Глава 5

София

Это был худший вечер в моей жизни… Нет, правда. Так неловко и стыдно за себя мне ещё никогда не было. Стася, как всегда, сказала всю правду в лоб, а все, на что была способна я — лишь жалко мямлить, не зная, как поддержать сестру. Ещё эта рука Ярослава Дмитриевича, что сжала мою… Такое теплое и нежное прикосновение… Я просто растерялась, все мысли вылетели из головы из-за столь интимного и ласкового прикосновения. Но как только он убрал свою ладонь, действительность обрушилась на меня.

Мамины высокопарные слова ударили по ушам. Мужчина, которому было абсолютно плевать на меня, ранил моё девичье сердце. А удаляющаяся ровная в гордом одиночестве спина моей сестры добила, тяжким грузом придавливая совесть. Если бы была возможность, я бы сейчас корчилась от чувства вины и своей мягкотелости…

— Боже, Ярослав, мне так стыдно за неё. Это моя вина, надо было под замок сажать и строже спрашивать, а я всё жалела и холила. В итоге вот что выросло, — сбивчиво говорила мама, пытаясь оправдаться перед “женихом”, театрально приложив ладонь тыльной стороной ко лбу, при этом активно обмахивая лицо салфеткой.

— Никто не обещал, что будет просто, Света, — хмыкнул мужчина и легко поднялся. Его словно не удивило поведение Станиславы и не напрягали ужимки моей мамы. Непробиваемый и спокойный, как удав. — У меня ещё встреча сегодня.

— Конечно, милый, — встрепенулась мама и подскочила на ноги, чтобы поцеловать Ярослава Дмитриевича.

Я зажмурилась. Только не это. Даже в страшном сне я такого представить не могла… А вообще, нормально ревновать к собственной матери? Всё, Соня, — это клиника, с таким только к психиатру.

Не выдержав, открыла один глаз, успев заметить как мужчина вновь поцеловал маму… Но только лишь в щёку. Хм… Что-то тут нечисто.

С другой стороны, какое моё дело? Этот мужчина теперь табу, под запретом. С этого самого момента я должна смотреть на него как на отчима, а не как на желанного мужчину. Говорить с ним сдержанно, лишь по теме, без флирта и томных взглядов… Но, боже… Его запах, глаза, большие руки, такое желанное тело, — всё просто манило меня! Я сходила с ума от мысли, как с ним может быть хорошо, какое удовольствие он может дарить женщине…

— До свидания, София… — моего уха коснулся бархатистый голос, заставляя посмотреть на его обладателя.

Ярослав Дмитриевич уже поднялся и теперь так странно смотрел на меня, словно я прошла какую-то его проверку, а он взглядом поощрял меня.

Такой же, как и мама! Я мысленно взорвалась: он просто вместе с ней теперь будет мною помыкать. Рассердившись непонятно на кого, просто демонстративно отвернулась от Жарова, понимая, как нелогично смотрится моё поведение, но таять пломбиром на солнце от его взглядов мне тоже надоело!

— Вот же сучка! — как только Ярослав Дмитриевич удалился, мама достала зеркало из сумки и начала поправлять макияж. — Хорошо, что Ярослав оказался настоящим мужиком. С такой дочерью и врагов не надо, — в сердцах выговаривала мне мама. — Неужели вы не понимаете, что он наш билет в счастливое будущее? И я этот шанс не упущу! Потребуется, я и Станиславе хвост прижму, так ей и передай.

— Я пойду … — не в силах слушать этот бред, поднялась, намереваясь покинуть злосчастный ресторан.

— Куда? — нервно и требовательно спросила мама, хватая меня за руку. — Я ещё не договорила — это раз, а во-вторых мы поужинаем, Ярослав всё оплатил…

— Мне нужно в аэропорт, встречать Никиту, — напомнила, мечтая быстрее сбежать как можно дальше отсюда. Слава небесам, что такие ужины — редкость!

— Да, точно, — кивнула женщина вспомнив. — Ты в этом будешь его встречать? — недовольно уточнила она.

— Ну, да… — времени заехать домой и переодеться у меня уже не было.

— Ох, Софи, — тяжело вздохнула мама. — Сколько раз тебе говорить, что женщину мужчина должен хотеть. А в твоих этих нарядах… Улыбайся хотя бы, не порть ему настроение своим кислым видом. И не вздумай рассказать, что выкинула Станислава!

