Глава 1 · Порнофильмы

Даша

Душно.

В столице в этом году стояло просто аномально жаркое лето, и даже ночью столбик термометра не опускался ниже двадцати пяти градусов по Цельсию. Балконную дверь открыли нараспашку, да и на мне были надеты одни лишь только трусики, но это почти не спасало — в воздухе будто бы стоял пар, как в бане. Всему виной был ливень, который прошел еще днем.

Я крутилась с бока на бок, но заснуть не могла, хотя моя подруга уже давно видела десятый сон и сладко посапывала, подложив ладошку под щеку. Хорошо ей, а я вот не на своей кровати вообще заснуть никогда не могла. А конкретно эта кровать являлась не просто чужой, она, во-первых, была занята нами обманом, а во-вторых, принадлежала даже не подруге, а мужчине или, если быть точнее, то брату моей подруги — Максу.

И не дай бог, если этот человек разнюхает, что мы из его гнезда ночлежку устроили. Хотя вряд ли, ведь Макс уже несколько лет не жил в стране и домой приезжал крайне редко. Я и сама видела его лично в последний раз лет семь или даже восемь тому назад.

Но все же зажмурилась, скрестила на всякий случай пальцы и прошептала в темному:

— Чур меня, чур, — затем глянула одним глазом на спящую Еву и добавила, — и ее тоже чур!

После этих нехитрых заклинаний я все-таки бросила бесплодные попытки усыпить собственный организм, а потому поднялась с кровати и накинула на себя футболку, заботливо выданную подругой. К слову, футболка тоже принадлежала уже упомянутому Максу. Но мне хоть и было стыдно эксплуатировать чужое, все же без данного предмета одежды я обойтись никак не могла. Ну не в одних же ажурных стрингах мне по холостяцкой берлоге расхаживать? Пустая берлога — да, но как-то не комильфо, что ли.

Оделась и потопала на балкон. Подошла к ограждению и взглянула с высоты пятнадцати этажей на никогда не спящую столицу, потонула мыслями в ее огнях, но почти тут же отвлеклась, услышав, как внизу дома с визгом притормозил автомобиль, а спустя еще пару минут из него выпрыгнула девица в алом платье и мужчина, который сразу же накинулся на свою спутницу с поцелуями, через спину, и уже не глядя, ставя машину на сигнализацию.

— Разврат! — фыркнула я и покачала головой, считая, что вот такое выражение страсти, да еще и на глазах у многочисленных ночных гуляк — это моветон.

А затем, выкидывая парочку из головы, вернулась в спальню и двинула прямиком на выход, чтобы спуститься на кухню и выпить немного освежающей воды со льдом. Пока спускалась со второго этажа на первый, завязала подол футболки на животе узлом и собрала резинкой волосы на макушке. Добралась до холодильника. Взяла пару кубиков льда. Один закинула в рот, вторым же принялась водить по шее, облегченно выдыхая.

Кайф!

— О! — улыбнулась от уха до уха и даже на месте от счастья подпрыгнула, глядя на широкий деревянный подоконник. — А вот и пульт от кондиционера! Ура!

А мы его с Евой битый час искали, когда сюда приехали пару часов назад.

Вот это удача!

Но стоило мне только взять в руки вожделенный переключатель, как я обмерла, забывая, как дышать. Глаза выпучила, и вся обратилась вслух, молясь всем богам, чтобы то, что я сейчас слышала, было галлюцинацией или плодом моих перегретых от жары мозгов.

Но нет. Секунды шли, а где-то за дверью этой квартиры все еще был отчетливо слышен женский смех и скрежет ключей в замочной скважине. И наряду с этими ужасными звуками сердце мое в груди заметалось как одержимое. В голове заухало вмиг подпрыгнувшее давление. Руки затряслись, ноги подкосились.

Ужас! Налицо — нервный срыв.

— Господи, за что? — с укором произнесла я, глядя в темные небеса, а затем заметалась, не зная, куда себя деть и что вообще делать.

Под стол сигануть и там закосить под табурет?

За шторой спрятаться? Блин, но в этой квартире их, как назло, не было!

Только было думала взлететь наверх и запереться в спальне, но момент был уже упущен: в прихожей все-таки распахнулась входная дверь, и определенно два человека ввалились внутрь.

