Глава 30

Марина

Последние время не отпускало ощущение, что за мной кто-то следил. Но сколько бы не оглядывалась, не присматривалась, выискивая подозрительных личностей, ни на ком толком взгляд не останавливался. И, возможно, я бы на этом зациклилась вплоть до обращения в полицию, но будничная суета, – семья, работа, – отвлекали. И, конечно же, Танюха с Настей не позволяли впасть в депрессию. Поддерживали как могли и сводили последние мои приключения к шуткам, настаивая, что я обязана продолжить поиски более «нормального», естественно, в их понимании, мужчины. Ну или неприятностей, материально компенсируемых, раз уж моя пятая точка их так легко находит.

Было бы смешно, если бы не было так… печально.

И как бы они не пытались меня развлекать и отвлекать, в душе оставалась дыра. Я нарочито удерживала улыбку, отмахиваясь, мол, всё отлично, я справлюсь, но сердце сжималось от тоски и боли.

И домой спешила, несмотря на то, что Кирилла там больше не было, а встречали меня только пацаны с шаблонным: чё купила? И от этого «чё купила?», при том, что в больнице наступал кризис и подработок больше не было, а зарплата сильно провисла, меня знатно потряхивало.

Вот как детям объяснить, что ДЕНЕГ НЕТ?

Моего дохода катастрофически не хватало! И алименты дела не спасали, хоть Дима и платил исправно… Правда, судя по документам, он получал… самую что ни на есть минималку! А стало быть и алименты на троих детей выходили смехотворными, сумма которых не составляла даже одного прожиточного минимума на одного ребёнка!

Видимо, уходя из семьи, горе-папаши решали, что есть детям необязательно, впрочем, как и одеваться… ибо не фиг расти!

Чего не хватало?! Вас родили – радуйтесь! Дальше выживайте сами!

Я скрипела зубами, но молчала – его совесть, ему с этим жить. Вот только, судя по всему, Диме с совестью удалось договориться на «ура», а вот нам с мальчишками становилось жить всё сложнее!

Я реально тонула в заботах, и даже выискивала подработку, вот только на страну накатывал очередной кризис, и найти что-то удобное и стоящее – было нереально.

Я устала как собака!

Домой, как всегда, спешила. В руках – тяжёлые пакеты с продуктами, в голове каша из мыслей, поэтому я и не среагировала на знакомый внедорожник у подъезда.

Ладно, хоть погода хорошая, и несмотря на вечереющий день, солнышко продолжало золотить верхние этажи домов.

– Ничего не меняется! Ты, как всегда, тяжёлое таскаешь сама! – громыхнуло за спиной, когда, ковырялась в сумочке в поиске ключей, балансируя с неудобным пакетом у двери в подъезд. Я чуть не выронила… и продукты, и ключи, которые в этот момент выловила в недрах сумочки.

– Не люблю изменять старым привычкам, – кое-как нашлась с ответом, оглянувшись на Вехина.

Никак не ожидала его увидеть. Кирилл… то есть Константин смотрел в упор.

– Устало выглядишь. Может, хватит на себе всё тащить? От работы даже кони дохнут.

Лицо серьёзное, но в глубине тёмных глаз, как мне показалось, полыхнули насмешливые огоньки. Даже сердце ёкнуло, и столько мыслей сразу пронеслось в голове, что не сразу нашлась с ответом:

– Я привыкла. И я не лошадь! – проглотила ещё более едкую реплику и, не выдержав повисшего молчания, уточнила: – А ты каким судьбами? Что-то забыл? Свои вещи? – Конечно же, ёрничала, ведь, по сути, у него здесь не могло остаться «своих» вещей. Всё, в чём ходил, чем пользовался – было ему дано мной. Я нарочито спокойно пробежалась глазами по Вехину: – Хотя сомнительно, – озвучила наблюдение, потому что выглядел он потрясающе «дорого» и совершенно не так, как его видеть привыкла я. Не то чтобы сверкал золотом и бриллиантами, но было сразу видно – он из мира денег, власти и брендов. Чёрное кашемировое пальто нараспашку. Стильный смоляной костюм с белоснежной рубашкой и зауженными брюками. Невероятно красивые, судя по рисунку кожи, крокодиловые ботинки, начищенные до блеска и стоящие, как полагаю, даже больше моей годовой зарплаты.

– Ты, наверное, просто рядом проезжал и решил, – предположила я, – а почему бы не навестить старую знакомую?  Вдруг счастливо живёт…

– Колючая, – покивал своим мыслям Константин.

– Уж какая есть, – сухо брякнула я, и тотчас качнула головой: – Ты, прости, – без капли сожаления, – но, может, хватит любезностей? Я и правда спешу. И устала, как ты верно заметил. Давай ближе к делу… Что ты хотел? То есть вы… – добавила с тяжёлым сердцем, заприметив у внедорожника жену Константина. Она не спешила к нам подойти, но явно не собиралась оставлять наедине, а значит…

– У меня к тебе разговор.

Даже не думая спросить, нужна ли его помощь, Костик мягко, но властно забрал у меня пакет с продуктами.

