Глава 16

Привратник проверил наши амулеты с печатью пропуска и молча распахнул ворота. Я до последнего не верила, что нам удастся выйти за пределы территории академии.

– Как тебе это удалось? – спросила я своего спутника, когда мы шли по тротуару вдоль брусчатой дороги.

Мимо нас проезжали экипажи, всадники и самоездные повозки. Раньше мне не доводилось видеть сие чудо магического искусства, я с интересом рассматривала их. Вообще, несмотря на вечернее время, на улице было довольно оживленно. Улицы ярко освещались магическими огоньками на высоких столбах, в воздухе витал аромат свежей выпечки, пробуждая аппетит, витрины магазинов призывно пестрели своими товарами, горожане кто прогуливался, кто спешил по своим делам. Даже промозглый ветер не портил мне радости от ощущения свободы.

– Что именно? – ответил вопросом на вопрос огневик.

Что за манера?

– Как ты добыл амулеты? – я подняла руку и продемонстрировала тонкий браслет с символикой академии.

– А эти? – сделал вид, что только что понял, о чем я с ним толкую Винн, – Воспользовался личными связями.

Так просто? Что-то слабо в это верится.

– И ради чего? – не отставала я.

– Ради того, чтобы вывести свою девушку в город на свидание.

И глаза такие честные-честные! Другая, может быть, и поверила бы, только не я.

– Хорошая версия для твоего дяди, – сообщила ему, – только не достаточная для ректора академии Амсворд, которую запрещено покидать. Если ты мне сейчас же не скажешь, зачем провернул все это, что именно сказал ректору Норберту, и зачем я должна тебя сопровождать, то я открою портал в другой конец города, и ты не увидишь меня до тех пор, пока действие амулета не прекратится.

Я снова продемонстрировала браслет, где на семигранной звезде, заключенной в четырехлистник, медленно, но неотвратимо двигался красный огонек, отмеряя строго отведенное для увольнения время. Я не знала, зачем Риан вытащил меня в город, зачем отнимает у меня время, отведенное для изучения заклинаний, ведь он прекрасно знает, что магистр Каан не спустит моей халатности по отношению к его заданию. Я могла ошибиться, и огневику просто нужно было самому выйти за пределы академии по своим делам, а перед ректором я была отличным предлогом, но что-то мне подсказывало, что парню просто необходима именно моя компания.

– Хорошо, – хмыкнул он, – ты меня раскусила. Как именно я уговорил дядю нас отпустить, останется моим маленьким секретом. Скажем так – я знаю, что может убедить его принять правильное решение. А что касается твоего вопроса – зачем ты меня сопровождаешь, то мой ответ – мне без тебя будет скучно, тебя устроит?

Отрицательно покачала головой.

Тяжелый вздох и неожиданное:

– Мы идем к нотариусу.

Как будто это что-то объясняет!

– Зачем?

Арриан внезапно стал серьезным. С него будто слетела вся напускная бравада.

– Потому что я узнал, что академию скоро посетит мой отец, – глухо произнес он, – ему уже донесли о «помолвке» любимого сына, – горечь в его голосе царапнула что-то внутри и у меня, – нам необходимо провести ритуал, чтобы он не смог заставить расторгнуть ее. Заодно и наш с тобой договор оформим!

Последнее предложение он произнес уже почти шутливо, но мне показалось, что оно еще больше подчеркнуло всю серьезность нашей ситуации. Одно дело притворяться влюбленными в академии, совсем другое, когда против отношений выступает глава рода. Уверена, Арриан Винн принадлежит не к последнему роду империи. У его родителей совершенно иные планы на судьбу наследника. Магическую печать помолвки разорвать они не могут. Расторгнуть подобную помолвку может только жених и невеста, причем по обоюдному согласию. Неплохой ход, кстати, мой папенька просто взбесится, когда узнает, что непокорная дочь связала себя такой клятвой неизвестно с кем. Ведь ни его родители, ни мой отец не могут узнать, кто стал избранником их чада. Пока мы адепты академии, мы не можем иметь ни титулов, ни настоящих имен.

