорее закончить эту мерзкую работу.
– Ты права Лирусик, но какое право она имеет обзывать тебя легкодоступной девицей? За племянницей и дочерьми пусть лучше смотрит. Эта троица хуже суккубов! Никому проходу не даёт.
Программа оказалась очень простой. Лира шустро вбивала цифры в нужные окна и поражалась, какая кипа бумаг громоздилась в коробках на полу. Спину с непривычки ломило так, что перед глазами уже вовсю порхали чёрные мухи. Истошно заверещал мобильный телефон Андрея.
– Лирусик, меня главврач просил зайти. Какие-то ещё документы забрать. Она и часть базы нормативных актов навернула, дура безмозглая, – в сердцах пнул ботинком ни в чём не повинную коробку программист. – Хорошо ещё, что заносить придётся данные только за три дня на этой неделе. Я сейчас уйду. Никому, кроме меня, не открывай.
– Хорошо, Дюша. Постарайся вернуться побыстрее. Мне очень страшно оставаться за тонкой дверью с этими мегерами.
– Даже к двери не подходи. Щеколду на всякий случай задвинь. Вдруг у гарпий есть запасной ключ. Сиди и спокойно работай. Я тебе сейчас покажу, как радио включить. Тогда будет не так скучно. И, сделай одолжение, время от времени вставай из-за стола, чтобы пройтись. Иначе завтра вообще с кровати не поднимешься.
Программист с удовольствием чмокнул девушку в макушку, обнял за плечи и выскользнул в соседнюю комнату. Ободряюще проскрежетал проворачиваемый в замочной скважине ключ. Лира последовала доброму совету начальства. Она сразу же защёлкнула щеколду, чуть походила по небольшому помещению и снова вернулась к ненавистным бумажкам.
После того, как Дюша ушёл, сначала послышались осторожные шаги за дверью. Потом в замочной скважине провернули ключ. Через вздох ручка повернулась, но, естественно, дверь не открылась.
– Лирочка, мне нужно кое-что забрать, – раздался из соседнего помещения приторный голос Зои Михайловны.
«Чего это мегера тут забыла? Не нравится мне всё это, ой, не нравится. Скорее б магистр Валидатор вернулся. Если эта коза душная думает, что я ей открою, то она даже ещё большая дура, чем кажется на первый взгляд, – подумала девушка и распаковала очередную коробку и вытащила ещё бумаги. – Это нам ещё крупно повезло, что не все записи затёрло. Может быть, за два-три дня и осилим. Не хотелось бы торчать в этом змеином гнезде слишком долго. Боюсь, с мегерой будет чересчур много проблем… Что-то она темнит… Интересно, насколько силён проступок, раз она решилась на нарушение распоряжения главврача?
Лира опустошила очередную коробку и увидела на дне две тетради в неприметных обложках из потрёпанного серого картона:
– Это ещё что за гримуары? До сих пор в бухгалтерии не видела ни одного рукописного текста. Всё распечатано на принтере. Как странно… – едва слышно пробормотала она себе под нос, чтобы никто не пронюхал о страшном открытии.
Девушка не отзывалась, игнорируя незваную гостью. Она пробежала глазами по первым страницам записей: «Ничего не понимаю, но это что-то, противоречащее местным законам. Иначе с чего мегера так рвётся вернуть эти талмуды? Сделаю вид, что увлеклась работой и не слышу её воплей. Тетради пока спрячу между уже обработанными коробками. Ведьминское чутьё мне ещё ни разу не отказывало. Тут пахнет жареным на стадии подгорания…»
За дверью бушевало цунами по имени Зоя Михайловна. Она с такой яростью атаковала дверь, что дерево испуганно поскрипывало.
– Немедленно впусти меня, маленькая шлюшка! Думаешь, если, в отличие от Марии, сумела обольстить этого скомороха, то тебе всё можно? Впусти, я сказала! Мне нужны мои вещи, которые я забыла забрать из тумбочки, – некогда приятный и глубокий голос сорвался на истерический визг.
Лира сделала музыку чуть громче и вернулась к прерванному занятию. Когда вопли за дверью стали граничить с ультразвуком, она просто зажала уши ладонями и терпеливо переждала неприятную атаку.