— Хорошо, мама, — отрешённо, как заученную мантру, проговорила в ответ.

— Я хочу для вас лучшего, — серьёзно проговорила мама напоследок. — Мне стоило больших трудов вырастить вас одной, так будьте благодарны. И … София, Никита должен на тебе жениться в ближайшее время, ясно? — последняя фраза просто выбила меня из колеи, прозвучав совершенно неожиданно.

Не хотела я замуж! Что же мне самой предложение Никите делать?!

— Как он решит, — пожала плечами, аккуратно высвобождая свою руку из маминой ладони. На споры не осталось ни сил, ни желания.

— Ты теперь достойная партия. Постарайся уж. Только от тебя зависит, сделает он предложение или нет. Что же ты у меня такая серая и блеклая, — рассердилась мама и отвернулась от меня, показывая крайнюю степень недовольства мною.

Смолчав, быстро покинула ресторан. Вырастила она нас? Да мы росли, как трава! Она могла по неделям дома не бывать, укатив с очередным любовником за границу, и плевать, что мы ели и как жили! Зато постоянно оскорбляет! Ни разу! Ни разу в жизни мама не похвалила меня… Нет, она любит рассказывать остальным, какая я у нее замечательная, но искреннее мне, как дочери, постоянно говорит гадости! Поэтому-то Станислава и перестала стараться: уж если получать оскорбления, так заслуженно…

А наши отношения с Никитой? Никогда не забуду, как мы сильно поругались с ним. Я нашла в его телефоне переписку с другой девушкой, они флиртовали: та отправляла ему свои интимные фото, а он не был против, только за! Впервые я устроила своему парню скандал, не сумев промолчать. Била посуду и кричала на весь дом…

Тогда на один вечер из меня вышла настоящая София.

Мы докатились почти до драки… Никита выкинул меня в подъезд в домашнем костюме босую… Я чётко осознала, что это не мой мужчина, не хотела больше с ним жить и строить отношения. Заняв денег у соседки, приехала к маме на такси… И? Что вы думаете? Она обвинила во всем меня, так как Никита уже позвонил ей и рассказал обо всем. Мама кричала, что нельзя лазить в телефон мужчины, что запрещено повышать на него голос, что ей стыдно за меня…

Именно тогда, в тот момент ко мне пришло ещё одно осознание: я поняла, что просто кукла… Мама причесывала меня, одевала, как ей хотелось, подкладывала меня под выгодную партию, играла в меня или со мной… Но не любила.

Категорически отказавшись возвращаться к Никите, я была готова к любому исходу, даже мысленно представляя, как мы со Стасей сбежим… Но ночью он приехал сам. Просил прощение, осыпал цветами и восхвалял меня… А мама стояла рядом и белым шумом транслировала, какой он хороший и какая я неблагодарная… Сестра не знала об этом, как и про сотню других моментов моей жизни, ей было бы больно за меня, а мне стыдно за то, что показала себя настолько слабой и бесхребетной.

Вышагивая по залу ожидания аэропорта, с улыбкой наблюдала за мужчинами, которые с цветами ждали своих возлюбленных… Как же это мило и романтично. Всегда представляла в своих мечтах, что и меня будет кто-то также с волнением встречать.

Уже объявили о посадке нужного мне рейса, поэтому ждала появления Никиты с минуты на минуту.

Высокий, стройный, он вышел из зала получения багажа с улыбкой на губах. Стильная стрижка, голубые глаза, аккуратные черты лица, немного пухлые губы. Никиту легко можно было назвать представителем золотой молодежи. Брендовые вещи, яркие цвета в одежде и модные аксессуары. Он очень отличался от Ярослава Дмитриевича, чей образ так некстати всплыл в моей голове. Ник в светлых джинсах, кислотного голубого цвета футболке, с кучей браслетов на запястьях и татуировкой на шеи сильно диссонировал со мною, облаченную в более классический стиль и предпочитающую сдержанные тона. Наверное, именно это имела в виду мама, называя меня серой и блеклой. Сейчас на фоне молодого человека я действительно выглядела именно так.