Мужчина хриплым, но сухим и четким голосом отдал приказ:

— Платье сними.

Женщина же сладким елеем пропела ему в ответ:

— Как скажешь… — а спустя секунду добавила, очевидно, уже управившись с заданием, — нравится?

Капец!

Помогите!

Спасите!

Я не хочу в этом участвовать!

Но что делать? Усесться на барный стул и при их появлении весело прокричать «сюрприз!»? Или, может быть, в одних трусах и чужой футболке поинтересоваться, а что это они тут такое делают в столь неурочный час? Или может, вовсе врубить режим блондинки и разреветься?

А что, неплохо. Папа бы меня точно похвалил за стрессоустойчивость.

И только тут я поняла, что ситуация стала разворачиваться слишком стремительно, а нежданные «гости» буквально через пару мгновений уже появятся в гостиной. Я разглядела скрытую дверь на другом конце комнаты и рванула к ней со всех ног, держа в руках проклятый пульт от кондиционера и чуть подтаявший кубик льда.

Бесшумно открыла дверь, влетела в узкое и небольшое помещение, но закрыться не успела, боясь лишнего шума, так как парочка уже ввалилась в гостиную, падая на диван и страстно целуясь. Мне же только и оставалось, что замереть, не дыша, и в маленькую щелочку наблюдать за тем, как предположительно Макс Хан, брат моей лучшей подруги, целенаправленно раздевал свою спутницу, а потом и за себя принялся.

Сначала через голову одной рукой стянул футболку, оголяя идеально вылепленный пресс со всеми этими пресловутыми кубиками.

Затем неторопливо расстегнул ремень и ширинку на джинсах.

А дальше в одно движение снял их с себя вместе с нижним бельем.

Я тут же зажмурилась и отрицательно затрясла головой, не веря в то, что это все реальность, а не страшный сон.

Черт, черт, черт…

Ну и как мне теперь это все развидеть, скажите на милость?

— Боже, ты просто охрененный, — даже не произнесла, а простонала девица с дивана.

С ней не поспоришь. Хотя…

Что?

Да что я такое думаю вообще? Пф-ф-ф…

Подумаешь, кубики. Вон у нас в институте каждый второй то с кубиком, то с шариком ходит. А чего стоит команда по баскетболу? Там каждый второй этому Мистеру-Сними-Платье фору бы дал. И это я уже молчу про хоккеистов и пловцов.

— Ты мне сразу понравился. Ты знал? Я как увидела тебя в клубе, так тут же решила, что ты станешь моим, Макс. Ты же мой, да? Только мой…

Она слишком много болтает. Сейчас он ее заткнет.

— Заткнись.

Я же говорила.

— Возьми меня!

Я закрыла глаза и обреченно покачала головой. Черт, у меня же кукуха поедет от таких высокоинтеллектуальных разговоров. Давайте уже, господа, быстрее утоляйте свои низменные потребности и расходимся.

Я спать хочу, вообще-то!

Но господа расходиться побыстрее не планировали от слова «совсем». А я в отчаянии плюхнулась на пол под протяжный стон девицы, а затем зажала уши ладонями, но все равно слышала, как брат моей подруги делает свое грязное дело.

— Да! О, еще! Вот так, вот так! Трахай меня, Макс, трахай. О да… А-а-а! О-о-о! У-у-у! А-а-а!!!

И все это под аккомпанемент хлопающих и хлюпающих звуков одного тело о другое. Где-то посреди процесса я услышала отчетливый шлепок по заднице.

Бам!

— Ах! Как же ты хорош! Еще!!! Не останавливайся…

Застрелите меня!

Темп нарастал. Шлепки тел становились чаще. Девица уже в голос орала, как потерпевшая. Я даже решила, что ей поплохело и она удумала скончаться прямо здесь и сейчас. Разлепила глаза и сунула нос в маленькую щелку двери, но тут же отпрянула, ругая себя за необдуманный поступок.

И лучше бы мне не видеть то, что я узрела.

Потому что теперь девица стояла коленями на диване, с открытым ртом и закатившимися глазами, а Макс, будучи позади нее, накрутил ее волосы на кулак и до упора тянул их на себя, при этом на сумасшедшей скорости вколачиваясь в девушку и крепко прихватив второй рукой ее за задницу.

