Глава 22

Утром во время завтрака госпожа Дориана наконец-то знакомит меня со своим мужем. Он оказывается красивым серьёзным мужчиной с чёрными волосами и серыми глазами. То, с какой любовью он смотрит на жену и детей, сразу меня подкупает.

Узнав, что я поступила в Школу магии, он одобрительно кивает:

– Поздравляю! Если вам нужна будет какая-то помощь – не стесняйтесь обращаться. Иногда я неделями не появляюсь дома, но вы можете оставить записку дворецкому.

– Да, Эйриния, – поддерживает госпожа Дориана мужа, – если что-то потребуется или возникнет проблема – обращайся к нему. Не стесняйся. За это время ты уже стала для меня родной, мы всегда тебе поможем.

– Огромное спасибо, – благодарю я.

И тут внезапно осознаю, что у меня есть проблема: местный язык я понимаю, читать на нём могу, а вот писать – нет. И ладно ещё, что не смогу оставить записку с просьбой о помощи, но ведь я теперь студентка, мне потребуется записывать лекции, да и письменные проверочные работы наверняка будут. Нужно срочно заняться этим вопросом. Похоже, мне придётся сесть за парту раньше, чем я думала.

После завтрака госпожа Дориана просит меня задержаться. Когда нас оставляют наедине, она произносит, проявляя проницательность:

– Я заметила, что ты о чём-то напряжённо размышляешь. У тебя уже сейчас появились какие-то сложности?

Всё верно. Вот только не признаваться же мне ей в том, что я попаданка?! Поэтому отвечаю, тщательно подбирая слова:

– Тут такое дело… Я училась в деревенской школе и не была особенно прилежной. Мне бы найти учителя, который научит меня писать… Раз уж я поступила в Школу магии, думаю, нужно наверстать. Но мне неловко признаваться в том, что я в своём возрасте плохо умею писать.

Госпожа Дориана улыбается:

– И ты из-за этого переживаешь? Не стоит! У моих детей была отличная учительница. Я сегодня же с ней свяжусь и спрошу, сможет ли она тебе помочь. Это не то, о чём тебе стоит волноваться – это и не проблема вовсе.

– Огромное спасибо!

– Во сколько тебе нужно прибыть в Школу магии?

– К часу дня.

– Тогда я заберу Амилену с собой, и ты сможешь спокойно заниматься своими делами, пока не освободишься.

– Огромное спасибо!

Поскольку время до собрания ещё есть, усаживаюсь шить. За лето я успела сделать платья для себя и дочки, но они летние, а уже скоро осень. Тёплая шерстяная ткань у меня есть; с тем, что мне хотелось бы сшить, я определилась; так что приступаю к расчётам и созданию выкройки.

В этом мире в основном привыкли носить платья, а вот юбки и блузы не так распространены. Мне же кажется, что гораздо практичнее будет, если я сошью себе на осень длинную юбку по фигуре, несколько блузок и красивых пиджаков. Думаю, что так буду смотреться солиднее и старше. Раньше мне хотелось этого, чтобы было проще найти клиенток, теперь же ещё и из-за учёбы. Кроме того, приталенных пиджаков я в этом мире не видела, здесь их заменяют вязаные кофты или плащи. Если буду демонстрировать красивую одежду на себе, кто-нибудь наверняка захочет такую же – это отличный способ привлечения клиентов.

В Школу магии приезжаю за полчаса до назначенного времени. Иду не спеша, с любопытством осматриваясь по сторонам. Но кроме того, что территория здесь очень хорошо убрана, трава аккуратно подстрижена и совершенно нет мусора, ничего интересного не замечаю.

В аудиторию захожу четвёртой. Десять двухместных парт расположены по две в ряд. За второй у окна уже оживленно болтает пара парней, а третий устроился на галёрке. Из своего опыта студенчества помню, что первая парта ассоциируется у преподавателей со старательностью отличников. А ещё к студентам, что кажутся им знакомыми, они относятся лояльнее. Так что именно одну из парт в первом ряду я и занимаю, после того как здороваюсь со всеми в воздух.

То, что аудитория маленькая и в собрании ничего праздничного не предвидится, наталкивает на неуместную мысль о том, что, вероятно, распределительные шляпы тут тоже не в ходу.

