Эпилог
Руби
Четыре года спустя
— И где же сегодня твои мужчины, Руби? — спрашивает улыбчивая брюнетка, ставя на стол поднос с вкусностями.
— Неужели, испугались женского общества? — вторит ей ухмыляющаяся блондинка. — Или может ты, — показывает на меня пальцем. — испугалась, что они таких красоток увидят и с ума сойдут от всепоглощающей страсти.
Обе ржут как коняшки, совершенно не обращая внимания на летящие в них невидимые ножи. Их еще больше забавляет мое недовольное лицо. Тоже мне подруги, раз стебутся надо мной по каждому поводу.
Приехали по моему приглашению, а ведут себя как настоящие стервочки. Кира с Патрицией явно спелись. Да и общего у них много оказалось. К примеру я. Беззлобные шутки надо мной.
— Знаете что, — обвожу каждую прищуренным взглядом. — я вас точно прибью.
— Ой, да не обижайся ты, — Кира как маленького ребенка треплет меня за щеку и отклоняется назад от моего кулачка. — Нам просто интересно, куда отправились твои… кхм… мужья?
Ей бы вот мужа подогнать. А то ходит заместитель начальника круиза без кольца на пальце.
— Они готовят какой-то сюрприз на нашу четвертую годовщину свадьбы, — с гордостью произношу, делая глоток вишневого сока. — Уехали с самого утра. Не успели даже Стеллу к бабушке с дедушкой отвезти.
Да-да, вы верно поняли. Мы трое, я, Марк и Аксель, счастливо женаты вот уже четыре года. Живем в шикарном доме Майами и растим нашу милую малышку Стеллу, что для всех является настоящей егозой.
Очень гиперактивный ребенок, не дающий никому покоя. Если что-то ей не нравится или не исполняется ее просьба, может показать характер. От меня достался. Чему многие удивляются. Такой ангел, а вот по поведению рыжий бесенок, способный за себя постоять.
— Как окружающие воспринимают ваше трио? — интересуется Патриция, которая уже несколько лет не живет в Америке, а наслаждается солнцем Италии, выскочив замуж за своего поклонника.
— Сначала было очень неловко ловить на себе шокирующие, а порой и осуждающие взгляды, но после, — удобнее устраиваюсь на кресле, так как спина уже затекла прямо ее держать. — все поменялось. На нас уже не показывают пальцем, а воспринимают как обычных людей. Просто с нестандартными отношениями.
Да, все же Америка более свободных нравов. Тут люди не такие консервативные, как в той же России, куда мама зовет съездить. Слегка покосятся, а потом домой на барбекю позовут.
А даже если бы не звали, мне было бы наплевать на мнение снобов. Я сделала свой выбор. Очень и очень правильный. Два моих главных мужчины рядом со мной. Любила их всей душой. Млела от их заботы и внимания. Наслаждалась их ласками и пошлыми словечками.
И этим мы столь часто занимались, что… получили небольшие последствия. Моя вторая беременность, которая повергла парней в шок. Они чуть в обморок не свалились, когда пару недель назад я им сообщила, что вновь залетела и не знаю, кто из них отец. Опять.
Верно, мы так и не сделали тот тест ДНК. Хотя Марк и Аксель были не против. Кто-то из них не стал бы другого принижать, что он мол прав на ребенка не имеет.
Каждый из них для Стеллы и еще не рожденного сына является папой. Самым лучшим, самым заботливым, самым сексуальным, горячим и…
Руби, твои мысли уже не в ту степь бегут. Похоже недостаток секса на тебе ой как сказывается.
Несколько дней воздержания сыграли свое дело. Я как похотливая сучка хочу вновь ощутить своих мужчин в себе. Почувствовать их большие, возбужденные члены.
Между ног начинает пульсировать. В ногах дрожь. Перед глазами их образы… голые и готовые к шалостям.
А вот в ушах звенит голос врача, предупреждающего, что нужно с интимом повременить, пока он не проверит мои анализы. Нет, со мной все в полном порядке, просто для доктора это обычная процедура в первом триместре.
Так что не видать мне пока что наших шальных игр. Только легкий петтинг, не способный заметить жаркий, дикий секс. А его мне хочется постоянно. Приходится отвлекаться на какие-то другие вещи, чтобы от досады на стенку не лезть.
Хорошо, что подруги приехали. Правда совсем не надолго. Уже через пару часиков умчались по своим делам, пообещав встретиться со мной в конце недели и предложив сходить в ночной клуб. Подвигаться под зажигательную музыку.
Надеюсь, скоро врач даст добро на интим. А то я не знаю, как уговорить мужей меня отпустить.
Которые, кстати говоря, с минуту на минуту должны приехать.
Пока есть время, звоню маме, чтобы узнать про самочувствие Стеллы. Располагаюсь на диванчике в библиотеке и включаю режим «ждуна» своих мужчин.