— О мой бог! О мой бог, я сейчас кончу, — поскуливала она, а я все слышала это бесконечное: «бам, бам, бам!»

Господи, разве уже не пора бы им было заканчивать? Сколько это продолжается? Двадцать минут? Тридцать? Вечность? Да у меня, между прочим, задница затекла сидеть в этой чертовой кладовке и не понимать за что над моей неокрепшей психикой так издеваются.

Я же маленькая еще.

Мне всего восемнадцать исполнилось пару месяцев тому назад.

Я же даже порно ни разу не смотрела. А тут нате — 3Д и со спецэффектами. А учитывая то, что диван находился от меня лишь в паре метров, так вообще с полным присутствием. И вот за что мне это все? За какие такие заслуги? Это Ева у предков ключи от этой квартиры нарезала, а не я. Почему мне одной приходится за этот жизненный промах расплачиваться, пока сама подруга сладко сопит в подушку?

Бам! Бам! Бам!

Кролики хреновы! Хватит уже, мозоли же будут!

Но кроликов было не остановить. Они продолжали свою бурную вакханалию и не планировали жать на тормоз. Хуже — божественный Мистер-Сними-Платье прямо так, за волосы, поволок свою партнершу к стене. И не к какой-нибудь там рандомной, а той, что была прямехонько рядом со мной.

А то мне мало бы печалей. Или я, можно подумать, плохо слышала, как там у них все стыкуется.

Ну не гады ли, а?

И снова понеслось.

— У-у-у! А-а-а! А-а-а! У-у-у!

Да-да, прям как в песне. Ну все, у меня точно мозг поплыл!

Открыла один глаз и глянула в щелку: стоят. Все еще шевелятся активно. Не устали. Между голой ступнёй Макса Хана и мной всего сантиметров двадцать, не более. Скользнула глазами выше — чуть не расплакалась.

Ну зачем? Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. А мне придется делать лоботомию, чтобы все это гадство выкинуть из головы.

Но и это было не все. Финальным аккордом этого марлезонского балета стал окончательный вынос моего многострадального мозга. Макс Хан все-таки закончил издеваться над вопящей во всё горло девицей и таки усадил ее на пол.

Я думала, что передохнуть.

Но нет.

Вообще нет.

Ни разу нет, понимаете!

Смотреть на это все я, конечно же, не стала. Вот только не слышать я не могла, а потому уловила все.

— Открой рот. Шире. Вот так… — протяжное шипение, короткое ругательство, облегченный вздох.

И блаженная тишина, из которой я сделала закономерный вывод, что после такого забега оба любовника пойдут в душ, а я незаметно прошмыгну наверх, спрячусь в спальне и постараюсь забыть все, что видела и слышала.

А завтра, прямо с утра пойду на прием к психоаналитику. И попрошу выписать себе забористую долю антидепрессантов. Да, отличный план!

Вот только и ему пришлось накрыться медным тазом, потому что Макс Хан не пошел в душ, лишь отправил туда свою отработанную пассию. А сам же удумал недоброе.

— Жарко-то как, черт побери. Сдохнуть можно.

У меня за ребрами кольнуло от слишком нехорошего предчувствия, и я даже на ноги подскочила, боясь того, что могло за всем этим последовать. И не зря.

— Где пульт от кондёра в этом гребаном доме? Всегда же лежал на подоконнике. Твою мать…

У меня сердце в пятки ушло, а тот самый пульт я прижала к груди и молилась, чтобы этот человек не кинулся искать его в эту подсобку. Прошу! Пожалуйста…

Но мои молитвы не были услышаны. А уже через несколько секунд мне вынесли приговор.

— В кладовке запасной же есть, точно.

Дверь передо мной резко распахнулась, а на ее пороге предстал сам Макс Хан, в чем мать родила, и смотрел на меня, как баран и на новые ворота. Ну или почти…

— Ну, нихуя себе…

Выдал сие. Оглядел меня с ног до головы. Задержал липкий взгляд на бедрах, трусиках и оголенном животе, мазнул по груди, которая вздымалась критически часто от шока, а затем протянул руку и забрал из моих дрожащих пальцев пульт.

— Дорогой, я готова повторить! — услышали мы оба писк девицы, вышедшей из душа.

А в следующий момент дверь перед моим носом с треском захлопнулась.

Что ж…

«Приятно» было познакомиться, Макс Хан.