Потом старательно набрала в браузере: сильное «слабительное». «Не я первая затеяла свару, – мстительно подумала ведьмочка. – Сейчас узнаю пару названий чудесного зелья и попрошу у медсестры Лины дать мне упаковку средства. Скажу, что от сухомятки запор начался. Вы не с той связались, Зоя Михайловна. Я никому не позволю так бессовестно клеветать на меня и при этом ещё и в открытую хамить. Но это позже. Попрошу Дюшу проводить меня в её кабинет».
Андрей, увидев рвущуюся напролом главную бухгалтершу, в бешенстве заорал, оттаскивая женщину от двери:
– Зоя Михайловна, обратитесь со своей просьбой к главврачу. Не велено никого туда пускать, кроме Лиры. Я дорожу своим местом. Поэтому прекратите скандалить. Ничего у вас не получится.
– И что ты нашёл в этой рыжеволосой гулящей девке? – выдала гневную тираду возмущённая до глубины души женщина.
Она не привыкла к отказам и явно собиралась закатить грандиозный скандал.
Программист пожал плечами, достал мобильный телефон и нажал на кнопку быстрого вызова:
– Денис Аркадьевич, как вы и предупреждали, с главбухом возникли проблемы. Она пыталась силой проникнуть в помещение с документами. У неё был запасной ключ от замка. Правда, ничего не вышло. Щеколда устояла перёд натиском. Лире я запретил открывать дверь кому-то, кроме меня. Да, Денис Аркадьевич, сейчас я передам ей трубку.
Зоя Михайловна бросила такой взгляд на программиста, что стало ясно, они переведены в разряд злейших врагов. Их с помощницей будут медленно и с особой жестокостью выживать из коллектива. Желательно, чтобы ещё и под статью удалось подвести.
– Слушаю вас, Денис Аркадьевич. Да, сейчас прихвачу накладные и реестр и буду у вас, – швырнув трубку в лицо молодому человеку, она злобно прошипела. – Радуйся, пока ещё можешь. Недолго тебе осталось тут работать, сопляк. Только сначала я подведу под статью твою наглую шлюху…
– Зоя Михайловна, я не советую вам со мной ссориться. По условиям контракта, я могу не заниматься бухгалтерскими заморочками. Для этого есть узкоспециализированные конторы и статья «Расходы на ведение бухгалтерии» в бюджете поликлинического комплекса. Тронете Лиру, и я дам послушать наш милый разговор Денису Аркадьевичу. После того, как Машка пыталась меня шантажировать, чтобы затащить в постель, мой верный диктофон всегда на посту. Поторопитесь, иначе пополните свой список провинностей перед начальством ещё и хроническими опозданиями и халатным отношением к работе.
– Ты ещё горько пожалеешь, сопляк, что связался со мной…
– Вы глубоко заблуждаетесь, уважаемая… Удачного вам дня.
Когда мегера, наконец, убралась восвояси, с полыхающими от гнева щеками и трясущимися руками, блондин устало привалился лбом к прохладной поверхности двери и негромко позвал:
– Лирусик, открывай скорее. Зоя Михайловна, наконец-то, покинула нас.
Девушка быстро отодвинула щеколду, впуская программиста внутрь, и вновь запёрлась.
– Дюша, я, кажется, нашла те два гримуара, что нужны старшей ведьме. Перепрятала их на всякий случай. Она их хранила на самом дне в коробке со старыми папками.
– Показывай, – шумно выдохнул программист, прикидывая, во что они только что вляпались по самое не могу.
Пролистав несколько страниц, молодой человек с сожалением понял, что надо срочно избавляться от обеих тетрадей. Хранить их тут будет чересчур опасно.
– Лира, здесь записи о продаже дорогих и редких лекарств налево и оплата за внеочередные приёмы врачей и операции, дополнительное обслуживание и т.п. услуги. Естественно, всё мимо кассы и банковских счетов поликлиники.
– Это не должно вернуться обратно к мегере… И что нам делать?
– Лично тебе и мне ничего. Сейчас позвоню Денису Аркадьевичу и скажу, что не нашёл несколько важных руководящих документов. Напрямую о такой находке говорить нельзя. Кто знает этих гарпий? А вот когда тетради уплывут, пустим сюда Зою Михайловну и оставим её на время обеда. Мне кажется, именно из-за «проводок налево» главврач и запретил впускать сюда посторонних. Всё это не в нашей компетенции. Если никто посторонний не пронюхает, что мы в курсе, ничего страшнее распускания грязных сплетней нам не грозит, – программист набрал номер главврача и попросил помочь разрешить затруднительную ситуацию.