Мы и по характеру отличались. Всегда тихая и спокойная, я раздражала часто Ника. Поначалу он восхищался моей не испорченностью и робостью, а позже это всё время его раздражало. Недовольство нарастало как снежный ком. Сперва он делал мне ласково замечания или подшучивал надо мной, а после не стал уже себя сдерживать. Возможно, на него так повлиял пример общения со мной моей мамы, а, скорее всего, я сама позволяла людям подобное отношение к себе. Оно становилось нормой и вернуть прежнее восхищение уже было сложно.

— Соник мой, — хохотнув, обнял меня Никита, прижимая к себе и мимолётно целуя в губы. — Ждёт меня. Ты в курсе, что я уже привык? Пока летел, поймал себя на мысли, что не могу представить, чтобы в аэропорту не было тебя, — весело проговорил Ник и закинул легко спортивную сумку себе на плечо.

— Ну, это уже наша традиция, — улыбнулась сдержанно в ответ не чужому для меня человеку. Прислушавшись к себе, поняла, что душа рада видеть его. Как бы то ни было, но я привыкла к нему и нашей жизни.

— Как у вас тут дела? — хитро прищурившись, спросил парень, беря меня за руку и шагая в сторону парковки.

— Неужели все в курсе, и только одна я узнала об этом несколько часов назад? — недовольно засопела, понимая, про какие новости говорит он.

— Это не удивительно. Ты невнимательная и рассеянная, — слова его кольнули, но, к сожалению, как я уже говорила, это стало нормой в последнее время. — Мне моя мама ещё утром позвонила и поздравила, что теперь я практически зять будущего мэра, — снова засмеялся Никита, подходя к своему Шевроле Камаро. Да-да. Яркого жёлтого цвета, как из фильма про трансформеров. Мальчик подрос и игрушки у него соответственно тоже выросли… — Так что, Сонька, я теперь обязан буду на тебе жениться…

— Кому интересно… — под нос себе проворчала я, открывая пассажирскую дверь. Кстати, машина всё это время стояла на парковке и ждала своего хозяина, а я ездила на такси, хотя права у меня есть…

— Это представь, — не расслышав, как всегда, меня, продолжал он свой монолог. — Мне надо будет руки твоей просить у Жарова, — заводя авто заржал Никита.

— Зачем? — испуганно уточнила, реально страшась подобной перспективы. Не хочу я замуж! Я хочу Жарова, а не чтобы он меня благословил, на счастье, с другим. Кошмар…

— Ну, как, он теперь твой отец, так что всё по правилам сделаем. Завтра мама моя прилетит и обсудим. Не бойся, Соник, я теперь тебя не брошу…

Больше я не слушала, мама его отдельная моя головная боль, там дама похлеще моей родительницы будет. Плюс — Никита явно настроен всерьёз на мне жениться, но самое отвратительное это то, как он об этом говорит и рассуждает… Я всегда мечтала о любви, о красивом предложении, свадьбе, о большом доме с детьми и желанным мужем, а тут… Пародия на мои мечты какая-то.

— Слышишь? — делая музыку тише, уточнил Никита. Машина вовсю неслась по загородной трассе в сторону нашего дома. Парень, видимо, что-то спросил, а я, погрузившись в себя, пропустила вопрос.

— Извини, — покаялась. — Задумалась. Повтори, пожалуйста.

— Блин, Сонь, ты, как всегда, в нирване своей. Говорю, что билеты в театр взял, как ты просила. Послезавтра на оперу, — немного взвинчено проговорил парень.

Сейчас все бы сказали: “Вот, видишь, какой заботливый. Помнит о твоих просьбах”.

А мне хотелось плакать. Такой несчастной я себя почувствовала в тот момент. Я ненавижу оперу. Тысячу раз говорила об этом Никите. Но он будто слышал меня отрывочно, как ему было удобно. Я хотела в театр. На балет.

— Спасибо, — отворачиваясь к окну и давя обиду, тихо поблагодарила.

— Чё опять не так-то?! — психанул Никита. — Вечно у тебя лицо недовольное. Ты костюм мой забрала из химчистки? — переключил он вдруг тему. Мужчина вообще был вспыльчив, но быстро остывал. Не имел привычки обижаться или дуться. Нет. Он просто бил меня словами, тем самым выпуская пар, а после снова любил…

— Да, — кивнула, рассматривая пейзаж за окном.