После меня входят ещё две светловолосые девушки и занимают места за мной. Похоже, они уже успели познакомиться и сдружиться. И судя по одежде из дорогих тканей, украшениям с драгоценными камнями и общей ухоженности, не исключено, что сдружились они из-за своего статуса. Эту версию подтверждает и то, что они ни с кем не здороваются и ведут себя так, словно находятся здесь вдвоём. Это вызывает неприязнь, поэтому мысленно окрещиваю их гадинами. А вот окажутся они ужами или кобрами – покажет время.

За оставшееся до начала собрания время в аудиторию приходят ещё несколько будущих магов.

Мужчина лет тридцати занимает одну из последних парт. Если бы встретила его на улице, подумала бы, что он ремесленник, поскольку одежда на нём добротная, из качественных тканей, но при этом украшением служит всего одно кольцо в виде печатки.

Затем приходят парень с девушкой и садятся за одну парту. Они так друг на друга смотрят, что романтические отношения между ними очевидны. И если они вдруг по какому-то недоразумению пока не встречаются, то начнут делать это в ближайшее время.

Следующей входит хмурая девушка со шрамом на лице. Она садится за последнюю парту к мужчине-ремесленнику.

Последним появляется невысокий крепко сбитый парень лет двадцати пяти. Он, прищурившись, осматривает аудиторию, здоровается, затем занимает место на соседнем стуле и спрашивает равнодушно:

– Не возражаешь, если я сяду рядом с тобой?

– Не возражаю, – качаю головой я.

Он кивает и больше не обращает на меня внимания.

Ровно в назначенное время в аудиторию заходят двое мужчин. И один из них синеглазый красавец, постоянно снившийся мне, когда я ночевала на новом месте. А второй – тощий брюнет с короткой стрижкой, которому не дашь больше двадцати пяти лет, в руке у него папка. Мужчины останавливаются у доски и синеглазый произносит:

– Рад приветствовать вас в Школе магии. Меня зовут Крайтон Дуантон, и я ваш ректор. Можете называть меня ректор Крайтон.

Гадина за моей спиной тихонько ойкает:

– Тот самый Крайтон Дуантон?! Думала, он гораздо старше!

– Тихо ты! – шикает на неё вторая и гораздо тише добавляет: – А ещё он не женат.

– О!

– А я ваш куратор, – произносит брюнет. – Можете называть меня магистр Олвисон. Кто желает стать старостой группы?

Брать на себя дополнительную ответственность совершенно не хочется, так что молчу. Остальные тоже не отзываются. Если бы сейчас в комнате зажужжал комар, мы бы обязательно его услышали.

– Раз никто не хочет взять на себя эту роль добровольно, назначу сам, – хмурится магистр, так и не дождавшись от нас положительной реакции. – Старостой будет Эйриния Санэйр.

Портить с ним отношения не хочется, поэтому киваю и стараюсь не показывать своё недовольство.

– Адептка Санэйр, возьмите, пожалуйста, договора на обучение и раздайте одногруппникам. Ваш я отдам после того, как вы всё раздадите. Поскольку вы будете старостой, плата за ваше обучение уменьшится наполовину, а ещё вы получите некоторые дополнительные привилегии.

– А можно я буду старостой? – тут же задаёт вопрос один из парней, пришедших в числе первых.

– Лучше я! – подключается второй.

– Поздно, – усмехается куратор. – Я уже выбрал. Внимательно прочитайте договора и подпишите. Надеюсь, все знают, что для этого нужно приложить к нижней части документа большой палец?

В ответ раздаются невнятные «угу» и «о».

В моём договоре написано, что плата за обучение составляет пятнадцать золотых в год. Она разделена на три части и вносится перед началом каждого семестра. Если мне нужно заплатить всего лишь половину от полной суммы, экономия получается приличной. На фоне этой новости должность старосты уже не кажется слишком хлопотной. Кроме этого, для старост проживание и питание бесплатное, что тоже очень радует.

Также в договоре прописано, что если адепт не сдаст экзамен, у него будет один шанс на пересдачу, и в случае повторной неудачи его отчислят с правом восстановления не раньше чем через пять лет.