Под суровым взглядом Дениса Аркадьевича все гарпии подобрались и бурно изображали кипучую деятельность во славу родного учреждения. Когда дверь закрылась, а щеколда была задвинута, Дюша едва слышным шёпотом попросил начальство помочь разобраться с компроматом на главбуха.
– Именно это я и искал. Независимая проверка обнаружила грандиозные растраты. Они выяснили, что тут замешана бухгалтерия и ряд специалистов. Андрей, доделывайте поскорее с бумагами и выбирайтесь из этого гадюшника. К сожалению, многие избегут наказания. У Зои Михайловны чересчур уж волосатая лапа в Министерстве. Машку и дочерей она вытащит. Остальные получат по полной. Я сейчас приглашу главбуха. Сам побуду тут. Скажу, что ты передал мне её просьбу. Она подумает, что перепрятал кто-то из своих, и успокоится. Лира, принесите мне коробку, где тетради лежали, – главврач взял две тетради в защитных обложках и переодел их на вещественные доказательства, а замену вернул в тайник. Сверху в том же порядке легли папки-скоросшиватели.
– Пройдите, пожалуйста, Зинаида Михайловна. Я был сильно занят, но Андрей и Лира сказали мне, что вы тут какие-то нужные для работы документы забыли.
– Благодарю за понимание, – сладко пропела мегера.
Она приподняла папки, увидела две серые тетради и вышла, прихватив небольшую коробку с собой.
– Не вздумайте болтать и вмешиваться в это дело. Вы очень помогли, но не лезьте дальше это дерьмо… – торопливо попрощавшись, Денис Аркадьевич стремительно удалился, сжимая под мышкой две весёленькие канцелярские книги в ярких обложках.
– Денис Аркадьевич, со своими мегерами уж сами разбирайтесь. Они нас сожрут в один присест и не подавятся.
– Раз она получила свою коробку, то перестанет у вас под ногами путаться. Уже завтра после обеда к ней придёт следователь из прокуратуры. Зое Михайловне станет совсем не до интриг, а вот сплетни её кумушки уже знатные про вашу парочку распускают. Так что, советую ничему не удивляться… – и мужчина ушёл, унося с собой опасный для бухгалтерии компромат.
Андрей бросил всего дин взгляд на Лиру и не терпящим возражений голосом сказал:
– Так! Всё, отбой! Документы завтра доковыряем. Мы славно потрудились, можно и отдохнуть, – программист помог Лире подняться. – Сегодня и завтра никаких занятий. Ты и так совсем вымотана. И… Пожалуйста, что бы ты о себе не услышала, просто не обращай внимания. Если они заметят, что тебя ранят их сплетни, не отстанут никогда, а слухи будут ещё гаже и правдоподобнее…
– Хорошо, Дюша, – когда они вышли в коридор, чуткий слух ведьмочки уловил едва слышный плач, – Пошли, посмотрим, кого тут ещё допекли. Кто-то, судя по звукам, сейчас на грани истерики. Они осторожно пошли вперёд.
Оказалась, что плакала медсестра Лина, над которой громким шёпотом издевалась высокая и очень стройная платиновая блондинка с холодными серыми глазами:
– Чем ты можешь прельстить мужчину, Линка? Ты уродина, дура, совсем не умеешь одеваться и подать себя в обществе. Вырядилась тут! – оказалось, что на девушке была такая же блузка, как и на племяннице главбуха. – Немедленно сними это! Иначе я сделаю так, что тебя уволят по статье… – прошипела одна из штатных мегер и гордо удалилась под цокот высоких шпилек.
– Успокойся, не показывай ей, что тебе больно от её слов. Машка такая же сволочь и дура, как и тётка, – Дюша бросил на Лину сочувственный взгляд. – Не вздумай уступать этой шалаве! Эта сухая жердина ничего не сможет тебе сделать. Ты в подчинении у главврача и Полины Андреевны. Я, если надо, дам тебе диктофонную запись, – программист похлопал себя по карману джинсов. – Советую тебе завести такого же друга.
Шатенка ещё раз судорожно всхлипнула и немного успокоилась.