Глава 2

ТИМУР

Я сам не понимаю куда иду. В это время в такую погоду, спускаться к шхерам очень опасно, но там наверху моя женщина. Она замёрзла и голодна. А всему виной я и мой алкоголь… Неужели я правда болен и мне пора кодироваться?

Спускаюсь всё ниже к валунам. Здесь когда-то был домик рыбака и возможно что-то осталось из его запасов, на что я очень рассчитывал, а ещё я рассчитывал на лодку чтобы уплыть в Питер.

Погода мрачная и суровая, с учётом цвета воды, он уже не синий, а какой-то тёмный, больше похож на сероватый оттенок. Спускаюсь вниз, а вот и хижина рыбака, чуть подальше часовня, которая тоже придаёт мрачность и антуражную тяжелую картину острову. Останавливаюсь у хижины. Здесь никого нет. Арман точно не станет искать в такую погоду здесь, понимая, что мы не жильцы на острове. Толкаю дверь и свечу фонарём, похоже, рыбак покинул это место давно.

Нахожу кое какие запасы еды, воду, консервы, пледы и быстро всё собрав, отправляюсь обратно. Вода начинает подниматься всё выше, а на небе раздаются громовые раскаты и несколько крупных капель, падает мне на лицо, твою же мать….

****

Я возвращаюсь обратно, открываю палатку и вижу её с пистолетом в руках. Точно, я оставил ей ствол. Сильный ветер проникает в палатку, наполняя её холодом. Закрываю и кидаю на землю плед, спальный мешок, который нашёл в доме рыбака и достаю еду. Укрываю Сашу пледом, а её взгляд отсутствующий и пустой.

Дураку понятно, как она сейчас ко мне относиться, как ненавидит меня. Сколько я всего наделал и сейчас даже не понимаю с чего начинать разговор. Саша ест молча консервы, а я любуюсь ей, любуюсь и понимаю, что никому не дам её в обиду, даже такому, как Арман. Мне плевать, кто он и что он….

- Приятного аппетита!

Саша молча откусывает кусочек хлеба, кладёт на него паштет и разглядывает палатку, что угодно, только ни меня.

В глубине души становится очень больно. Мне кажется, я её потерял и возможно на этот раз навсегда….

После ужина, я не знаю сколько проходит времени, но она засыпает. Накидываю на неё плед и придвигаюсь рядом. Сигарет нет, а до жути хочется курить, там за палаткой барабанит не просто дождь, а самый настоящий ливень. Да и вообще ситуация что мы на безлюдном острове посередине огромного озера и с той стороны где не проходят суда, не самая приятная. А ещё нас ищут бандиты и парочка головорезов. Закрываю глаза, пытаясь успокоиться, но не могу. Кладу рядом пистолет и смотрю на вход в палатку. Не отрывая взгляда, фокусируя его и думая лишь об одном, что дальше…

Всё кончено. Отца больше нет, Вахида тоже. Что ожидать от Рустама и деда, я не знаю. Арман всегда был приемником деда, его правой рукой, в своё время прошедшим спецназ. В мире криминала мало родственных связей, а то что я всё просрал и отец оставил наследство, говорило о том, что ни деду ни тем более Арману, я не нужен. Где искать Трезу, я тоже не знал… Столько вопросов и ни одного ответа, твою мать…

Обращаться к ментам было глупо. У меня ничего нет. Я теперь никто. Кошу взгляд на жёнушку. Мило сопит, улыбается во сне, как ребёнок. Так безмятежно. Приближаюсь немного к ней, осторожно прижимаю к себе, боясь нарушить покой, хрупкую границу сна и кладу руку на её роскошные волосы.

Она прекрасна. Во сне дрожат её ресницы, а мне хорошо осознавать, что пусть мы в такой заднице из-за меня, но она со мной и сейчас осторожно перебирая шелковистые, как волны волосы Саши, я ощущаю, как до безумия хочу быть с ней. Вернуть её, укрыть и пусть даже это стоит мне жизни твою мать….

