Глава 19

Но было поздно. Я уже разозлилась. И позабыла о том, кто передо мной. Вернее, я прекрасно понимала, что Заверин – крутой, жестокий, опасный. Однако сейчас я видела перед собой мужчину, из уст которого хотелось услышать что-то приятное, а не сравнение с легкодоступными женщинами.

Взор затянуло пеленой ярости. Мозги плескались в алкогольном дурмане. А рука уже полетела вперед и вверх.

Мелькнула вполне здравая мысль: «Перехвати мою ладонь! Ну же!».

Однако Леша стоял, не шелохнувшись. Звонкая пощечина острым ножом рассекла напряжение, повисшее в воздухе.

Я поняла, что нужно бежать. В противном случае Зверь меня убьет прямо сейчас. Его глаза полыхали лютой ненавистью, яростью, безумием.

Отступить на шаг назад не вышло. Выбросив руку, Алексей перехватил мое запястье.

Тяжелый взгляд медленно проследовал вниз, от моего лица к руке.

Кожа на ладони горела огнем, каждое нервное окончание дрожало, а длинные мужские пальцы удерживали мои крепко и прочно.

Медленно, очень медленно Алексей сжал мою ладонь в кулак.

– Бей, – пророкотал мужчина.

Я выдохнула. Поняла, что в эти секунды и не дышала, ожидая возмездия.

– Нет! – мотнула головой.

– Если хочешь причинить боль, Лина, бить нужно кулаком, – твердо произнес Алексей, и уже резче, громче, приказывая: – Бей! Тебе этого хочется?! Действуй!

– Нет! – прокричала я, попыталась вырвать свою руку из захвата крепких пальцев, но Зверь не пустил.

– Давай! – рычал Леша еще громче.

С каждым мгновением его красивое лицо теряло выражение невозмутимости и равнодушия. Теперь уже не только в его взгляде плескались гнев, ярость и безумие. Теперь весь облик мужчины кричал о том, насколько сам он неспокоен.

Грудная клетка вздымалась и опадала. Дыхание вырывалось, опаляло мое лицо жадным огнем. И я уже не могла думать о чем-то другом, кроме как о яростном напоре твердых губ и жадных касаниях языка.

Наверное, я была настолько пьяна, что утратила связь с реальностью. Либо я просто очень глупая девушка.

– Нет!

– Ударь меня! Ты же этого хочешь! – рычал Зверь, нависая надо мной, не выпуская руки из своей ладони.

– Нет! Не этого! – прокричала я в ответ.

– Чего тогда?! – не сбавлял обороты Алексей и не снижал уровень громкости голоса.

– Я ведь шлюха! Чего еще нужно хотеть шлюхам?! – с обидой в голосе, но так же громко выкрикнула я. – Горячего секса! Денег побольше! И огромный член!

– Лина! – словно предостерегая, произнес Алексей. Уже не кричал, но и спокойным он не был.

– Что, «Лина»?! Есть у тебя секс, деньги и член? Делись! Раз уж я шлюха, зачем отступать от шаблонов?! – кричала я, но почему-то по щекам потекли слезы.

– Ты не шлюха, Аделина! – рявкнул Заверин.

– Как это, не шлюха? Ты сам сказал минуту назад! – не обращая внимания на слезы, упрекнула я, громко, с противным визгом в голосе. Даже самой стало мерзко от этого звука.

– Я этого не говорил! Это, млять, платье твое! Откуда оно у тебя вообще взялось?! – рычал Алексей, ни на миллиметр не отстраняясь от меня. И получалось так, что мужчина выкрикивал все свои фразы мне в лицо, а от каждого звука по моему телу шла неожиданно приятная вибрация.

– Твои верзилы притащили! К твоему сведению, я в магазины уже месяц не хожу! – парировала я.

– Шмель! Зайди! – прорычал Заверин.

– Не заходи! – еще громче выкрикнула я. – Или я суну руку в свою сумочку!

Угроза была смешной. Но Алексей бросил на меня заинтересованный взгляд, а потом перевел его на сумочку.