Следующий пункт заставляет грустно вздохнуть. И гласит он, что адептам, получившим более девяноста процентов отличных оценок по результатам экзаменов, плата за обучение снижается до одного золотого за семестр. Похоже, если я хочу как следует сэкономить, придётся изо всех сил стараться хорошо учиться.

Про занятия написано, что мы должны посещать четыре обязательных предмета, а ещё можем выбрать дополнительные на своё усмотрение.

В остальном всё стандартно: не нарушать дисциплину, прикладывать все силы к изучению, не портить имущество.

Прежде чем подписать, интересуюсь:

– Я могу задать вам вопросы по договору?

– Можете, – кивает ректор.

– Сколько продлится обучение?

– Это будет зависеть от вас. Если возьмёте только обязательные предметы – семь лет. Однако если вам по плечу дополнительная нагрузка, можете записываться на лекции старших курсов. Но только начиная со второго года вашего обучения, поскольку на первом преподают базовые знания, без которых вы просто ничего не поймёте.

– Оплата по количеству курсов или за количество времени, проведённого в стенах Школы магии?

– Второе, – его брови удивлённо приподнимаются.

– Получается, можно сократить обучение до четырёх лет?

– Верно.

– Сколько можно выбрать дополнительных курсов?

– Весь список вы можете найти на стенде первого этажа. Берите хоть все... Ещё вопросы?

– У меня есть, – произносит мужчина с задней парты. – Студентам предоставляется общежитие и питание?

– Да. Поднимите руки те, кто желает проживать в общежитии.

Поднимают руки все, кроме «статусных гадин» и парочки влюблённых.

– А кто желает питаться в столовой?

Снова поднимают руки те же.

– Адептка Санэйр, раздайте, пожалуйста, всем договора. И те, кто не отдал свои документы, могут сделать это сейчас, – куратор снова достаёт из папки бумаги, отсчитывает нужное количество экземпляров и, как только подхожу, вручает их мне.

Раздаю листочки, а затем жду, пока все всё подпишут, собираю и вручаю куратору. Он произносит:

– Расписание по основным предметам вывешено на стенде на первом этаже. Там же расписание факультативных занятий. Книги из библиотеки можно забрать, предъявив ученический пропуск. Если вопросов больше нет, вы свободны. Кроме адептки Санэйр.

Все расходятся, я же стою на месте и жду развития событий. Когда мы остаёмся втроем, ректор произносит:

– Я навёл справки по поводу свободных мест для адептов с семьями и нашёл для вас хороший вариант: комнаты в семейном домике. Помимо вас там будут жить две семьи, и одна из женщин сможет присматривать за вашей дочерью, пока вы на занятиях. Поскольку вы староста, за проживание и питание вам платить не нужно, и за дочь тоже. В семейные домики еду доставляют, но если хотите, можно питаться в общей столовой. Если вам негде жить, можете заселяться хоть сегодня.

– Огромное спасибо!

– Если у вас на сегодня нет срочных дел, могу проводить к домику и познакомить с другими жильцами.

– Огромное спасибо! Я с радостью.

– Тогда идёмте.

Прощаюсь с куратором и отправлюсь следом за ректором. Чувствую рядом с ним волнение. В голове крутится, что вот сейчас удобная возможность каким-то образом его впечатлить, и мне нужно пококетничать. Но дальше мыслей дело не идёт – совершенно не представляю, как это делается.

Когда выходим и сворачиваем направо, он нарушает молчание:

– Вы действительно собираетесь закончить обучение пораньше?

Пожимаю плечами:

– Пока не уверена. Просто хотелось узнать, можно ли теоретически это сделать… Скажите, а есть возможность сдавать какие-то предметы досрочно?

– Конечно… Так не терпится побыстрее закончить обучение?

Снова пожимаю плечами:

– Пока не знаю, но не исключаю этот вариант. Хочется побыстрее начать зарабатывать.

– Вы сирота?

– Нет.

– Но почему в таком случае вы не оставили дочь с родными?

– Всё сложно.

– Вы с ними поссорились? – с удивлением отмечаю в его голосе беспокойство.

– Не то чтобы поссорилась… Если честно, я от них сбежала.

Говорю, а сама не понимаю, почему рассказываю ему об этом.

– Они плохо с вами обращались? – он останавливается и берёт меня за руку выше запястья.