– Хорошо, – с нарочитым равнодушием отозвалась и протянула руку, чтобы вернуть себе покупки. – Правда я сейчас занята, но можно договориться о встрече… потом… – потянула пакет на себя, но судя по усиливавшемуся хвату, Костик продукты возвращать мне не собирался. Да и взгляд его мрачный неприятно щекотал нервишки.

И что этому типу не понравилось?! Я ведь не отказала… если только завуалированно.

– Если не помнишь номер, я продиктую… – продолжала разыгрывать спокойствие я. Меня лихорадило, но я благодарила всех богов: светлых и тёмных, что не позволили этого показать. – Запишешь?..

Кто бы знал, чего мне стоило это спокойствие?!

И конечно лгала!

У меня не было желания с ним общаться. Я ещё не отошла после резкого расставания! Да и вообще, слишком больно мне было последнее время. Я не мазохистка – повторно переживать подобные чувства не спешила.

– Нет, Марин. Мы поговорим. И сейчас! – несмотря на мою попытку увильнуть от общения, Вехин на предложение не купился. И в его тоне было нечто такое, что дало мне ясно понять: разговору быть. И я деланно сдалась:

– Ладно. Слушаю. Говори! – получилось не очень любезно. Я не хотела показаться грубой и невежливой, но меня больше интересовали собственные проблемы и собственные чувства.

– Ты, что, меня даже к себе не пригласишь? – Искренне удивился знакомый незнакомец.

– Нет! – даже бровью не повела. – Не думаю, что встреча с тобой будут полезна мальчишкам. Прощание им, как и мне, даётся не очень хорошо. А я стараюсь оберегать детей от чужих эмоциональных качелей. Им своих хватит… Так что не тяни, а то… – снова метнула взгляд на жену Костика, – твоё подкрепление околеет. А ей нельзя замерзать. Да и каблуки в её положении… – покачала головой, – опасно для плода.

Кирилл тоже покосился на женщину, и опять меня:

– Твоя забота делает тебе чести. И даже вылитая столь колючим тоном… – лицо Вехина оставалось непрошибаемо спокойным, а вот глаза – смеялись. – Приятно знать, что несмотря ни на что ты остаёшься человеком своей профессии. И раз мы затронули эту тему, позволь я озвучу своё предложение…

– Предложение? – зачем-то вторила я. – Я думала поболтаем о том, о сём, вспомним былое, посмеёмся, – нарочито легкомысленно зачастила.

– Может хватит?

– Ты уж определись: поговорить/предложить/или хватит.

– Марин…

– Прости, – на короткий миг потупила взгляд, прекрасно понимая, что уже много нагородила и лишнего, – но ни одно твоё предложение меня не заинтересует, – категорически покачала головой.

– Уверена? Даже не выслушаешь? – в тоне Костика прозвучали те самые властные нотки, которые за время нашего общения тоже изредка мелькали. Но раньше я им не придавала значения, относя… к странностям поведения Вехина и умения себя держать руках. Но теперь, я чётко видела, что подобный стиль общения для него привычен.

Жёсткий и властный мужчина, привыкший, чтобы его слушали и немедля выполняли любое поручение.

Беспрекословно!

– Хорошо, – я отступила от входной двери, возле которой мы топтались столько времени и демонстративно присела на скамеечку возле подъезда. Неторопливо, послушно… смотря, как на это отреагирует Константин.

Он помолчал несколько секунд. Кивнул своим мыслям и принял вот такой мой ответ: тоже присел на скамейку… но на небольшом удалении от меня. Пакет поставил между нами.

– Как у тебя?..

– Давай ближе к делу, – мягко, но решительно его перебила я. – Меня дома ждут мальчишки…

– Ты мне нужна…

Сердце пропустило удар. Грудь сдавило нечто щемящее и тяжёлое.

Я даже насильственно сморгнула, потому что до неприличия сильно уставилась на Вехина, не веря своим ушам.

– Что?.. Прости?..

– Твои сестринские навыки… – ровно пояснил Костик. От груди отлегло… Правда, на миг. Обманчивый и сладкий.

Сердце громыхнуло неприлично громко и больно, а следом накатила какая-то неимоверная тяжесть…

– Когда-то ты ухаживала за мной, не зная кто я и не требуя ничего взамен. Помогала просто потому что я нуждался… И вот сейчас я обращаюсь к тебе за помощью. Мне нужна твоя помощь! – На его лице не дрогнул ни один мускул. – Я хорошо заплачу…

Не знаю каким усилием воли я заставляла себя усидеть на месте и не выдать, что на грани истерики.

– А ты умеешь бить в слабое место, – только несколькими секундами погодя смогла подать голос. Он звучал тихо и глухо. – И как только совести хватило?.. – скорее думала вслух, чем хотела ему это высказать. – Будучи вхожим в мою семью, знаешь, как нам с мальчишками приходится сложно, и нашёл наглости появится для того, чтобы надавить на больное… – чуть помолчала, не в состоянии собраться с мыслями.

– Это не так… – сухо отрезал Вехин. – Я всего лишь делаю деловое предложение. Просто так денег не возьмёшь…

– Нет, – категорично заверила я.

– Вот я и не предлагаю…

– Не смей!

– Но помощь мне нужна. А так, как я упрям не меньше твоего, за просто так её не приму…

– И чём заключается «помощь»?