Глава 26

Руби

Домой я залетаю подобно фурии, громко хлопнув дверью и не обращая внимания на свой огромный живот. Чертов адреналин в крови явно придает мне сил, а не тормозит на месте в связи с моим положением.

Я даже на работу не поехала, хотя и хотела внести кое-какие поправки по просьбе Эммы. Вместо этого плюхаюсь на диван, включаю телевизор на какой-то дурацкой передаче и раскрываю шоколадный батончик. Вот он-то как раз поможет мне успокоить взбешенные нервы.

Надо же какие наглецы. Уроды.

Сами, значит, пропали на добрых полгода. Ни слуху, ни духу от них не было. А теперь, видите ли, хотят узнать, кто из них отец ребенка.

Да черта лысого я им об этом скажу. Пусть даже не рассчитывают. Не их это забота, не их ответственность.

Как же раньше справлялась одна. Не прося помощи от мужчин, вот и теперь все у меня получится.

Уверена на все сто процентов.

Детская комната практически готова, осталось только купить еще немного игрушек, чтобы моему малышу было как можно комфортнее. Точнее моей милой малышке. Ведь ради нее я готова на все.

Хоть в огонь, хоть в воду. Дам ей столько любви и заботы, чтобы она не ощущала отсутствия второго родителя. Никогда.

— Да, моя милая, — глажу нежно живот, вытягивая под столом ноги, — нам же никто не нужен. Мы и без папки обойдемся.

И тут же получаю сильный толчок, чуть ли не выбивший весь воздух из легких. Похоже, дочка со мной не согласна. Она решила показать характер и немного приструнить маму.

Ох, и намучаюсь я с ней, раз уже сейчас она такие финтифлюшки выдает. Будет нам с ней очень весело вдвоем. Хотя Патриция тоже обещала помочь в воспитании своей племянницы.

Кстати о будущей тете. Надо бы предупредить ее, что сегодня на работу я не приду. Пусть все необходимые бумаги пришлет мне на почту.

С трудом поднявшись и кряхтя при этом как курица, доползаю до сумки в коридоре. Резко вздрагиваю от трели звонка в дверь, схватившись за сердце и выронив сумочку. Ну какого черта кому-то понадобилось наведываться ко мне?

Даже не посмотрев в глазок, поворачиваю замок и удивленно приподнимаю брови вверх при виде молодого человека в форме курьера и с огромным букетом нежно-розовых лилий. Моих любимых.

— Добрый день, — парень улыбается и протягивает мне планшет с ручкой. — Заказ для Руби Кэссиди. Распишитесь, пожалуйста.

Машинально делаю, как он говорит, вдыхая аромат чудесных цветов. Интересно, от кого такая роскошь? И главное в честь чего вдруг?

— Кто отправитель букета? — цветы еле в руках помещаются, приходится вплотную к себе их прижать.

— Все написано в карточке, — парень указывает на небольшую красную открытку. — Всего доброго.

— До свидания, — закрываю за ним дверь, пребывая в легком шоке.

Прохожу на кухню, кладу букет на столешницу. Где-то у меня была ваза. В каком она шкафчике? Ах, нашла. Наливаю воду и ставлю в нее цветы. Перебираю пальцами нежные лепестки, наслаждаясь ароматом лилий.

Вот это точно способствовало успокоению нервов. Да и малышка прекратила меня пинать, как футбольный мячик. Точно внутри синяки от ее ударов.

— Карточка! — вспоминаю о немаловажной детали и достаю ее из лилий.

«Хотел бы загладить свою вину и пригласить тебя на ужин. Аксель».

Что?

Сжимаю в руке бумажку, неимоверно злясь на парня, приславшего мне этот…этот веник. Каков мерзавец. Вину он загладить решил. Тоже мне мастер-фломастер просить прощения. Да не пошел бы он далеко и надолго. Вместе со своим сраным букетом.

Который яростно хватаю и, открыв на кухне окно, выбрасываю его на улицу. Прямо к ногам каких-то бабулек. Быстро заметаю следы преступления, потирая удовлетворённо ручками.

Вот так вот! Был бы рядом, в рожу ему этот букет кинула. Или побила бы им пару раз наглую физиономию Акселя.

Откуда только адрес узнал? Неужели в агентство звонил?

Черт! Если мои сотрудники меня сдали, три шкуры с них спущу.

Все же стоит позвонить на работу, иначе сама себя догадками изведу. Но ведь в душе теплится надежда, что Богданов каким-то другим образом узнал о моей квартире.

— Ты уже едешь от мисс Уолкер? — Патриция клацает по клавиатуре. — А то мне нужно кое-что…

— Я уже давно дома, — перебиваю подругу, сев обратно на диван.

Жаль, шоколадный батончик был последним. Еще хочется схомячить сладкого. От полноценной еды последнее время жутко тошнит. Еле успеваю до белого друга добежать.

— Что-то произошло? — обеспокоенно, взволнованно.

Готова дать голову на отсечение, Патриция сейчас глаза округлила и нервно закусила губу. Это ее вредная привычка.

— Да так, — громко хмыкаю. — Небольшая проблемка, — долгая пауза. — Женихом Эммы Уолкер оказался… Марк-мать-его-Данилов. А шафером будет Аксель Богданов. Представляешь? Мое летнее приключение имеет непосредственное отношение к свадьбе. Как тебе такой расклад?

— Охренеть, — все, что выдает Патриция, роняя трубку явно на стол. Слышится грохот, маты, какое-то шуршание, а потом снова ее голос: — Но ты же… ты же… берем…

— Ну они это заметили, — сарказм так и льется из меня. — Сообразили, что ребенок может быть от кого-то из них, — нажимаю на пульте кнопку, и гостиная погружается в тишину. — Они не поверили, что не являются отцами малышке.

— Так, погоди-погоди! — стук каблуков по кафельному полу. — До скорого, ребятки, — прощается с сотрудниками. — Я сейчас к тебе приеду, и ты мне подробно обо всем расскажешь, — клацанье сигнализации. — С тебя бутылка вина, — отключается.

Знает ведь, зараза, что у меня припасена одна в бутылочнице. На самый крайний случай. Похоже, сейчас именно он и наступил.

Да только достать я ее не могу, так как снова раздается звонок в дверь. Причем настойчивее предыдущего раза.

Твою же мать! Я велю отключить звук, чтобы беременную никто не беспокоил. Мне не до посетителей.

Снова не смотрю в глазок, что для меня оказывается огромной ошибкой. Ведь на пороге стоит… Марк, держащий в руках точно такой же букет нежно-розовых лилий, но гораздо больше.

На нем серые джинсы, легкий белый свитшот. Глаза горят опасным блеском и задерживаются на моем животе. Уголок губ ползет в сторону, вызывая легкий мандраж. Ноги совсем не держат. И если бы не комод в коридоре, уже валялась бы на полу, не в силах подняться.

Какого хрена ему тут надо?