Глава 20

Марат Открываю глаза. Всё тело приятно ноет. На груди лежит самая красивая женщина. С шелковистыми темными волосами, нежной кожей… Касаюсь ее плеча, веду пальцем вниз. – Ммм, Маратик, еще рано, – мурчит Люба. – Прости, разбудил тебя? – меня разрывает от нежности. Для меня всё впервые… Я никогда прежде не любил женщину. Тем более так сильно… что смотришь и задыхаешься. *** – Марат, – Люба выдыхает мне в губы, я замираю. Сейчас всё решается. Оттолкнет или позволит? Сердце бьется со сверхзвуковой скоростью. Но Люба не отталкивает… – Это я… булочка моя, – выдыхаю ей в губы, затем бросаюсь с жадным поцелуем. Сегодня Гаврила меня запряг по полной. От мысли, что предстоит ночь с Любой, я так воодушевился, что болезнь отступила. Подготовил загородный дом Гавра к приезду нашей булочки. Всё убрал, купил аромасвечи. И презервативы. У меня стоял от одной мысли, что коснусь своей желанной Любы. – Марат… Гаврила… ммм! Ах! – она стонет мне в губы, но покорно раскрывает рот и впускает мой голодный язык. Шарю, чуть не в горло ей заталкивая. Но сил нет никаких терпеть. Член встал, как только я увидел свою булочку в этом платье. – Ты такая красивая, – бормочу, втягивая в рот ее губки. – Ммм! – она подается вперед, обнимает меня и отвечает на поцелуй. Играет с моим языком. Податливая. Горячая. Нежная. Схожу с ума. Бородач ласкает ее голые плечики. Я чувствую его взгляд. Он следит… Чтобы я не накосячил. Обидно, но справедливо. Однако в постели я тоже не промах. И сегодня я ей это докажу… Любе, конечно же. И если поначалу она была немного напряжена, то сейчас расслабляется в наших руках. Поразительно, что я совсем не ревную. Мы с Гаврилой словно команда. Слышу звук расстегивающейся молнии платья. Верх спускается, открывая мне сочную грудь. Ох, блядь! Тут же обхватываю мягкие полушария, сжимаю в руках. Башня уезжает в неизвестном направлении. Люба. Всю ее хочу! Без остатка! Отрываюсь от ее губ, любуюсь на пунцовое личико. Вся ее суровость растворяется, оголяя внутреннюю нежность. Жестко мну ее полные груди, словно никогда не касался женщины. Такой – никогда! – Ммм! – снова врываюсь в ее рот, мне мало. – АХ! – платье падает к ногам Любочки. Бородач медленно стягивает чёрные кружевные трусики. А я продолжаю терзать грудь и наслаждаться сладким ароматом кожи Любочки. Я никогда даже представить не мог, как буду кайфовать лишь от возможности быть рядом, слушать голос и целовать пальчики. Женщина? Нет! Моя богиня! – Гавр… ААА! – вскрикивает Люба, когда Гаврила встает на колени и принимается ее вылизывать. – Нравится? – отрываюсь от истерзанных губ, натягиваю мягкие волосы на кулак и дёргаю назад. Люба смотрит на меня. Приоткрывает ротик, ведет язычком по губам. – Нравится… – отвечаю на свой же вопрос, – с двумя. – Да, – выдыхает она. – Ведь так мы можем… – наслаждаюсь крошечными мурашками, бегущими по ее телу от каждого прикосновения. – Расставь ножки, детка… – рычит бородач, жестко сминая ее булочки. А я отвожу ее голову дальше, чтобы моя булочка выгнулась сильнее. И ей было тяжко… неудобно… Не знаю почему, но меня заводит ее беспомощность. – Мы можем ласкать все твои местечки, – шепчу, – одновременно. Один бы так не смог, правда? – Да… – Знаю… – тяжело дышу, от возбуждения почти теряю контроль. Пальцем провожу по губам нашей булочки. Она обхватывает его и начинает посасывать. – Блядь! – вырывается утробный рык. Безумное возбуждение несется по венам. Хочу вставить в Любу член… не могу больше! И она к этому готова. Но сначала распалить… – Марат… что ты делаешь? – она смотрит на меня взглядом с поволокой. – Я хочу поласкать твои грудки, – поясняю, затем впиваюсь в маленький сосочек. Несмотря на нестандартный размер, Люба безумно женственная. Ее груди – произведение искусства. Полные, круглые, с небольшими розовыми сосками. С неё можно картины писать! – АААХ! ААА! – она стонет, извивается между нами, но мы с бородачом сейчас связаны единым импульсом. Он жестко фиксирует ее бедра, я же глажу ровную спинку, не позволяя Любе отстраниться. Для нас всех это впервые, но я настолько переполнен ощущениями, что готов прыгать от счастья. Всю жизнь думал, что пуст, словно засохший цветок. Меня учили не проявлять чувств, эмоций. Говорили, что мужчина должен быть сильным. Но что такое сила? А вот в чем она на самом деле. В громком крике кончающей женщины. Но только если ты заставил ее кончить. – Умница, – отрываюсь от ее грудок, – хорошая девочка. Вздрагивает. Вот оно что… Не я один столь непрост. – Пришло время десерта, – Гаврила встает, теперь малышка зажата между нами. Хрупкая, нежная… Подхватываю Любу под попку, она обнимает меня и целует. Сама. – Ммм! – мокрый, порочный поцелуй уничтожает последние крупицы здравого смысла. Швыряю свою булочку на постель. Нависаю сверху. – Марат… войди в меня, – лепечет, обхватывает моё лицо ладонями. Как же давно я этого жду! Толкаюсь, мокрые тугие стеночки обхватывают мой член. Люба вскрикивает, когда я одним движением наполняю ее собой. – Мой богатырь… – бормочет, пока я неистово вбиваюсь в желанное лоно, – иди ко мне… Она тянется к бородачу и принимается сосать его член. Вот вроде бы… другой мужик. Но я лишь больше распаляюсь, когда вижу, как кайфует Люба. Мой член весь в ее густом соке. Она хочет не меньше меня… Мы все безумно хотим. Возбуждены до предела. Не выдерживаю и обильно кончаю прямо в горячую киску Любочки. И она принимает… Всё до капли.