Мужчина выглядит искренне обеспокоенным. А ещё у него удивительно красивые синие глаза. И тёплые пальцы. Он выглядит надёжным и понимающим. А я так устала быть сильной, мне так хочется довериться…

– Они хотели меня продать какому-то купцу.

Глупо признаваться в таком первому встречному – сама не понимаю, почему я решила рассказать правду.

– Продать? Погодите! Давайте присядем, и вы мне обо всём расскажете!

Он подводит меня к скамейке, мы садимся, и я рассказываю ему о своих родственничках. Он задаёт вопросы, сочувственно кивает и чем дальше, тем всё более шокированным выглядит. Наконец, спрашивает:

– А как же ваша дочь? Её тоже хотели продать?

Делюсь с ним тем, что на самом деле я её удочерила. И тем, как деревенские оставили малышку без помощи.

– Мне нужно название деревни и имена ваших родственников. То, что они так поступили – незаконно. А ещё нам обязательно надо установить личность того купца. Ему не удалось купить вас, но ведь могло получиться с другими девушками.

– Я совсем об этом не подумала! – огорчаюсь я.

– Ничего страшного, – успокаивающе произносит ректор. – Не переживайте. Я обо всём позабочусь… Давайте продолжим путь.

Он выглядит задумчивым и огорчённым, я же «восторгаюсь» своим умением впечатлить… Уж впечатлила, так впечатлила! Теперь он точно меня запомнит. Разнылась, расклеилась – «идеальная» кандидатка для того, чтобы в неё влюбиться.

Ловлю себя на странных ощущениях. Вначале я испытывала рядом с ректором неловкость, но постепенно расслабляюсь и чувствую себя так, словно мы с ним знакомы уже много лет и понимаем друг друга без лишних объяснений. Как будто Крайтон для меня не посторонний. Раньше я о таком только слышала, а вот теперь поняла, как это бывает. Может быть, дело в том, что у ректора какая-то хитрая очаровывающая магия? Жаль, что я не додумалась раньше разобраться с тем, что умеют местные.

– Пока идём, расскажу вам о других жильцах дома, где предлагаю вам поселиться. Там проживает наш лаборант Эрих с семьёй: женой Самирой и дочкой Сатой. А вторые комнаты занимают брат с сестрой. Сестра учится у нас, а её брат подрабатывает в городе. Они сироты, у них нет родственников, поэтому им полагаются льготы.

– Понятно.

Проходим мимо двухэтажного учебного корпуса, здания библиотеки, общежития, затем минуем небольшой парк и попадаем на улочку, застроенную двухэтажными домиками. Ректор подходит к третьему справа, стучится и поясняет мне:

– Самира должна быть дома.

Нам открывает хрупкая темноволосая женщина, за юбку которой цепляется девочка лет трёх.

– Здравствуйте, – обаятельно улыбается ректор. – Я привёл девушку, о которой рассказывал.

– Здравствуйте! Проходите! Я Самира, а это Сата, – она показывает на дочку. – Идёмте, я покажу свободные комнаты.

– А меня зовут Эйриния, – представляюсь я.

Она пропускает нас в небольшую прихожую, ждёт, пока мы разуемся, а потом подхватывает дочку на руки.

Из прихожей попадаем в просторную комнату. Справа кухонный уголок с большим обеденным столом, плитой и холодильным шкафом. Вглубь дома ведёт коридор. Слева камин, диван и кресла. У дальней стены – лестница наверх.

Самира поясняет:

– Мы живем дальше по коридору. Слева там дверь в кладовую, а справа – в наши комнаты. Свободные находятся наверху.

Коридор на втором этаже всего метра три и утыкается в две двери. Слева живут брат с сестрой, а нам предлагаются комнаты справа.

Ректор и Самира остаются в коридоре, а я приступаю к исследованию нового жилища.

Гостиная имеет прямоугольную форму, и в ней четыре двери помимо входной. За теми, что слева, обнаруживаются спальни. В каждой минимум мебели: кровать, шкаф и кресло. Дальняя от входной двери комната справа – это кабинет со здоровенным письменным столом, пустым книжным шкафом, сундуком и камином. Последняя дверь ведёт в просторную ванную. И эта ванная по размеру больше, чем кухня, что была в моей квартире когда-то.

