Часть 4

Мередит и не представляла, что стала причиной беспокойства виконта. До вечера она провела время в своей комнате, пытаясь заснуть. Но стоило девушке закрыть глаза, как в памяти сразу же всплывали постыдные и оттого сладостные сцены ночного приключения. Кожа начинала гореть в тех местах, которых касался виконт. Вспомнив, где он целовал ее, Мередит выгнулась и прикусила губу, пытаясь сдержать стон. Тело пылало, а низ живота скручивало тугой пружиной. Больше всего на свете девушке хотелось продолжить то, что происходило ночью, вновь ощутить тяжесть мужского тела на себе, почувствовать, как твердая плоть входит в ее тело, увлекая за собой в безумном ритме.

Мередит уже не знала, правильно ли сделала, что убежала. Возможно, стоило остаться. Девушка не обольщалась. После того, что произошло, с ее происхождением и незначительным приданым, вряд ли Мередит могла рассчитывать на замужество. Но она вполне могла бы стать любовницей виконта. Говорили, он щедр с женщинами.

Понимая, что заснуть не удастся, Мередит встала, подошла к тазу для умывания, смочила полотенце и начала проводить им по коже, пытаясь не то смыть, не то воскресить страстные прикосновения Ривенкорта.

Тщетно! В раздражении Мередит отшвырнула полотенце и закружила по комнате.

Девушка ничуть не раскаивалась в содеянном, но вспоминать об этом, особенно о наслаждении, которое ей дал виконт, было невыносимо. Она вновь легла на узкую девичью кровать. Глаза слипались, но разум все еще был взбудоражен. Проворочавшись больше часа, девушка все-таки заснула.

Проснулась Мередит лишь под вечер, с трудом привела себя в порядок и вышла из спальни.

Все еще в расстроенных чувствах, девушка прошла в гостиную. Джон уже находился там. Сидел на диване и задумчиво смотрел на огонь. Вид у брата был словно у побитой собаки. Сердце Мередит сжалось от тоски. Всю жизнь она, родившаяся на десять минут раньше, оберегала брата, защищала его. И вот теперь…

– Милый, что случилось? – окликнула девушка, стараясь выглядеть беззаботной.

Джон вздрогнул, вскочил и устремился к сестре.

– Мер, я не смог! Не смог! – воскликнул он.

– Не смог что?

– Не смог сказать отцу. Я пришел к нему с твердым намерением признаться во всем, но сначала он спал, а за завтраком он начал говорить, что возлагает на меня надежды… знаешь в этой его обычной манере, и я… я не смог сказать, не смог разочаровать его!

Джон в отчаянии закрыл лицо руками. Мередит вздохнула и обняла брата, как всегда делала в детстве.

– Милый, ты поступил абсолютно правильно. Пока виконт не предъявил твою расписку, у нас есть время.

– Время для чего?

– Попытаться ее выкрасть. Что не удалось с первого раза, удастся со второго!

При мысли о том, что она вновь окажется в доме у виконта, сердце забилось сильнее, а губы моментально пересохли. Мередит украдкой облизала их, стараясь не выдать свое волнение.

– Нет! – Джон с ужасом посмотрел на сестру. – Мер, нет! Ты не пойдешь туда больше!

– Пойдешь куда? – мистер Бакстер возник на пороге. Высокий, седовласый, весь в черном. Он как никогда напомнил дочери карающего ангела. Судя по недовольно сжатым тонким губам, отец был явно не в духе. Девушка умоляюще взглянула на брата. Джон вздохнул и сделал шаг вперед, но Мередит его опередила:

– В парк. Я гуляла сегодня в парке и ко мне попытался пристать какой-то пьянчужка.

Она с силой наступила брату на ногу. Отец нахмурился.

– Ты не должна гулять одна по парку, Мередит! – назидательно начал он. – Я уже говорил тебе, что в городе нужно брать с собой Анну!

– Да, но у нее и так много дел! – возразила девушка.

Анна была единственной служанкой в доме. Она исполняла обязанности горничной, кухарки, а теперь и компаньонки Мередит, и девушка старалась лишний раз не беспокоить её. К тому же Анна была достаточно сварлива и могла вывести из себя даже святого.

– В любом случае это больше не повторится! – торопливо добавила Мередит, видя, что отец набрал в грудь побольше воздуха, чтобы высказаться. – Пойдем, не то цыпленка придется подогревать, и тогда Анна точно будет злиться!

Ужин проходил в тягостном молчании. Мистер Бакстер почти не ел. Он сидел за столом и сердито посматривал на детей, Джон ковырял в своей тарелке, старательно избегая взглядов отца и сестры. Мередит же…

Ее мысли все время возвращались к тому, что произошло этой ночью. Странно, но она не чувствовала сожаления, будто бы все, что она делала, было правильно. Воспоминания о поцелуях виконта будоражили ее, разгоняя кровь по венам. Ее бросало то в жар, то в холод. От порочных мыслей дыхание вновь участилось, а щеки залил предательский румянец.

Под бдительным взглядом отца Мередит пришлось опустить ресницы, скрывая блеск глаз. Она с трудом дождалась того момента, когда Анна, кряхтя, внесла поднос, на котором стоял графин с портвейном.

Девушка встала, стараясь не показать, что торопится, пожелала брату с отцом приятного вечера и поднялась к себе.