САША

Я открыла глаза, ощущая на себе какую-то тяжесть. Недовольно приподнимаюсь. Рядом муженёк. Спит. Хороший охранник. За палаткой бушует самая настоящая буря, но никто не знает какая буря у меня в душе, как мне хочется вернуться домой.

Тимур тут же просыпается, я недооценила своего охранника и смотрит на меня.

Его глаза всё равно остаются прежними, карими, почти чёрными, переливаясь всеми цветами радуги опасности, жестокой опасности. Собираюсь что-то сказать, как где-то чуть поодаль отчётливо слышатся шаги. Тимур выключает фонарь, прижимает меня к себе и направляет пистолет на выход из палатки. Я ощущаю бешеный стук своего сердца, понимая, что мне самой не передать, как мне страшно. Слышу, как стучит и его сердце, ничуть не меньше моего. Мы в опасности и этого возможно не избежать. Оба в опасности и неизвестно доживём ли до утра. Сглатываю.

Я не знаю, сколько мы так просидели, я прижатая к его телу и он крепко сжимая меня в своих руках. Шаги стихли, но мы всё равно продолжали сидеть не двигаясь.

- Ушли? – шёпотом, а возможно одними губами, спрашиваю я.

Тимур кивает, я ощущаю это потому что его подбородок касается моих волос. Сжимает меня крепче.

- Фонарь пока включать нельзя!

Я молчу. Честно и сама не хочу. Понять не могу почему, просто не хочу и всё. Перед глазами непроизвольно вспоминается наша с ним первая ночь, как тогда голову потеряла, винила во всём алкоголь, но понимала, это ни алкоголь….

У меня было странное страшное ощущение, что мне это нравится. Что я ненавижу его, но черт возьми, таю от его прикосновений, несмотря на боль, которую он мне причинял. Делал Джамалов все грубо и жестко, совершенно не церемонясь со мной. Он четко обозначил свою позицию, что я шлюха.

Его пальцы сжали мои соски. Коленом, раздвинув ноги, грубо пристроился между ними.

- Нравится, сучка?

Наручники больно жали запястьям, сердце учащенно билось. Ощущала себя грязной использованной куклой. Он даже не целовал меня, все делал быстро и, как действительно со шлюхой. Его член прошелся по моей киске и нащупав вход в нее, толкнулся в нее на секунду замирая. Я едва не заорала от боли, то ли сказалось столько времени без секса, то ли у него был слишком большой агрегат.

- Больно!

Он уставился на меня.

- Ты такая узкая! Охренеть! Толкнулся в меня. Черт. Вот это ощущение. Остановился, давая мне привыкнуть к своему размеру.

- Тебе нравится, сучка!

Нравилось ли мне? Да, черт возьми. Я дрожала под ним, теряя над собой контроль. Ни с первым, ни со вторым мужем, я так не кайфовала куда-то улетая.

Сама, забыв, что он думает про меня и кем считает, подалась ему навстречу, насаживаясь глубже на его мощный член. Но он не торопился. Издевался.

Тоненькая сеточка капелек пота на его лбу, свидетельствовала, что он сам едва сдерживается, чтобы не отодрать меня.

- Я не слышу ответа, сучка!

Больно схватил меня за скулы, сжимая их. Его большой палец коснулся моих губ, и я непроизвольно провела по нему языком. Глаза Джамалова зажглись страстным дьявольским огнем. Мои губы уже более уверенное прошлись по его пальцу, полностью захватывая его.

- Какая же ты!

Резко толкнувшись в меня, он на секунду лишил меня возможности, даже дышать.

- Стони, сука!

- Тимур!

Я выкрикнула его имя с такой страстью, будто зависела от него, была безумно влюблена. Эйфория. Я не хотела его отпускать, даже подумать не могла, что так бывает. Двигаясь навстречу ему бедрами, уже не сдерживаясь, кричала в голос, выкрикивая его имя все громче, и улетая куда-то далеко, ощутив, как мое тело содрогается в конвульсиях.