Мебель везде добротная и монументальная. Без резьбы или других украшательств. На полу тонкие коврики. Стены покрашены белой краской. Пол деревянный. Никогда раньше у меня не было настолько просторного и красивого жилья, так что остаюсь в полном восторге.

Постельного белья нет, зато есть одеяла и подушки. Оглядывая пустые каминные полки и шкафы, мысленно прикидываю, что нужно будет докупить, чтобы добавить этому месту уюта.

Из спален открывается вид на соседние домики, а из ванной и кабинета – на парк вокруг. Деревья в нём высокие, так что кроме них ничего не видно.

Выхожу в коридор и довольно улыбаюсь:

– Мне очень понравилось. Спасибо!

– Отлично, – кивает Самира и протягивает мне два комплекта ключей: – Тот, что побольше – от дома, тот, что поменьше – от вашей комнаты… Вы переедете вместе с дочкой?

– Да.

– А сколько ей лет?

– Пять.

– Здорово! Надеюсь, они с Сатой подружатся! А когда вы планируете заселяться?

– Послезавтра нормально?

– Конечно! Если вы назовёте конкретное время, я попрошу мужа вас встретить. Вам ведь наверняка будет сложно дотащить всё самой?

– Огромное спасибо за предложение! Буду очень благодарна, если вы мне поможете. Я приеду к десяти утра.

– Хорошо. Тогда до встречи, – доброжелательно улыбается Самира.

– До встречи!

Выходим вместе с ректором.

– Вы сейчас в главный корпус? – интересуется он.

– В главный корпус? А зачем?

– Не хотите посмотреть расписание?

Качаю головой:

– Успеется ещё. Лучше сделаю это, после того как переселюсь.

– Неужели неинтересно?

– Интересно. Но я и без того задержалась. Переживаю, что дочка будет волноваться.

– Простите! Совсем об этом не подумал… А с кем ваша дочка сейчас?

Пытаюсь сформулировать, кем мне приходится госпожа Дориана. Назвать её своей подругой я не могу, поэтому выбираю нейтральный вариант:

– Моя бывшая работодательница.

– А кем вы работали? Или это секрет?

Улыбаюсь:

– Я работала швеёй и помощницей в цирке.

– В цирке? – удивлённо переспрашивает он. – Вы артистка?

Качаю головой:

– Нет. Я всего лишь немного помогала.

– Погодите, вы работали в цирке госпожи Дорианы?

– Да. А вы знакомы?

– Не близко. А вот её мужа я знаю довольно хорошо… Похоже, у вас раньше была очень насыщенная жизнь. Не удивительно, что вам не хочется долго задерживаться на одном месте.

Улыбаюсь:

– На самом деле очень хочется. Я поняла, что кочевая жизнь мне не подходит. Но, если честно, я совсем не собиралась поступать в Школу магии.

– Как же вы в таком случае оказались на экзамене?

– Шла по улице, когда ко мне подскочила какая-то старушка и начала мне выговаривать, почему я не на занятиях. Не успела оглянуться, как уже ехала в экипаже поступать в Школу магии.

– И как выглядела эта старушка?

– Седая, в мешковатом белом платье.

– А лицо?

Пытаюсь вспомнить, но понимаю, что у меня это не получается, и озадаченно хмурюсь:

– Знаете, всё словно в тумане. Кажется, у неё было обычное лицо, но в чём именно проявлялась эта обычность, я не помню.

Ректор улыбается:

– Я так и думал! Вам повезло встретить Бога Омина. Обычно его считают Богом торговцев и путешественников, и мало кто задумывается о том, что он помогает не только в пути, но ещё и найти свой путь.

– Думаете, он явился мне в образе старухи? – скептически спрашиваю я.

– Да, – кивает ректор. – Вы выглядите разумной девушкой, которая не привыкла принимать скоропалительные решения. Но ведь в тот день вы повели себя очень непривычным образом и оказались там, куда совсем не собирались?

– Да.

– С Омином обычно так и происходит.

– Ничего себе! Но почему он мне помог? Я ведь его об этом не просила.

– Боги редко вмешиваются в жизни людей даже в ответ на просьбы о помощи. Но они всегда помогают тем, у кого есть дети. Разве вы не знаете о том, что в некоторых семьях специально удочеряют или усыновляют сироту, если хотят добавить своей семье удачу?

