Глава 27

Не помню, как мы оказываемся в машине. Потом в больнице. У меня внутри отключаются все стоп-сигналы, и я готова убивать.

Мама!

Бегу по коридору, ничего не слышу.

Мои мужчины рядом. Изольда Альбертовна должна подъехать чуть позже, ей внучку нужно отправить домой. Она позвонила своему ассистенту, он тоже приедет в качестве подмоги.

Марат обещал пробить этих врачей в течение часа.

А если ему выдадут Любочку, то и группу захвата.

Врываюсь в палату, рядом с мамой стоит тот самый вредный врач.

– Кто вы и что делаете с моей матерью?! – рычу, когда он наклоняется над ней.

Вижу ее бледную руку, обколотую иголками. Сердце на части рвётся.

– Почему посторонние в палате? – верещит он. – Выведите их!

– Я ее дочь, а не посторонняя, – в меня вселяется фурия, – кто вы такой и как связаны с Виктором Степановым?!

– Не знаю таких. Выведите ее!

На меня наступают санитары, но Матвей и Стас быстро заламывают им руки.

– Ну уж нет! – мои мужчины крепко держат этих мужиков. – Сначала вы расскажете, как так получилось… следы заметаете?

– Какие следы? Я реанимирую пациентку! Вон отсюда!

Но я не выйду и маму с этим подонком наедине не оставлю! Готова грудью стоять за нее!

– Вам сюда нельзя! Кто вы? – раздается в коридоре.

– Руки убери, милочка, – слышу сзади голос Изольды Альбертовны, – я не хочу потом кипятить своё платье! У вас тут что за больница такая? Полная антисанитария!

– Вам нельзя, тут реанимируют… – в палату влетает медсестра, тщетно пытающаяся остановить гениального врача.

– Так, вы кто? – снова разворачивается горе-врач.

– Я Огонькова Изольда Альбертовна, – чеканит бабуся, – а вы? Я хочу увидеть вашу лицензию на врачебную деятельность. Все сертификаты этого сомнительного заведения, где пациентам ставят такие серьезные диагнозы, как онкология.

– Подавайте в суд, – ухмыляется мужик, – там и поговорим. А пока я тут главный.

Изольда Альбертовна выгибает бровь. Стягивает перчатки. Берет мобильный.

– Алло, Гриша? Тебя где черти носят, а? Захвати с собой юристов, пусть разъяснят тут одному типу, на что я имею право, а на что нет. Полиция скоро будет здесь…

Она не успевает договорить, как врач срывается с места. На ходу стягивает халат и швыряет в Стаса. Матвей бросается за преступником, Изольда Альбертовна быстро подходит к моей матери.

А я топчусь посреди палаты и не знаю, что делать…

Это какой-то кошмар!

– У неё налицо сильнейшая интоксикация, – хмыкает бабуля, – её пичкали лекарствами, которые вызывают отторжение. Нужно не реанимировать, а провести очистку организма. Милочка!

Она гаркает на медсестру.

– У вас капельницы есть?

– Д… да…

– Бояться будете при разговоре со следователем. А сейчас мне нужна ваша трезвая голова. Спасем пациентку, не сядете за преднамеренное убийство.

– Сейчас будет капельница, – убегает она.

– Мама выживет? – дрожащим голосом спрашиваю.

– Да. Вы вовремя почувствовали неладное, – Изольда Альбертовна осматривает палату, – сейчас развелось очень много мошенников. Они не лечат, а сосут деньги из пациентов, обещая чудесное исцеление. А на деле либо травят людей, либо просто вкалывают им витамины, подделывают анализы, а потом выписывают.

– Кошмар, – сажусь в кресло, силы меня покидают, – что же я наделала! Это я уговорила маму пройти обследование! И лечь в эту больницу. Я во всём виновата!

Слезы текут по щекам, не могу их остановить. Мне так больно!

– Прекрати рыдать, Стефания! – гаркает Изольда Альбертовна. – В эту ловушку мог попасть любой. Но ты усвоила урок. Ведь так?

– Да.

– Тогда твоей маме повезло. Ты прекрасная дочь.

– Спасибо.

– Вооот! – мужчины возвращаются, держат за шкирку мошенника в белом халате.

Вернее, уже без халата.

– Он тут по дороге назвал одно имя… Захарова Вера. Тебе знакомо? – спрашивает Матвей, пока Стас жестко фиксирует за спиной запястья врача.

– Нет, – хмыкаю, пытаюсь вспомнить, – точно нет.

– Странно…

– Так, не надо мне тут грязи в палате! – рычит Изольда Альбертовна, – выведите его и ждите полицию, а мне нужно вывести токсины и привести пациентку в чувство. Где эта несносная девчонка?!

– Я бегу! – медсестра несется к нам, в руках капельница.

Забегает в палату и закрывает дверь.

Я сажусь на стул напротив. Закрываю лицо руками.

– Всё будет хорошо, – Матвей обнимает меня, гладит, – моя девочка… всё будет хорошо.

Спустя минут двадцать приезжает группа захвата. Неужели Марат поймал Любочку? Она-то на кухне скрылась, а туда можно лишь сотрудникам кафе.

– Мы вас обязательно вызовем, – чеканит высокий мужчина в форме, – спасибо, что сообщили о мошенниках.

– Это вся больница такая?

– Причастность каждого сотрудника будем тщательно проверять. Опросим пациентов, их родственников. Работы предстоит много.

– Он назвал какую-то Веру Захарову, – хмыкаю.

– Проверим. Всего доброго.

Мошенника увозят в СИЗО, а мы садимся ждать. Мужчины ни на миг не отходят от меня. Стас приносит мне чай. Как так можно? Наживаться на человеческих жизнях? Это же жестоко!

Вскоре приезжает помощник Изольды Альбертовны и тоже скрывается в палате.

Делаю глоток чая.

– С ромашкой. Тут администрация сама в шоке, что у них под носом орудовали мошенники, – хмыкает Стас, – говорят, его крышевал главврач, а он сейчас находится за границей.

– То есть проверить его причастность не получится?

– Пока нет. Но про Захарову они знают. Она агент одной крупной медицинской компании… и еще, – тянет Назаров, – у них есть ее карточка.

Он показывает мне фото рыжей женщины. Сердце замирает…

– Это же… – захлёбываюсь в возмущении, – любовница Виктора!