Глава 84. Слишком много правды

- Помоги мне с тортом? - произносит мама Арсения, когда мы вдвоем оказываемся с ней в коридоре. - Ничего ведь, что я на «ты» с тобой, Ксения? Не люблю все эти официозы.

- Конечно, - киваю я и иду за ней.

Мы оказываемся на кухне.

Наталья Сергеевна достает из холодильника большую коробку и ставит ее на стол. Когда крышка коробки открывается, я не в силах сдержать восхищение. Тихонько хлопаю в ладоши и охаю.

- Какой красивый торт!

Наталья Сергеевна улыбается и совсем неожиданно для меня спрашивает:

- Ты любишь моего сына, Ксения?

Мне даже сначала кажется, что послышалось. Настолько резкий переход от торта к Арсению.

Но по взгляду его мамы понимаю, что нет, не послышалось.

А что ей ответить, и не знаю. Перевожу взгляд на торт.

- Я смутила тебя, Ксения?

Смотрю на нее снова. Пожимаю плечами, не зная, какие слова подобрать.

- Я просто не хочу, чтобы моему сыну было опять больно, - вздыхает она, глядя мне в глаза. - Я вижу, как он смотрит на тебя, Ксения. И ты первая девушка, которую он привел знакомиться. Арсений очень ранимый, хотя и прячет это за броней самоуверенности. Я ведь еще тогда поняла, что все непросто так. Помнишь? У него в квартире?

Конечно, помню. И хотела бы забыть, да чувствую, что не дадут. Так же, как и про брюки. С памятью у родственников Арсения все нормально.

- Ладно, Ксения, - уже более расслабленным голосом и с улыбкой произносит Наталья Сергеевна, - что-то я совсем смутила тебя, - и она подходит и приобнимает меня за плечо. – Я хочу, чтобы Арсений был счастлив. И не только сейчас. Он очень хороший.

- Я знаю, - наконец, я решаюсь произнести хоть что-то. И это искренне.

Маме Арсения это явно нравится. Она улыбается.

Потом мы несем торт к гостям.

Арсений принимает его из рук мамы, ставит на стол и сразу же подходит ко мне.

- Все нормально? – шепчет на ухо.

Киваю. А еще мне ужасно хочется поцеловать его. Прямо сейчас. Обнять и поцеловать. Но стесняюсь. Все-так, тут все такие солидные. Поэтому просто сильнее прижимаюсь к нему и чувствую, как он целует меня в ухо. И я немного сжимаюсь от мурашек, которые тут же устремляются от места поцелуя по всему телу.

Спустя пару часов праздничный обед близится к завершению, потому что гости уже расходятся. И я тоже жду, когда мы пойдем.

Арсений прощается и мы уже почти идем на выход, как его окликает какой-то мужчина.

- Арсений! Погоди! Хотел кое-что спросить у тебя!

Арсений оборачивается и к нам подходит пожилой мужчина.

- У тебя прекрасная спутница, - улыбается мило, глядя на меня.

- Спасибо, Семен, - Арсений тоже улыбается.

- Арс, я хотел насчет ипподрома спросить, - произносит подошедший и я чувствую, как напрягается Арсений.

У меня и самой при упоминании ипподрома в голове словно щелчок. Мы же там преступление совершили. Ой, мамочки… А еще после этого совместного преступления…

- Ты Халифа на скачки в эти выходные выставишь? – мои мысли обрывает вопрос мужчины.

Халифа? Это же тот самый скакун. Стоп. Почему мужчина спрашивает Арсения про скачки и Халифа?

Слегка хмурюсь, но внимательно слежу за разговором.

- Семен… - слышу тихий голос Арсения.

- Знаю, что ты его бережешь, - не останавливается мужчина. – Твой любимчик. Но я бы…

- Семен, давай потом, а? – Арсений крепче обнимает меня за талию, а я складываю руки на груди и спрашиваю, сама понимая, что совершаю ошибку:

- А вы знаете Халифа?

Зачем?! Ну, вот, зачем?!

- Халифа?! – смеется мужчина. – Ксения! Этого скакуна знает вся Москва! Все, кто скачками интересуется! Арсений еще не рассказывал тебе, как увел его на аукционе у принца?

- Семен! – голос Арсения становится требовательным.

- А я бы послушала, - говорю я, не глядя на него, но прямо-таки чувствуя его обжигающий взгляд.

- Семен, извини, - Арсений как-то грубо прощается с мужчиной и тащит меня за собой. – Ксюш, я все объясню, - шепчет настойчиво и хочет взять меня за руку, но я убираю ее.

Отхожу от него на шаг. В глаза не смотрю.

В моей голове слишком много мыслей. Слишком много теорий. И слишком много выводов. И одна я с этим «слишком» не справлюсь. Но и с ним не хочу.

Он обманщик.

Эта мысль стучит отчетливее всех остальных.

- Ксюша, - строгим голосом произносит Арсений и шагает ко мне. – Не надумывай в своей красивой головке то, чего нет. Я все объясню. Ты должна меня выслушать. Слышишь? Посмотри, черт побери, на меня!

- Арсений! – это голос Николая Георгиевича.

Он бежит к нам, запыхавшись.

- Арсений! Давай быстрее! Поехали! – хватает его за рукав.

- Куда еще? – недовольно хмурится Арсений.

- За Костей! Мне позвонили… в общем, по дороге расскажу. Я этого паршивца! – и косится на меня. – До свидания, Ксения. Арсений приедет, как только мы кое с кем разберемся. Поехали! – и он хлопает его по плечу и опять убегает.

- Блять, - матерится тихо Арсений и качает головой. – Ксюш, - смотрит на меня строго, - езжай ко мне домой. Вот, ключи, и он кладет мне в руку ключи. Сгибает пальцы. – Слышишь? Ко мне домой. Приеду и поговорим. Ты поняла меня?

Молчу.

- Ксюша! – он чуть встряхивает меня за плечи. – Все не так, как ты себе там надумала! Слышишь? Да, Ксюша, блять!

- Арсений, ну ты идешь?! – окликает его дядя.

- Иди, Арсений, - не своим голосом говорю я. – Потом.

Он берет мое лицо в ладони, наклоняется и целует меня. Прямо в губы. Прямо при всех, получается.

- Езжай домой. Поняла? – шепчет мне в губы. – Все будет хорошо. Я тебя…

- Арсений! – снова дядя. Уже из машины.

- Тьфу, блять! Убью Костю! – матерится Арсений и, еще раз чмокнув меня, убегает прочь.