– Я не знала об этом, – качаю головой я. – Ничего себе!

– Поэтому я так удивился, когда вы рассказали, что Амилену никто не хотел удочерять. Хотя, может быть, дело в том, что помогают Боги только тем, кто искренен в своих намерениях?

Пожимаю плечами:

– Думаю, вы в этом разбираетесь лучше… А мне нужно как-то отблагодарить Бога за помощь?

– Нет, – задумчиво качает головой ректор. – Того, что вы чувствуете благодарность, вполне достаточно… Рекомендую слишком уж не тянуть с получением книг. Скоро вернутся студенты с практики, и в библиотеке будут очереди.

– Спасибо за совет.

– А ещё, если вдруг вам понадобятся деньги, можно оформить заём в банке. Они обычно охотно ссужают тем, кто учится в Школе магии.

– Буду иметь в виду. Спасибо за совет.

У главного корпуса прощаемся.

По пути к цирку пытаюсь переварить мысль о том, что я, оказывается, встретила Бога, и он мне помог. У меня не получается. Идея того, что Боги могут запросто ходить по улицам, не укладывается в голове.

Пока доезжаю до шатра, желудок начинает требовательно урчать. Время обеда давно прошло, а до представления осталось не так уж много времени, так что покупаю несколько пирожков.

Амилена радостно подбегает ко мне и хвастается, что Жеронимо научил её жонглировать. И сразу же демонстрирует с помощью двух яблок, по которым заметно, что падали они сегодня на манеж не один раз. Подбрасывает она их не очень высоко и ловит через раз, но всё равно хвалю за успехи. Затем улыбаюсь и предлагаю пирожок. Дочка отказывается и убегает практиковаться на арену, а ко мне подходит госпожа Дориана.

– Всё в порядке? – интересуется она.

Киваю:

– Нам с дочкой выделили комнаты в семейном домике, так что послезавтра переезжаем.

– Но ты бы могла ещё пожить у меня. И с учительницей я договорилась.

– А она живёт далеко от школы?

– В трёх кварталах.

– Вот видите, как удачно всё складывается! Смогу ходить к ней пешком. Да и неудобно как-то вас стеснять. Вы и без того мне очень помогли.

– Что ты! О каком стеснении ты говоришь?! Мне несложно. Но раз уж ты всё решила, не буду тебе мешать. И сама попрошу Гайо, чтобы он помог тебе с вещами.

– Огромное спасибо!

Из деревни мы убегали с двумя корзинами, но за месяцы странствий я обросла скарбом так, что любая помощь придётся кстати.

– Если тебе понадобятся деньги, напиши моему мужу – он без вопросов одолжит. А вернуть сможешь, когда встанешь на ноги, – добавляет госпожа Дориана.

– Спасибо! Огромное спасибо! – от её доброты наворачиваются слёзы.

– Только не вздумай реветь! – она меня обнимает и прижимает к объемной груди. – Ты за это время стала для меня родной, поэтому я очень за тебя переживаю.

Трогательный момент разрушает Жеронимо, который входит за кулисы со словами:

– А чего это вы тут без меня обжимаетесь? Я тоже хочу!

– Жеронимо! – укоризненно произносит госпожа Дориана.

– А я что? Я ничего! Водички попить зашёл. Не хотите, ну и не нужно.

Наблюдая из-за шторки за представлением, замечаю в зрительном зале ректора Крайтона. Сердечко начинает биться чаще, а в голове появляется неуместная мысль: «Он что, из-за меня пришёл?» Давлю её. Думать так было бы слишком самонадеянно с моей стороны. Наверняка в Школе магии полно девушек покрасивее и поумнее. К тому же он ректор. Наверняка у него и титул какой-то имеется. С чего бы ему интересоваться деревенской девчонкой?

Но всё равно, когда наступает мой черёд идти на арену, волнуюсь. А ещё очень стараюсь на него не смотреть, хотя очень хочется.

Номер проходит отлично, и зрители от души аплодируют.

Перед сном прокручиваю события сегодняшнего дня и долго не могу уснуть – слишком уж много всего произошло… Может, он всё-таки пришёл на представление из-за меня? Может быть, я ему тоже понравилась?..