— Понятно, — раздражённо отозвался он и врубил музыку на максимум. А я и рада, не придется разговаривать…

Я лежала на диване и смотрела в потолок. Когда мы вернулись, Никита поел и сел за ноутбук работать, а я вновь осталась наедине со своими мыслями. Очень романтичный вечер после разлуки у двух любящих друг друга людей…

Был один человек на целом свете, с кем сейчас хотелось оказаться рядом! Сестра… Я чувствовала физически, как ей плохо. И корила себя за молчание. Но так и не нашла в себе сил позвонить ей.

“Как ты там?” — напечатала и затаила дыхание. Если она обиделась, я пойму…

Станислава не отвечала, поэтому решила пока выйти во всемирную сеть, а именно посмотреть информацию о будущем отчиме. Про его место в рейтинге самых завидных женихов и так знала; про то, что он владелец заводов и пароходов — тоже. А вот то, что его крайняя пассия была двадцати пяти лет от роду, для меня стало новостью. У нас с ней всего два года разница… Правда, верхние и нижние девяносто у нее на все сто десять… Мои формы были поскромнее, что невольно задело моё самолюбие.

“Норм. Не переживай, иди спать”.

Уведомление о новом сообщение, отвлекло меня от просмотра столь ценной информации. Да, что же это с сестрой? Какие-то странные ответы, так непохожие на ее стиль общения.

“Стась, прости меня. Я тебя очень люблю. Не понимаю, почему не пошла с тобой…” — написала и прижала телефон к груди, словно стараясь передать тепло из своей души ей. Хоть бы мысленно оказаться рядом и оградить сестру от всех бед и невзгод.

“Я не в обиде. Тоже люблю тебя. Чего не спишь?”

Всё-таки обиделась. И поделом мне. Глубоко вздохнула, но поделиться с сестрой тем, что на душе было необходимо.

“Вот скажи. Нормально не видеться со своим парнем неделю, а теперь сидеть с ним в разных комнатах, совершенно не испытывая сексуального влечения?” — искренне спросила у нее.

“Представь Ярослава Дмитриевича и иди соблазни беднягу” — сестра, видимо «пошутила», вспомнив моё обеденное сообщение.

“Я серьёзно, Стась. Мама хочет, чтобы мы с ним поженились. А ведь мы совсем разные. Он купил билеты на ОПЕРУ!” — уж “любовь” к опере у нас со Стасей, с детства, поэтому тут она меня сразу поймет.

“Да, хватит всех слушать. Ты умная и взрослая. Встала, на “х” всех послала и сделала так, как хочешь. Ну, с оперой он, конечно, погорячился…”

Улыбнулась, представив, как хмурится Станислава.

“Не могу. Не хватает силы воли, что ли. Или просто страшно” — набрала торопливо ответное сообщение.

“Тогда жди, когда выйдешь замуж за нелюбимого мужика, родишь ему детей, а он будет ежедневно унижать тебя” — безапелляционно припечатала Стася в своем стиле. Конечно, она, как всегда, права…

“Я попробую все изменить. Честно. Больше не буду молчать, когда решают за меня” — воодушевленно настрочила сестре, покосившись в сторону комнаты, где заседал Ник. Сама я ещё с трудом верила, что мне подобное удастся. Но попробовать стоит, итак, столько лет молчала.

“Давай. Только с меня пример не бери. Кстати, что думаешь про Жарова младшего?”

Удивлённо посмотрела на экран. Чего это она про Кирилла спросила?

“Ничего. Нормальный парень хотя, конечно, зазнайка. Думаю, ты ему до сих пор нравишься. И если бы не нелепый брак наших родителей, то из вас могла бы получиться отличная пара”.

Тихонько захихикала, представляя, как она сейчас взорвётся на мои слова. Кирилла она с детства терпеть не может. И тут телефон сообщил об ещё одном СМС, с другого номера:

“Сонька, не спишь? Позвони мне, срочно. Стася.”

Мне поплохело… Это с кем же я сейчас переписывалась, если Станислава пишет с другого номера?..

“Не пиши на мой номер, он у Жарова!” — прилетело следом, а я застонала, закрывая глаза. Про Ярослава Дмитриевича, про свою личную жизнь, про моё мнение о нем… Ну, Кирилл! Меняться значит? Обязательно. И начну с того, что тебе с рук твою выходку не спущу! Строя изощрённые планы мести, набрала номер по которому просила позвонить Станислава.