За тяжелым столом темного дерева сидел щуплый гоблин в очках. Он склонился над книгой и что-то старательно в нее записывал. На нотариусе был дорогой костюм темного бархата, белоснежная манишка и кружевные манжеты. При нашем появлении служитель поднял голову и расплылся в широкой улыбке, что выглядело слегка устрашающе с его острыми зубами.

– И шо, скажите мне на милость, тут за красота такая неописуемая к нам пришла? – неожиданно выдал гоблин.

– Господин Пронибахс, – сдержано улыбнулся в ответ Риан, крепче сжимая мою руку, – разрешите представить вам мою невесту Каэль Мирам.

Острый, внимательный взгляд маленьких темно-красных глаз вонзился в мое лицо.

– Доброго вечера, – смущенно поздоровалась я.

– Ну шо вы как не родные? – оживился господин Пронибахс, – Скорее же присаживайтесь, умоляю вас!

Он положил перо, которое до этого сжимал в когтистых пальцах, сцепил руки в замок, уперев локти в столешницу, пристроил подбородок на сложенные кисти и хитро посмотрел на нас.

– Я отправлял вам вестник с заказом, – продолжил Винн, – надеюсь, все готово?

Огневик оставался серьезным и напряженным.

– Ну шо ж ви меня таки обяжаете? – у гоблина от возмущения даже очки вспотели, – Как же такое может быть, чтобы у меня для вас ничего не было? Если би моя покойная троюродная тетка по линии маменьки – тетя Зявира слышала би ваши предположения, она бы так обиделась, что даже спать бы не смогла. А что ей прикажете делать теперь? Только гневно переворачиваться в гробу!

От представленной перспективы мне стало как-то нехорошо.

– Господин Пронибахс, – прервал его стенания боевик, – у нас мало времени!

Нотариус поправил очки, горестно вздохнул и полез в стол.

– Никакого уважения к старшему поколению, – ворчал себе под нос гоблин, перекладывая бумаги с места на место, – я нотариус в пятом поколении, как можно так оболгать мою профессиональность? Это же уму непостижимо! Нет, моя бедная тетя Зявира, у ей такой тесный гроб, ворочаться там так неудобно!

Я прикусила губу, чтобы не хихикнуть. Стенания по поводу бедной тети были такими смешными, что я еле сдерживалась. А вдруг у гоблинов смех при упоминании покойных родственников признак неуважения всего рода, и повлечет за собой кровную месть.

– И вот что я имею вам сказать? – господин Пронибахс подобрался, принял важный вид и положил перед нами четыре стопки бумаги. – Ознакомьтесь с договором вашей сделки, – Повинуясь движению когтистой лапки, два экземпляра договора сами собой подвинулись к нам с Рианом, – а затем приступим к подписанию магической помолвки. Не торопитесь, читайте внимательно, – напутствовал гоблин, – до подписания мы можем, как добавить пункты, так и удалить, шобы не мешали.

Пока мы с Винном изучали документы, нотариус внимательно следил за каждым нашим движением. Ясно, что господин Пронибахс не так прост, как хотел показаться. Не вышло у него заболтать клиентов, а значит стоит ожидать подвоха в бумагах. Такие хитрые служители всегда оставляют лазейку в сделке. Так… на всякий случай…

– Вот этот пункт, – Риан указал пальцем и на моем экземпляре этот абзац вспыхнул серебристым сиянием, – о неразлучности пары, – огневик посмотрел на гоблина, – следует изменить. Мы физически не можем находиться все время вместе. Тем более это не брачный договор и мы не супруги.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам.

– Ши ви говорите? – господин Пронибахс поправил очки, близоруко прищурился вчитываясь, поцокал языком, – Ай-яй-яй! Какой конфуз, однако.