— Она достала из ящика мой фотоаппарат и теперь делает снимки кукол, — мама смеется в трубку. — В разных позах и с разных ракурсов. Похоже у нас растет будущий модный фотограф.
— Только вот папочки вряд ли ей разрешат снимать мужские тела в нижнем белье.
Обе прыскаем от смеха над абсолютной правдой. Узнай отцы, чем занимается их дочка, точно в высокой башне запрут. Даже мне ей не помочь. Два свои сокровища они сильно берегут. Меня и Стеллу на руках носят и выполняют каждый каприз.
И как в таких не влюбиться еще сильнее?
— Прости, дорогая, но дедушке похоже помощь нужна, — слышу мамины каблуки по паркету. — Он стал новой моделью для нашей Стеллочки. Спешу к нему на помощь. До скорого, милая.
— Пока, мамуль, — завершаю разговор, как раз вовремя, так как слышу снизу такие любимые и родные голоса.
Приехали! Мои мужчины вернулись!
Пулей вылетаю из библиотеки. Несусь как угорелая по лестнице, сия от всепоглощающей радости, наполнившей все внутри. Такое чувство, что во мне сотни огоньков горят, принося счастье вселенского масштаба.
— Эй! Ты с ума что ли сошла! — отчитывает меня Марк, стоит оказаться в его крепких объятьях. — А если поскользнёшься и не дай Бог свалишься с лестницы.
— Я вообще-то к вам спешила, — надуваю губки, заглядывая ему через плечо. Пусто. — А где Аксель?
Губы плавятся от страстного и в тоже время нежного поцелуя. Уууухххх, сейчас в воздух взлечу.
— Готовит сюрприз для тебя в саду, — тянет на выход.
— В саду?
Выходим на улицу. Мимо гаражей. Вдоль дома.
Совсем не понимаю, зачем он меня в сад ведет. Что они такое придумали? Я вон им подарила коллажи из фотографий на стену. Мы все вместе, со Стеллой. По-отдельности. То я с Марком, то с Акселем.
Но у них явно что-то другое зрело в голове несколько недель. И это что-то вижу сейчас перед собой.
Обалдеть!!! Это невероятно! В шоке сморю на эту открывшуюся картину.
Не верится. Вот совсем не верится.
Аксель расстелил плед и достал небольшую корзинку с яствами. Вижу торчащий багет и бутылку лимонада.
Пикник? Они решили устроить пикник на заднем дворе?
— Не думай, что это все, моя дорогая Руби, — Богданов словно читает мои мысли.
Притягивает меня за талию к себе. Целует долго, глубоко, несдержанно. Точно кончу от их поцелуев.
— И что же еще меня ждет? — прислоняюсь спиной к подошедшему сзади Марку.
Я окружена с двух сторон своими мужчинами. Чувствую их тепло, заботу, нежность. И черт возьми восставшие члены. Вот они то приветствуют меня как полагается.
— Я вас очень люблю, — так приятно говорить им эти прекрасные слова.
Словно над землей парю. Хочется петь и танцевать. Орать на каждом углу о своих чувствах к парням, что потрепали мне нервы несколько лет назад.
— Я тебя люблю, — Марк опускает руки на ягодицы.
— Я тебя люблю, — Аксель крепко в талию пальцами впивается. — Идем.
Берут меня за руки и подводят к столику. На нем замечаю… воздушного змея. Нарисованная лисичка и два серых волка. Прыскаю со смеху. Как символично и очень мило.
Они знают, чем можно удивить девушку.
— Помнится, ты как-то хотела его запустить, — Марк нежно целует за ушком, давая мурашкам устроить на мне танцы.
— Вот мы и выполняем твое желание, — Аксель прикусывает кожу на плече.
Низ живота приятно тянет, а соски твердеют. Пульсация невыносимая. Если бы не запрет врача, набросилась на них бы прямо тут, позабыв про змея и пикник.
— Нужно окончательно почувствовать свободу, — Данилов передает мне летательный аппарат. Крепко в руке его сжимаю. — Для еще более откровенных игр.
— О чем это ты? — перевожу взгляд то на одного, то на другого.
— Узнаешь через пару дней, любовь моя, — Богданов заговорщицки подмигивает и потирает ладошки. — Тебе очень понравится небольшое разнообразие в наших играх.
— Горячее, необычное, до безумия пошлое.
Да они просто издеваются. Специально говорят такие возбуждающее вещи, когда мне нельзя еще пуститься во все тяжкие. Вот же мерзавцы. Ну я им еще покажу, что значит держать меня на сухом пайке.
Вот как доктор разрешит, тут же наброшусь на них и изнасилую своих мужей. И буду это делать очень и очень часто. Плохая девчонка во мне вновь обретает силу.