Глава 23

Люба – Как?! – ору в трубку, в спальню вваливаются мои мачо-энтузиасты. – Вот так… мне только что позвонили и сказали, что у меня… недостаточно чистая репутация и они не будут связываться с сомнительным автором. Любаш, я так долго к этому шла! Меня всю трясет. Ведь я сразу догадываюсь, откуда растут ноги. А для Жанны это исполнение мечты. Никто не посмеет её этого лишить! – Не плачь, дорогая, – цежу, – мы скоро приедем и разберемся во всем. – Жду… Резко разворачиваюсь и складываю руки на груди. – Так… во-первых, это, – показываю рукой на шкаф, забитый моими вещами, – мы еще обсудим. Я не планировала пока переезжать, Гаврюш, даже несмотря на нашу пылкую любовь. – Ну, нимфа моя, – умоляюще смотрит, сажая в моем сердце семя сомнения в собственной правоте, – я хочу о тебе заботиться… Я ведь всегда хотела быть с любимым. Но лишь в качестве жены. Хотя с бывшим нарушила это правило. Почему бы не повторить, но уже в приятной и любящей компании? – Поговорим позже, я сказала, – отрезаю, – теперь касательно тебя… – Меня? – обалдевает Маратик. – Да. Твоя мачеха сегодня сделала то, что нельзя было делать. Она обидела хорошего человека. – Что она сделала? – рычит Марат. Пристально гляжу на него. Пытаюсь понять, можно ему верить или нет. Ведь в такой ситуации невольно засомневаешься. Он же мог слить Жанночку…, но зачем? Его влюблённый взгляд ночью был таким искренним! – Жанне сегодня отказали в публикации, – вздыхаю, – и я уверена, что знаю, чьих это рук дело… Стас как-то обмолвился, что Марат из богатой семьи. И там весьма непростые люди. Со своими тараканами и странностями. Но что плохо – со связями. – Ты подозреваешь меня? – грустно спрашивает. Плечи мужчины опадают. Но Гаврила хлопает его по спине. Ободряюще. Они теперь друзья, что ли? С другой стороны, это хорошо. Дай ему шанс… – Нет, я подозреваю твою мачеху. Но, признаюсь, так быстро доверие не возвращается… – Что мне сделать? – стонет. – Помоги мне вернуть Жанне мечту. Иначе я не смогу тебе верить… – С радостью! – неожиданно оживляется Маратик. Я быстро осматриваю, что из моего гардероба притащили эти двое. Выбираю яркий-синий брючный костюм с лакированными лодочками. – Вы даже сумки приперли… ну что за мужики? Так хочется, чтобы я тут жила? – Очень, – Гаврила, уже одевшийся, обнимает меня сзади. – Спасибо, – шепчу, – за всё. – Всё для тебя, моя нимфа. Марат молчит. Что-то обдумывает. Подхожу к нему, беру большую ладонь в свою. – Ты не отвечаешь за те гадости, что она делает. Но лишь ты можешь помочь. – Я знаю, – усмехается, берет галстук, – поможешь? – С радостью, – помогаю мужчине аккуратно завязать галстук. Мы выдвигаемся в кафе на машине Гаврилы. Мужчины садятся спереди, я сзади. Меня это устраивает. В кафе уже вовсю идут строительные работы. Гаврила рассчитывал примерно на месяц строительства. Мы как раз на этот период объявили акцию с хорошими скидками, чтобы не потерять клиентов. – Жанна! – вбегаю в кафе, сразу топаю к повару. Но ее нет в закутке. – Где Жанна? – спрашиваю девочек-официанток. – Она так плакала…, а потом ушла в подвал. Босс, что случилось? – Всё хорошо. Просто досадное недоразумение, – улыбаюсь, затем мы втроем бежим в подвал. Жанна плачет. Ну, конечно же! Эта чертова грымза за всё ответит! Наверняка нагадила из-за того, что решила, будто Жанна хочет окрутить Марата. Внезапный укол вины удивляет. Я ведь могла вмешаться. Но стояла и смотрела… Меня бы унизить у этой тетки не хватило сил. А Жанна… она всегда была скромной и милой девушкой. Мне так ее жаль. Подхожу и обнимаю своего рыжика. – Всё будет хорошо. Мы вернем тебе контракт с издательством. – Заставим грымзу воспользоваться связями в обратную сторону. Не плачь раньше времени. Вижу на столе разбросанные листы рукописи с рецептами. Марат аккуратно собирает их в стопку и кладёт перед Жанной. Гаврила двигает стул и садится напротив нашего милого повара. – Прекрати лить слезы, – ухмыляется, – всё у тебя хорошо будет. Мы тебя в обиду не дадим. – Ты же наше сокровище, – улыбаюсь. – Спасибо, – Жанна вытирает слезы. Но она всё еще очень грустная. И очень кстати я вспоминаю о том, как Жанна звонко смеялась над Стасиными шутками в ресторанчике. – Гаврюш, а твоя дочь сможет нас навестить? Она хотела провести со мной время. Жанна ей тоже понравилась… – Отличная мысль, сейчас позвоню. – Ты ведь это специально? – прищуривается Жанна. – Чтобы мне так грустно не было? – Разве? – невозмутимо заявляю. Я сейчас очень зла. Давненько уже всякие курицы не переходили мне дорогу. И не вредили моим близким. Раньше все старались зацепить Стефанию, как более нежную натуру. Теперь Жанна. Но я, Любовь Ромашкина, не тушуюсь перед неприятностями. Каждая проблема – это вызов. Соображаю, как лучше прислать ответку мадам вобле. Да так, чтобы на всю жизнь запомнила. И больше никогда не смела лезть ни ко мне, ни тем более к моим друзьям. – Марат… – Ммм? – задумчиво тянет мужчина. – Ты о чем сейчас размышляешь? – Да так, – хмыкает, – Жан, ты прости, ладно? Моя мачеха немного повернута на весе… всегда такой была. Она ошибочно решила, что ты моя девушка и… – Точно! – меня осеняет. Это противное общество любителей питаться травой больше всего на свете боится увидеть что-то, что не вписывается в их представления об идеале. – Марат! – недобро ухмыляюсь. – Я пойду с тобой на юбилей к твоей бабушке!