Глава 37. Вкус пепла

— Рано или поздно тебе придется вылезти из-под одеяла, Ро.

— Не зови меня так.

— Ладно. Но насчет одеяла я не шучу. Серьезно, завязывай.

Аврора только сильнее завернулась в него.

— Не изображай из себя заботливую сестренку, Фло, — проворчала она. — Ты просто не хочешь спать на том чертовом диване в гостиной.

Фло потопталась на пороге. Но судя по звукам, все равно не ушла.

— Ты права, конечно. Диван совершенно отстойный. Слышала про Прокрустово ложе? Думаю, у вашего дивана с ним много общего. Но вообще я здесь не потому, что завидую твоему мягкому удобному матрасу и анатомической подушке. Я хочу, чтобы ты, черт побери, выбралась из кровати. Когда это случится?

— Ты найдешь ответ на свой вопрос в газетах, Флора.

Ее невыносимая сестрица зашуршала страницами. Черт возьми, она притащила газеты, которая она не желала видеть, в ее спальню!

— Санкции против России? — спросила Фло удивленно. — Так это твой политический протест? Боже мой, и давно ты стала такой сознательной, Ро?

Ее аж подкинуло на кровати.

— Я ЖЕ СКАЗАЛА, НЕ ЗОВИ МЕНЯ ТАК!!

— А ты, оказывается, даже умеешь сидеть, а не только лежать, — заметила Флора.

— Что. Ты. Хочешь. От меня. Фло.

Флора отложила газету в сторону.

— Хочу, чтобы ты вернулась к жизни. Вернулась на стажировку. На работу в кофейню, в которой я теперь тебя подменяю. Ты снова сбежала отовсюду, Ро… Аврора! Не думаешь, что слишком круто сожгла мосты?

— Нет, — отрезала Аврора и снова укрылась одеялом.

— Даже самые упорные журналисты уже прекратили ночное бдение под нашими окнами, — не унималась Флора. — Сама посмотри! В разделе светской хроники тебя уже нет. Ты знала, что Джастин Бибер снова изменил жене? Вот кобель! А вот Лиам «Что же в тебе все нашли» Хэмсворт, как будто нет других мужчин-актеров! Но ни одной Авроры Майлз я здесь не вижу, представляешь? Знаешь почему? Потому что всем похрену, Аврора! О тебе уже все забыли. Одна ты лежишь под одеялом, в котором, наверное, дохрена крошек, потому что ешь ты тоже в постели. Скажи, ты хоть иногда вытряхиваешь простынь?

Аврора молчала. Непросто говорить, пока плачешь. А слезы лились из глаз почти все время, с той ночи, когда она села в такси.

А Флору было не заткнуть.

— Эй, ты ведь знаешь, что я абсолютно на твоей стороне, сестренка? Я хочу, чтобы ты перестала убивать поджелудочную полуфабрикатами. Хватит с нас того, что она убита у меня. Пойдем на кухню. У Мери наконец-то прошел токсикоз и теперь мы объедаемся ее шоколадными маффинами каждый день. Скоро я буду с нее размером, только из нас двоих беременной будет она, а я просто стану размером с фургон U-haul*.

Аврора все-таки откинула одеяло и села в постели. Фло протянула упаковку салфеток. Аврора высморкалась и сказала охрипшим голосом:

— Ты и мертвого уговоришь, Фло.

— Не надо так шутить, Аврора, — неожиданно серьезно ответила Фло. — В этом доме слишком много разбитых сердец. И не надейся, что я отстану. Я постоянно буду рядом, буду дергать тебя и днем, и ночью. Это ясно?

— Ясно.

— А теперь дуй на кухню, есть маффины и пить кофе.

— Только не кофе, — качнула она головой.

— Окей, еще у нас есть травяные чаи. Мери пьет их постоянно. Но на вкус они как козлиная моча, предупреждаю сразу.

— Вы убрали цветы?

Фло потопталась на месте, отводя глаза в сторону.

— Я говорю, вы убрали цветы, Фло? — с нажимом произнесла Аврора.

— Да, да, конечно. Как ты и просила, — неуверенно ответила сестра.

— Все?

— Да… Ну почти. Побойся бога, Аврора, там остался один-единственный букет, должно быть, стоит под три сотни баксов! Ну нельзя же выносить его на помойку! Он совершенно невозможно прекрасен! Прошу тебя, Аврора.

Аврора на миг прикрыла глаза и прошептала:

— Пожалуйста… Убери цветы, Фло. Все до единого.

***

Мери крепко обняла Аврору, когда та вышла из комнаты, приглаживая волосы пальцами, а после усадила на диван, вручив тарелку с двумя еще теплыми шоколадными маффинами.

Флора села по другую сторону от Авроры, набросила на колени всех троих клетчатый плед, и когда на экране телевизора появился знакомый сказочный замок, Аврора в сердцах закатила глаза.

Хотя не могла не признать, что было приятно вот так сидеть всем вместе под одним пледом и есть ароматную выпечку.

Кто бы мог подумать, что рядом с Авророй будет Флора, которая за это время стала очень близка с Мери…

— У вас что, неделя «Диснея»? — спросила Аврора. — Вы же только вчера орали хором «Отпусти и забудь», пока смотрели «Холодное сердце».

— Прости, это из-за меня. Совсем не могу смотреть фильмы со взрослым рейтингом, — вздохнула Мери. — Там постоянного кого-то бьют, насилуют, угрожают, а у меня — глаза на мокром месте.