Буквы в выделенной части текста заплясали, меняясь местами, вплетая новые слова. Я перечитала еще раз. Теперь там и речи не было о том, что мы должны находиться круглые сутки вместе.

Спустя полчаса внимательного изучения документов, горячих споров о необходимости нахождения в договоре некоторых пунктов и присутствия других, которые мы желали видеть в нем, сетований нотариуса в пятом поколении о том, что его тут практически грабят средь черна вечера, мы, наконец, пришли к желаемому результату.

– Ну что, – довольно сверкая красными глазюками, потер руки нотариус, – раз всех все устраивает, приступим к подписанию и применению магических печатей.

– Не так быстро, господин Пронибахс, – бесцеремонно перебил его Риан, – сначала мы подпишем с вами договор о неразглашении.

Гоблин обиделся. Сжал тонкие губы, нахмурил брови и недовольно произнес:

– Молодой человек! У вас совесть есть? Я, между прочим, уже немолод! У меня больное сердце, а моя тетя…

– Какое из трех? – вкрадчиво спросил боевик.

Гоблин захлопнул рот, злобно зыркнул на Винна.

– Оба три! – с достоинством произнес «больной», но ломать комедию перестал.

Достал из нагрудного кармана амулет для магической подписи. Оказавшись над документом, амулет встрепенулся, слабо засветился в сжимавших его пальцах. Миг и из проколотой руки нотариуса на белый лист упала темная капля крови, тут же обратившись в витиеватую подпись.

Господин Пронибахс положил амулет на стол перед нами.

– Ваша очередь, – произнес он.

Мы подписали документы, нотариус скрепил их своей печатью. Теперь наша помолвка стала самой настоящей. Кольцо на моей руке ярко вспыхнуло, от него по коже побежали разряды, разливаясь приятным теплом по всему телу.

– Родовой артефакт? – с интересом покосился на украшение гоблин.

В его глазах читалось уважение, даже восхищение. Я не совсем поняла причину его интереса, но спросить ничего не успела. Сработал маячок. В кабинете раздался тревожный звонок. Господин Пронибахс мельком глянул на настенные часы, как-то побледнел и засуетился.

– Голуби мои! – волнение гоблина передалось и нам, – Мы с вами потратили преступно много времени! – Он цокнул языком, – Вас не должны тут увидеть! А не принять этого клиента я просто не могу себе позволить! Мне это просто не по карману.

Мы с Рианом переглянулись. Он прав! Нас не должны тут видеть.

– Тетя Зявира перестала бы мной гордиться, – еще сильней занервничал гоблин, – а шо я скажу своим племянникам? Ви ставите меня в неловкое положение и даже хуже!

Тревожный звук повторился.

Я стала выплетать заклинание портала. Хвала богам, по дороге сюда я сохранила несколько точек выхода в городе на всякий случай. Но увидев мои действия, хозяин кабинета расстроился еще сильней.

– Никакой посторонней магии! – произнес он, неожиданно накрывая ладонью мои руки.

Я вздрогнула и отпустила поток силы. Винн нахмурился.

– Нижайше прошу вас подождать здесь! – перед нами распахнули неприметную дверь, притаившуюся за стеллажом у письменного стола. – Или вы желаете рассказать моему посетителю о подписанном договоре?

Этот хитрец явно намекал не на договор помолвки. Этот ушастый юрист имел в виду наш личный договор с Рианом. Видимо, огневик пришел к точно таким же выводам. Он взял меня за руку и повел к зияющему темнотой проходу.

– Поверьте мне, это все для вашей же безопасности, – произнес нотариус.

Мне показалось, что он хотел сказать что-то еще. Его взгляд скользнул на меня, потом метнулся к руке. Уже набрал воздуха в легкие, но замешкался, тряхнул головой и закрыл дверь. Последнее, что мы услышали, это еще один звонок и расшаркивания господина Пронибахса:

– Уже бегу-бегу!

А затем наступила абсолютная тишина. Кабинет накрыл «полог молчания».