8.2

— Никлас, давай быстрее! Через одну твоя композиция начнётся! — Заорали парни другу. — Синеглазая широкоплечая высокая фигрура приблизилась ко мне на опасное расстояние, мазнула взглядом по моей фигуре — от шеи до бёдер. Показалось, что он стянул с меня платье взглядом и поставил раком. Я нервно сглотнула.

— За козла ответишь!

— Прости, вырвалось.

Парень продолжил свой путь к сцене.

Упала на диван, где сидела довольная Жанка и уже допивала первый бокал коктейля.

— Мне виски, — заказала я. Пальцы дрожали, впрочем как и колени. Нехорошо вышло. Тут же заиграла музыка и я начала понемногу расслабляться. На сцену вышли четверо бравых американских «полицейских». Женщины завизжали. Аромат духов, вина, коньяка, мужских флюидов пьянил и доставлял неистовое наслаждение, вызывая в мозгу жуткое возбуждение. Крики помогали хоть как-то снять сексуальное напряжение.

— Кто из дамочек готов быть нашей задержанной? — Вопросил мужчина лет тридцати и сделал характерное для секса движение бёдрами в сторону женской аудитории. Зал взорвался аплодисментами. Я чуть пригубила виски и сняла тонкие ботфорты, чтобы ноги отдыхали. Синеглазый молодой самец, тот самый, с которым мы сцепились, отправился по залу в поисках жертвы сексуального полицейского беспредела.

После очередного глотка мои руки потянулись к резинке на волосах, резко захотелось избавить волосы от плена, чтобы голова отдохнула. В этот самый момент тёплые большие мужские ладони накрыли мои руки.

— Я сам, — твёрдо сказал парень и лёгким движением снял с моих волос резинку. Десятки глаз с завистью прожигали меня. Густые тёмно-русые волосы каскадом рассыпались по плечам. Парень тут же зарылся носом в моих волосах, а затем громко объявил:

— Она, — и тут же весь зал, сгорая от нетерпения, громко заоплодировал.

— Нет, нет! Я в такие игры не играю. Я здесь случайно. Жанна помоги, — я брыкалась как малолетка. Жанка смеялась от души, а парень с синими глазами, кажется, начинал злиться, когда услышал бурную поддержку из-за спины от друзей:

— Бери её, неси! Чо ты с ней церемонишься? Раз пришла сюда, значит, хочет!

В следующий момент синеглазый взял меня на руки и понёс на сцену. Его руки были сильными, а от кожи пахло мужчиной и вкусным мылом. Меня тут же грубо усадили на стул и четыре парня по очереди начали крутить передо мной попами (пока ещё в брюках), гладили меня по плечам, потом по очереди стаскивали с себя одним движением брюки и махали передо мной своим достоинством, выглядывающим из маленьких плавок. О боги! Четверо мужчин охаживали меня. Хорошо хоть не прикасались. В воздухе пахло потом мужских тел, парфюмом и желанием.

Музыка становилась громче, женские крики оглушали. Мужчины оголили шикарные накаченные торсы.

— Детка, дай руку, — один из липовых полицейских налил мне на ладошку масла, и я пялилась на руку, абсолютно не зная, что с ней делать.

Синеглазый свёл мои колени вместе, затем подошёл ко мне так близко, что я осталась в шоке. Мои колени остались между его ног, а сам он почти впечатался в меня торсом и пахом. Женщины в зале завизжали.