— А знаешь, мне даже больше нравятся эти новые мультики, — заметила Флора. — Посмотри на них: Моана, Анна и Эльза, они знают, чего хотят и добиваются этого. Не то, что те принцессы, в честь которых нас назвали.

— Тебя вообще-то назвали в честь феи-крестной, — отозвалась Аврора.

— Пф. Какая из меня фея, Ро? Никакой волшебной пыльцы не хватит, чтобы поднять меня в воздух*. Дайте мне еще маффин.

Они молча смотрели, как на экране три феи-крестных наделяли дарами крохотную принцессу в колыбели. Флора подарила красоту, Фауна — любовь всего живого, а потом пришла Малефисента и все испортила.

Только третья фея, Меривезер, взяла дело в свои руки и изменила проклятие колдуньи, загадав, что принцесса Аврора не умрет, только заснет долгим сном, пока поцелуй любви не разбудит ее.

— Все, с меня хватит! — Аврора откинула плед и поднялась рывком с дивана.

— Стой, Аврора, не уходи!…

— Не надо, Мери. Не надо! Думаете, я не вижу аналогий или того, что вы пытаетесь мне сказать?

— Почему, Рори? Что такого ужасного произошло, что ты настолько замкнулась в себе?

— Ты совсем как эта принцесса, Аврора, — добавила Флора, — смиренно приняла проклятие и устроилась под балдахином в ожидании спасения, но вспомни, какой ты была на самом деле! Именно ты научила меня действовать, а не полагаться на то, что сундук с сокровищами рухнет с неба, так какого черта сейчас ты совсем не действуешь сама?!

Стоя у двери в свою спальню, Аврора сжала кулаки.

— Среди нас троих ты одна с самого начала всегда знала, чего хочешь и шла к этому, — продолжала Флора. — Шла напролом. Любой ценой! Ты сбежала из дома и жила здесь совсем одна, Мери рассказала мне об этом, хотя раньше я не верила тебе. Будь ты принцессой в сказке, Рори, ты бы сама сожгла все эти прялки или носила бы перчатки назло этой колдунье. И уж точно не стала бы ждать, когда гребанный принц Филипп соизволит расчистить дорогу от колючек и убьет за тебя дракона! Вспомни, кем ты была, и какой стала теперь. Ты не ходишь в универ и на работу, ты спряталась и забила на свою жизнь из-за пустяковых сплетен!

— Пустяковых? — горько усмехнулась Аврора. Она достала из кармана мятое письмо и протянула его Флоре.

Та вскрыла конверт, пробежалась глазами по строчкам и ругнулась сквозь зубы:

— Какого хрена?… Они не имеют права! Ты можешь подать на них в суд за это!

— Может быть, и могу… Но, тем не менее, они это сделали, Фло. Они, фактически, отчислили меня. Даже каких-то пустяковых сплетен, как ты сказала, для руководства Колумбийского университета оказалось достаточно. Я бросаю тень на их репутацию. И даже, если подам в суд и даже если после этого они позволят мне посещать лекции, знаешь, что мне точно никогда не будет позволено? Преподавать у них!

— Но мы ведь не в чопорной викторианской Англии, черт возьми! Какое им дело до того, с кем и как ты спишь?

Аврора горько усмехнулась.

— Фло, пусть так, но за это время я получила, должно быть, десятки писем с предложениями больше не появляться и аннулированными абонементами из библиотек и книжных. Даже гребанный «Семейный клуб по боулингу» отказал мне в членстве. Представляешь?! Я понятия не имела, что вообще состою в нем! Но знаешь, что меня добило? Даже создатели порно подсуетились! Такой благодатный сюжет! Служебный роман на троих! Да, все имена заменены, но и так понятно. И плевать, что видео просуществовало несколько часов, а после его удалили!.. Тебе бы понравилось, Фло, какая-то порно-дива с потасканным видом сыграла тебя в кино для взрослых? А теперь это моя гребанная реальность. Всё, к чему я стремилась и хотела добиться, всё переврали и уничтожили… Вот, к чему привели твои пустяковые сплетни. У меня ничего не осталось, Фло…

Аврора кулаком утерла слезы.

— Ты жалеешь об этом?

— Что? — опешила она. — Фло, ты вообще слышала, о чем я только что говорила?

— Слышала. Но это не ответ на мой вопрос. Ответь мне, жалеешь ли ты о том, что сделала? О том, что эта ночь вообще была в твоей жизни? Ведь ты была счастлива, Аврора, чертовски, мать твою, счастлива! Ты светилась, как маяк в тумане, пела и танцевала каждую гребанную минуту, совсем как эта принцесса со зверушками. Так неужели ты жалеешь о том, что сделала, Аврора?

Аврора закрыла глаза, позволяя слезам хлынуть по щекам.

— Нет… — выдохнула она. — Я не жалею. Хотя должна считать это ошибкой, но не могу…. Как и не могу спокойно смотреть на то, как рушится моя жизнь, а мое имя полощут все, кому не лень. Я не могу быть с ними и радоваться тому, как мою мечту превращают в пыль… Прости, что оказалась не такой сильной, как ты думала, Фло.

Флора кивнула, вытирая с щек слезы.

— Знаешь, Аврора, Эльза хоть и была не самой лучшей сестрой, она все равно любила Анну всем сердцем.

— Фло…

Ее несносная сестра открыла объятия, и Аврора первая бросилась к ней.

— Чтоб вас, — всхлипнула на диване Мери, шумно выдувая нос в бумажный платок, — устроили тут второй всемирный потоп. А проклятье, дайте-ка я тоже вас обниму!