– Открывай! – приказал он.

Я прикинула, что вот сейчас меня лишат последнего оружия. А ведь я планировала сохранить пистолетик до нужного момента. Я свято верила, что он пригодится мне в ближайшем будущем. Было у меня такое предчувствие.

– Нет! – отважно возразила я.

– Что у тебя там? – требовал ответа Алексей.

А меня, разумеется, уже унесло в беззаботную страну под названием «Кретинизм». Мой язык опережал мои мысли. А здравый смысл и вовсе сбежал от такой хозяйки, как я.

– Шлюшьи штучки, пачка презервативов и вагон лубриканта! Нужны? Могу одолжить! – съязвила я.

– Да ты издеваешься! – рявкнул Заверин, а потом и вовсе схватил меня за плечи руками.

Мне подумалось, что вот сейчас мужские руки обхватят мою многострадальную шею и крепко сожмут. А поскольку умирать мне не хотелось, тем более в этом идиотском платье и немного нетрезвой, то пришлось действовать решительно.

Руками схватилась за тонкую ткань рубашки, дернула на себя так же резко и крепко. И замерла в миллиметре от упрямых сжатых в одну линию губ.

Я уже чувствовала терпкий вкус поцелуя. Пьянящий аромат сильного мужчины с примесью безумия.

Секунда…

Вторая…

Пятая…

Десятая…

– Леша… – выдохнула я.

Он не ответил. Стиснул так, что сначала затрещали ребра, а уж потом отказали все части тела. И я обвисла в сильных мужских руках безмолвной и послушной марионеткой.

Жадный рот сминал мои губы. Язык сплелся с моим в диком танце.

Лютый голод и безумный пожар захлестнули каждую клеточку. Мои ноги отказывались удерживать мой вес. Пришлось буквально вскарабкаться на крепкое и напряженное тело. Одним рывком Леша подхватил меня, заставляя обвить ногами.

Мы целовались, как безумные. Словно кто-то выдернул чеку, а дальше – взрыв, ослепительный и оглушительный.

Я отвечала не менее жадными, кусающими поцелуями. Не хватало воздуха. Легкие горели огнем. Грудь разрывало от жуткого давления.

Мне удалось сделать глубокий, рваный вдох, когда мужские губы сместились на мою шею, а потом и ниже – к груди.

Я затрепетала в крепких руках, когда ощутила колючие поцелуи-укусы на чувствительной коже. Поняла, что протяжный стон, нарушивший тишину комнаты, принадлежит мне. Но я уже ничего не соображала. Я была пьяна ароматом этого мужчины.

Запрокинула голову, откинулась в руках моего Зверя. Уперлась затылком в мягкую поверхность дивна.

Оказывается, Леша уже устроил меня в горизонтальном положении, а я даже и не почувствовала.

Да и плевать!

Ногами я крепче обвила бедра мужчины, прижала к себе, изогнулась, вновь застонала, когда ощутила прикосновение прохладной пряжки ремня к внутренней поверхности бедра, а следом и пьянящую каменную твердость мужского желания.

Разрушая последние барьеры, Леша двинул бедрами мне навстречу. Я задрожала, когда в ответ всколыхнулась обжигающая волна, пронзая меня удовольствием.

Мои пальцы зарылись в короткие непокорные волосы на затылке. С силой дернула на себя, отрывая мужчину от своего занятия.

Осоловевший взгляд.

Дикий, буйный, безумный.

– Леша! – шепнула я сипло, а потом сама накрыла его рот своим. Сама скользнула языком по твердым губам, сама коснулась влажного языка в пьянящем танце.

И застонала еще громче, когда ощутила властные касания жадных пальцев к самому сокровенному местечку. Я ненавидела свои трусики за то, что они остались единственной преградой на пути к удовольствию.

– Черт! Какая же ты… – пробормотал Леша, когда я прикусила его нижнюю губу и тут же втянула в рот, словно замаливала свою провинность.

– Шлюха? – подсказала я, замирая.