В спальне она села на кровать, внимательно прислушиваясь к тому, что происходит внизу. Время тянулось очень медленно. От нечего делать Мередит отсчитывала секунды, то вскакивая, то садясь обратно на кровать.

Приглушенные голоса брата и отца, хлопанье дверей подсказали, что Джон так и не решился рассказать о расписке. Это было на руку.

Мередит сосчитала до ста, и только потом достала из-под кровати свой вчерашний костюм. Переоделась и решительно выскользнула из комнаты. На этот раз она обыщет весь дом, но найдет злополучную бумагу.

Ей пришлось долго бродить по улице, выжидая, пока виконт покинет свой дом. Ривенкорт все медлил. Вдобавок начался мелкий дождь. Мередит чувствовала, как намокает ткань плаща, но она упрямо шагала мимо белоснежных колонн, поддерживающих портик над крыльцом, украдкой бросая взгляды на залитые светом окна спальни.

Виконт явно вознамерился остаться дома. Это было так непохоже на него, что Мередит ощутила тревогу. Она уже собиралась подняться на крыльцо, постучать в дверь и осведомиться о самочувствии хозяина дома, когда кто-то схватил ее за руку:

– Попалась!

Девушка обернулась. Ночной сторож из тех, что охраняет покой в богатых кварталах, вцепился в Мередит, не давая вырваться и убежать.

– По-моему, красотка, ты ошиблась улицей!

– Простите?

– Шлюхи, вроде тебя, работают на Пикарди-стрит! – проинформировал ее сторож.

– Вы ошиблись! Я не… – она даже не могла выговорить это слово. – Я не из тех женщин.

– Да? А что же ты делаешь здесь, еще и в таком виде, – он бесцеремонно распахнул плащ девушки, увидел бриджи, обтягивающие стройные бедра, и скривился.

– Да что ты себе позволяешь! – возмутилась Мередит, пытаясь вырваться.

– Эй, красотка, полегче, – сторож схватил девушку за плечи и хорошенько встряхнул. Его глаза загорелись мрачным огнем. – Я, конечно, должен сдать тебя на Бойл-стрит в управление… Но, думаю, мы договоримся…

Он многозначительно прижал девушку к себе. В бедро уперлось что-то твердое. От сторожа пахло луком и дешевой выпивкой. Мередит поморщилась и вновь попыталась вырваться:

– Немедленно отпусти! На помощь!!!

– Не ори! – хлесткая пощечина обожгла кожу.

Девушка охнула. Несколько прохожих заинтересованно взглянули в сторону девушки, но, увидев ночного сторожа, удерживающего служанку, предпочли продолжить свой путь. Мередит похолодела, понимая, что попалась. Она судорожно начала вспоминать заклинание. Одно из тех, которым ее обучила мать. Слова никак не складывались.

– Прекрати кочевряжиться! – сторож потащил ее в темный переулок между домами. От страха мысли путались, и заклинание все не получалось. Понимая, что силы на исходе, Мередит ударила чистой магией, сторож взвыл и выпустил девушку, она побежала обратно, взлетела на крыльцо дома виконта, застучала молотком в дверь:

– Помогите!

– Ах ты! – опомнившись, сторож легко догнал свою жертву, перехватил за талию, намереваясь оттащить и устроить недотроге хорошую взбучку.

В этот момент дверь дома виконта открылась и на пороге показался чопорный лакей. При виде сцены, разворачивающейся на крыльце, его лицо вытянулось.

– Бобби, ты с ума сошел? Ломиться в дом милорда!

– Это не я, это все шлюха! Не хочет уходить с улицы! – пропыхтел сторож, все еще пытаясь сладить с вырывавшейся девушкой. – Вот ведь бешеная кошка! Пожалуй, надо ее все-таки отвести на Бойл-стрит! Сразу станет намного сговорчивее!

– Уберите от меня руки! – бушевала Мередит, пытаясь сплести второе заклинание.

– Что здесь происходит? – Ривенкорт, привлеченный шумом с улицы, показался на пороге. При виде Мередит его лицо изменилось. Он торопливо сбежал по ступеням.

– Немедленно отпусти девушку! – голос виконта не предвещал сторожу ничего хорошего. Тот послушно разжал руки, Мередит выскользнула и со всех ног кинулась прочь.

– Стой! – забыв, что он в халате и домашних туфлях, Ривенкорт рванул следом. Споткнулся о порог и едва не упал. Туфля соскочила со ступни, виконт запрыгал на одной ноге. – Держите её! Сторож послушно кинулся ловить беглянку. Мередит в отчаянии махнула рукой, бросая недоделанное заклинание. Яркая вспышка ослепила, когда туман перед глазами всех присутствующих рассеялся, девушки уже не было видно.

Ривенкорт выругался и, не обращая внимание на начавших собираться у дома зевак, повернулся к все еще трущему глаза сторожу:

– Какого черта вы ее не задержали?

– М-милорд, простите, я пытался… – тот уже сто раз пожалел, что обратил внимание на девушку. Надо было просто пройти мимо. – Но вы же сами приказали…

Виконт кинул на него убийственный взгляд, от которого сторож окончательно сник. Ривенкорт молча скрылся в доме. Лакей, подобрав домашние туфли господина, бросил снисходительный взгляд на сторожа и демонстративно захлопнул дверь.

– Вот кто разберет этих господ, – пробормотал тот, направляясь по своему обычному маршруту.