Мне все еще было обидно за то сравнение. Понимала, что чувства детские. Но все равно, обижалась.

Алексей дышал так, словно и ему не хватало воздуха. В его глазах полыхал ураган, который грозил испепелить меня и мое тело.

Пронзительное удовольствие заставило мое тело изогнуться, устремиться навстречу ласкающим пальцам.

Протяжный стон и тихий вскрик был пойман властными губами.

Я парила в странном, незнакомом и обжигающем тумане. Мое тело рассыпалось на части, а Леша собирал их обратно. Склеивал рваными кусками, соединял в ровную и правильную картинку.

Бурный взрыв превратился в ласкающую негу, окутавшую меня.

Мои пальцы скользили по мужскому затылку. Я изогнула шею так, чтобы Леше было удобнее скользить жадным ртом по моей коже.

Я уже готовилась распрощаться с девственностью здесь, на диване в VIP-кабинете ночного клуба.

Но страстные и настойчивые движения и жаркие поцелуи превращались в ленивые касания твердых губ и ласковые поглаживания длинных пальцев по моему обнаженному бедру.

Платье сбилось к поясу, Алексей не торопился прикрыть мои ягодицы. Скользил ладонью по коже так, словно никуда не спешил.

А я лежала, закрыв глаза и не решаясь столкнуться с насмешливым взглядом.

– Ты не шлюха, Лина, – нарушил тишину Алексей. – Чтобы больше я не слышал от тебя таких слов.

Требование было высказано спокойным, капельку хриплым голосом.

Мужское возбуждение все еще настойчиво упиралось в мое бедро, но мужчина уже взял себя в руки.

Алексей поднялся с дивана. Я торопливо поправила платье, села.

Мне казалось, что в воздухе пахнет нашим возбуждением и моим оргазмом.

Леша словно прочел мои мысли, усмехнулся. Но не высокомерно или надменно, а как-то очень сексуально и по-доброму.

– Покажи сумочку, – произнес он.

Я послушно протянула требуемый предмет. Лихорадочно прикидывала, как объяснить наличие оружия.

Алексей вынул крошечный пистолет, придирчиво рассмотрел его и перевел взгляд на меня.

– Славик все-таки жмот, – задумчиво произнес Леша, вернул пистолет обратно и протянул сумочку мне, – патроны, я так понимаю, тоже зажмотил?

Я неопределенно повела плечом. Грядущее наказание вновь замаячило на горизонте. Более того, Славику тоже могло перепасть хозяйской милости.

Но Алексей меня удивил. Громко рявкнул лаконичное: «Кирпич!». И в следующее мгновение на пороге кабинета появился Славик.

– Принеси девочке что-нибудь более настоящее, чем эта пукалка, – приказал Заверин, кивнув на мою сумочку.

Теперь передо мной вновь был не Леша, а Алексей Сергеевич. Его лицо стало жестким, властным, надменным, а взгляд обещал наказание за малейшую провинность.

Ровно через два минуты Славик возник с небольшим чемоданчиком в руках. Осторожно положил его на столик.

– Видео почисть! – скомандовал Зверь Славику прежде, чем охранник исчез за дверью.

Заверин устроился в кресле, а я все так же сидела на диване, не зная, верить ли своим глазам. Все происходящее вокруг меня казалось нереальным. Я только что испытала первый в жизни оргазм, и за это мне презентуют крутую «пушку».

Очуметь!

Но мои глаза не лгали. В чемоданчике действительно находился золотистый пистолет. Он сверкал, манил, внушал уважение. И удивительно гармонично помещался в ладони.

Наверное, мои глаза горели жадным огнем. Возможно, этот огонь был безумным. Но я не обращала внимания ни на что, кроме умопомрачительного, смертельно опасного оружия, буквально слившегося с рукой.

– Обалденно! – прошептала я.

– «Ствол» чистый, – заметил Леша, а я перевела взгляд на мужчину.

Он улыбался. Да-да. Улыбался заразительно и свободно. Оказывается, у меня слабость к улыбке конкретно этого мужчины.